Босиком по осколкам прошлого (СИ) - Лунная Татьяна - Страница 22

Уточнив номер палаты на ресепшене, я поднялся на лифте на нужный этаж. Несмотря на свою решительность, оказавшись у нужной двери, мне не хватало сил сделать хоть один шаг. Мое сердце переполняла такая злость, что я не знал смогу ли сдержаться. Возможно, приехав сюда, я совершил самую большую глупость, но назад пути не было.

Глава 23. Можно ли исправить ошибки?

Ферхат

/Стамбул. Наше время/

— Ферхат, это правда ты?

Отец смотрел на меня, как на призрака.

Взглянув на него, я не мог избавиться от чувства дежавю. Я стоял перед ним, как и семь лет назад перед матерью. Единственным отличием было то, что тогда я плакал и молил, чтобы вместо ее жизни отняли мою, а сейчас… Сейчас передо мной был ее убийца. Человек, который разрушил все, что я когда-то называл семьей. Почему?

— Ты хотел мне что-то сказать? — холодно и почти не глядя на него, спросил я, а после добавил: — Я заехал на пару минут. У меня много дел.

Всë, чего мне хотелось, — это поскорее выйти отсюда. Стены буквально давили на меня. Сдерживать свой гнев с каждой секундой становилось все сложнее.

— Ты теперь занятой человек, — с сарказмом произнес отец. — Конечно… Ты взвалил на свои плечи непосильную ношу, сынок.

И с чего я подумал, что этот человек может измениться? Глупец! Желания оставаться здесь становилось всë меньше.

— Давай обойдемся без лишних прелюдий. Говори, зачем ты звал меня, или я ухожу.

Этот мужчина не сможет задеть меня.

— Думаешь, ты сможешь убежать? Только не от себя, Ферхат. Теперь я это точно знаю.

Услышав в его голосе фальшивое раскаяние, я едва не рассмеялся, но все же решил дослушать его речь до конца.

— Я совершил в своей жизни слишком много ошибок, — продолжил он. — У меня не получилось стать тебе настоящим отцом…

Его слова были прерваны кашлем. Было сложно оставаться равнодушным, поэтому, налив в стакан воды, я передал его отцу.

— Может мне позвать врача? — обеспокоенно спросил я.

— Все в порядке, — отдышавшись, ответил он и перевел свой взгляд на меня. — Прости меня, сын…

Последняя фраза была абсолютно неожиданной для меня. В какой-то момент я подумал, что мне послышалось, но после понял, что это не так.

— За что ты просишь прощения, отец? За то, что по твоей вине умерла моя мать? Или за то, что ты только сейчас вспомнил, что я твой сын? Тебе не кажется, что уже поздно исправлять ошибки?

Мои слова звучали достаточно цинично, но все же причиненная им боль была слишком тяжела для того, чтобы просто закрыть глаза и пойти дальше.

— Ферхат, я не хотел, чтобы Неслихан умерла!

Едва он произнес имя матери, внутри меня словно что-то перевернулось.

— Оставь мою мать в покое! — выкрикнул я, абсолютно наплевав на то, что нахожусь в больнице. — Ты убил ее! Довел до такого состояния, что она не хотела жить! Если понадобится, я потрачу всю свою жизнь, но ты ответишь за каждую пролитую ею слезу!

— Что здесь происходит? — услышал я голос Дамлы у себя за спиной, что только усилило мой гнев. — Что ты здесь делаешь, Ферхат?

— Дамла, выйди отсюда! — крикнул отец.

Пытаясь хоть немного взять себя в руки, я отошел к окну и, до боли сжав пальцы в кулаки, оперся ими о подоконник. В голове буквально взрывался вулкан от переполнявших меня чувств.

— Фарук, ты еще не до конца оправился, — вновь заговорила женщина, отчего на моих скулах заходили желваки. — Тебе может вновь стать плохо…

— Дамла, я сказал тебе выйти! — повторил тем же повышенным тоном отец, после чего моя «мачеха», оставив нас наедине, громко хлопнула дверью.

— Какая у тебя заботливая жена… — с явным сарказмом отметил я. — Просто пример преданности и любви.

— Я позвал тебя не для того, чтобы ссориться или обсуждать Дамлу, — гневно произнес отец, отчего я даже перевел на него взгляд. — Ты воспринимаешь ситуацию так, как тебе хочется, не желая слышать правду!

Громкие фразы, но факты остаются фактами. Не сводя с мужчины пристального взгляда, я подошел ближе:

— А где была твоя правда семь лет назад? Ты помнишь, как я уехал из Стамбула? Ты помнишь, почему меня не было на похоронах матери?

Глядя отцу в глаза, я пытался найти хоть малейшую причину, за которую можно было бы зацепиться, чтобы оправдать его ненависть ко мне. Но все было напрасно.

— Я не хотел, чтобы так получилось, — вновь с отчаянием в голосе заговорил он. — Возможно, для тебя я подонок, достойный лишь презрения, но ты не знаешь, что в действительности произошло в тот вечер, когда твоя мать попала в больницу. Неслихан…

— Хватит! Я не хочу ничего знать, — твердо оборвал его слова. — Мне достаточно того, что мне известно. Моя мать лежит в могиле, а ты и твоя подстилка все это время жили в роскоши на деньги, которые принадлежали ей. Я никогда не прощу тебя!

Этой фразой я поставил точку в нашем разговоре. С самого начала эта встреча не имела смысла. Теперь я понял окончательно, что меня ничто не остановит. Никакие слова отца не смогут пробить стену между нами.

Направившись к двери, я остановился на полпути и, обернувшись, добавил:

— Когда в детстве ты запирал меня в темной комнате, дабы наказать за провинности, я плакал не потому, что мне было страшно. Я корил себя за то, что снова огорчил тебя, и ты никогда меня не полюбишь, — на мгновение замолчал, чтобы перевести дыхание. — Это можно забыть, отец, но не твое предательство…

Не дожидаясь больше никаких реплик, я вышел из палаты. Дамла нервно ходила по коридору и, едва мы столкнулись лицом к лицу, смерила меня озлобленным взглядом. Женщина явно хотела что-то сказать, отчего я даже остановился перед ней. Едва уловимая ироническая усмешка заиграла на моих губах. До чего же жалко она сейчас выглядела!

Признаться, я думал, что она сбежит, как только я отберу у ее мужа акции, но, видимо, Дамла еще надеялась все вернуть. Что ж, посмотрим, как Вам это удастся.

При выезде с територии больницы я увидел на стоянке машину Серкана. Скорее всего, Дамла сообщила о моем визите к отцу. Мы разминулись с ним буквально на несколько минут, но я был этому рад. Хватит с меня на сегодня встреч с родственниками.

Всë, что мне было необходимо сейчас — это скорость, звук ветра в моих ушах и запах Босфора. Оставив машину на ближайшей стоянке, я арендовал себе Харлей и направился на набережную.

Черт, как же это было круто! Я чувствовал себя свободным, словно весь мир у моих ног. И пусть это ощущение было лишь миражом, мне не хотелось возвращаться в реальность.

***

Серкан

— Что здесь делал Ферхат? — на первый взгляд, мой голос казался абсолютно спокойным, но на самом деле я был в бешенстве. — Кажется, мы уже обсуждали эту тему.

— Мне спрашивать у тебя разрешение, чтобы увидеться с сыном? — возмущенно задал вопрос отец. — Я хотел извиниться перед ним.

Произнесенные им слова обездвижили меня. Это было как удар под дых.

— Извиниться? — переспросил я. — После всего, что он сделал?

— А как быть с тем, что мы причинили ему? Ты забыл, чья идея была запереть Ферхата в клинике?

— Не смей перекладывать на меня свои грехи, — угрожающе произнес я. — Я думал о нашем будущем, пока ты «страдал» в постели очередной шлюхи!

— Если бы не твои действия, ни о чем не нужно было беспокоиться!

Слова отца вывели меня из себя. Еще до приезда Ферхата я стал замечать перемены в нем самом и его отношении к делам. Он все чаще отступал, медлил. Сейчас же его нерешительность могла разрушить все.

— Я видел во сне твою мать, — сказав это, отец медленно свесил ноги с кровати и сел, опираясь о рядом стоящую тумбу. — Это было лишь на мгновение, но я увидел в ее глазах столько презрения и ненависти, что заставило меня ужаснуться.

— Ты уже начинаешь бредить, — пренебрежительно ответил я. — Похоже, тебе пора выписываться из больницы. Здешняя обстановка дурно на тебя влияет…

— Серкан, я хочу рассказать Ферхату о том, что произошло семь лет назад, — оборвал меня на полуслове отец. — Так больше не может продолжаться.