Босиком по осколкам прошлого (СИ) - Лунная Татьяна - Страница 46

— Дорогая моя, как же я соскучилась! — воскликнула девушка, едва заметив меня в толпе людей. Она подбежала ко мне с распростертыми руками и заключила в объятия.

"Это тепло… Это родное чувство… Моя подруга… Моя сестра… Пусть не по крови, но ближе нее у меня нет никого и точно никогда не будет"

— Как ты долетела? — наконец преодолев желание расплакаться от счастья, спросила я, после чего добавила с шутливым лукавством: — Помнится, кто-то говорил, что ненавидит самолеты.

— Все фобии в прошлом, — с легкой иронией ответила мне подруга. — Разве что-то имеет значение, когда я нужна тебе. Все. Теперь я рядом. Никому не позволю обижать мою красавицу.

Улыбнувшись ее словам, я еще раз обняла Марину. Как же это прекрасно, когда тебя окружают родные люди. Ферхат, Марина, и даже Омер, с которым мы говорили всего несколько раз, но который так отчаянно пытался мне помочь, — вот моя новая семья.

— Может, поедем в кафе? — предложила я. — Мне так много хочется тебе рассказать.

— Дорогая, я должна тебе признаться, — сказала Марина, и от тона ее голоса у меня мурашки пробежали по спине. — Прости, знаю, что ты обидишься на меня, но я не могла поступить иначе.

— Что случилось? — обеспокоенно спросила я.

— Твой отец… Он тоже прилетел со мной.

Эта новость была настоящим ударом для меня. Хаотично осмотревшись по сторонам, я увидела мужчину, который стоял чуть поодаль от нас и смотрел прямо на меня. Едва я заметила его, он зашагал в нашу сторону.

— Папа…

Все слова застряли у меня в горле, и я ничего не могла больше сказать.

Глава 44. Мой прекрасный ангел

Ясемин

/Стамбул. Наше время/

— Что ты здесь делаешь? — пытаясь держать злость под контролем, спросила я отца.

Мужчина выглядел подавленным, но мне нельзя было позволить себе поддаться эмоциям. Раны от предательства были еще достаточно свежи.

— Я приехал, чтобы забрать тебя домой, дочка, — вот так напрямую заявил он.

И с чего я вдруг подумала, что мой отец наконец решил просто поддержать меня?

"Наивная."

— Ты не можешь решать за меня, — решительно отрезала я. — Вы с мамой утратили право вмешиваться в мою судьбу после того, как предали Айлин…

Дыхание перехватило от воспоминаний о том ужасном дне, когда я услышала диалог родителей на кухне. Отчаянно надеясь избавиться от подступившего к горлу кома, я сглотнула и поняла, что этот разговор пора заканчивать.

— Ты зря приехал, отец, — продолжила я, глядя мужчине прямо в глаза. — Я никуда с тобой не поеду. Мой дом там, где душа моей сестры. Уезжай.

После сказанного я быстро развернулась и пошла прочь. Сердце кричало от боли, но я сжимала кулаки изо всех сил, чтобы хоть немного заглушить ее.

— Ясемин, постой! — услышала я крик Марины у себя за спиной. — Подожди!

Гнев переполнял меня. Сейчас я злилась не только на отца, но и на подругу. Она поступила жестоко, даже не намекнув, что отец тоже собирается приехать.

— Ты можешь остановиться, наконец? Он твой отец…

Резко схватив за руку, подруга заставила меня остановиться и обернуться.

— Марина, даже не начинай, — остановила я девушку, вновь переходя на крик. — Ты не понимаешь, что я чувствую. Чем они с мамой отличаются от того ублюдка, который убил мою сестру? Моя Айлин мертва! Никто не знает, но я ездила в морг втайне от всех! Я видела то, во что ее превратили! Она… Она…

Мне было плевать, что вокруг меня были сотни людей. Хотелось вырвать из памяти те злосчастные дни и образы, но это было невозможно. Дрожь охватила все мое тело. Воздух обжигал легкие, и казалось, что следующий вдох станет для меня последним.

«Моя душа, мое солнце. Мне никогда не справиться с этой болью. Лучше бы я умерла вместо тебя. Как же я скучаю по тебе, моя красавица! Никогда не избавлюсь от чувства вины из-за того, что у меня не получилось спасти тебя!»

— Тише, родная. Я прошу тебя, успокойся.

Марина с силой прижала меня к себе. Чувствуя, как горькие слезы катятся из глаз, я не могла сопротивляться. Все на что я была способна, так это лишь кусать губы и цепляться за подругу, как утопающий за спасательный круг.

— Дочка, позволь мне все объяснить, — вновь услышала я голос отца, когда мои рыдания немного поутихли. — Я не могу видеть, как ты страдаешь. Мне не удалось сберечь Айлин. Позволь мне спасти тебя.

Слова отца не сразу нашли отклик в моем сердце. В противовес обидам, что-то внутри меня не давало забыть его теплые руки и мудрые слова. Душа разрывалась на части: одна кричала уйти, вторая — попытаться простить.

— Я думаю, вам стоит поговорить в более удобном месте, — оглядевшись по сторонам, предложила Марина. — Может, действительно зайдем в кафе?

Слова подруги я слышала, как сквозь вату. Все мое внимание было приковано к отцу, взгляд которого буквально умолял меня о прощении. Именно поэтому я сбежала в Стамбул: слишком любила отца, чтобы возненавидеть его. Лишь расстояние между нами придавало мне уверенности и силы. Предательство нельзя прощать.

— Ты устала с дороги, — переключилась я на Марину. — Поедем ко мне на квартиру.

— Я думаю, Виктору Анатольевичу тоже стоит поехать с нами. — Настойчивость подруги начинала меня раздражать. Приблизившись, она шепнула мне на ухо: — Мы ведь не можем оставить его на улице.

Как бы это не было тяжело, но Марина была права. Я знала, что у отца проблемы со здоровьем. Совесть не позволяла мне наплевать на него сейчас.

Наконец, одобрительно кивнув, я молча направилась к парковке, где меня ждал водитель Ферхата. Едва мы подошли к машине, разумеется, не обошлось без восторженных возгласов Марины, от которых мне хотелось провалиться под землю. Я и без того чувствовала себя не в своей тарелке. К счастью, одного строгого взгляда хватило, чтоб девушка поняла — сейчас не место и не время обсуждать автомобиль.

— Госпожа Ясемин, но господин Ферхат поручил мне отвезти вас в аэропорт, а после — обратно в особняк, — запротестовал водитель, когда я назвала ему адрес квартиры.

— Мурат, я позвоню и предупрежу его или Омера. Поехали, — непреклонно ответила я.

Хотя бы в понимании со стороны Ферхата я была уверена. Сказать то же самое об отце, выражение лица которого я видела в зеркале заднего вида, было сложно. Он был явно обеспокоен моим новым положением, да и количеством мужчин в моем окружении. К счастью, вопросы он, видимо, решил оставить на потом.

— А здесь красиво, — вынесла вердикт Марина, едва мы подъехали к дому. — Ясемин, ты не против, если я поживу у тебя какое-то время? Я так быстро сорвалась в Стамбул, что папа даже не успел снять мне квартиру.

— Конечно, можно, — согласно ответила я, улыбнувшись. — Мне было очень одиноко без тебя.

Оглянувшись по сторонам, я была рада, что опасения Ферхата не оправдались. Только толпы журналистов под своими окнами мне не хватало.

— Чья это квартира? — спросил отец, когда мы вошли в подъезд.

— Это съемная квартира, — достаточно резко произнесла я, догадываясь, на что намекает отец. — Я оплачиваю ее из своей зарплаты. Тебе не о чем беспокоиться.

Внезапно у своей двери я увидела корзину роз. Это было достаточно неожиданно, но больше всего меня поразил их цвет — черный с алыми, как кровь, краями лепестков. Выглядело это достаточно зловеще. Я даже не подозревала, что в природе существуют такие цветы. Они были явно не из обычного цветочного магазина. Кто-то специально заказал их и привез. Но зачем?

— Кто тебе прислал это? Что происходит? — спросил отец с явным беспокойством.

В голове не было ни одной догадки о происхождении этого "подарка". Заметив в корзине записку, потянулась за ней, но шипы были настолько острыми, что я сразу же поранилась.

— Постой, давай я, — предложила Марина, когда я отдернула руку от боли. Осторожно достав записку, она протянула ее мне.

"Все только начинается, мой прекрасный ангел…"

То ли я окончательно сошла с ума, то ли действительно догадывалась, кто прислал мне эти цветы. "Мой прекрасный ангел". Так, со слов Айлин, мою сестру называл ее парень.