Казнить нельзя помиловать - Зика Натаэль - Страница 63

Потом, попозже, она подумает, как и чем отблагодарить Мицури.

— Ну как? — Ревье встретил ее в коридоре, с тревогой заглядывая в лицо. — Все нормально?

— Да, все в порядке. Вот, колыбельную записала, которую любит малыш, — она показала пластик с закорючками. — Узнала много полезного и интересного про Ирната, — про себя добавила: «И не только про сына». — Где он? Скорее бы уже его увидеть!

— Потерпи, сейчас Сагар проводит жену в челнок. Посидишь одна или прислать Торвиса? Мне надо проконтролировать, как они отстыкуются.

— Никого не надо, я хочу настроиться. Иди, я здесь посижу.

Корабль дрогнул, где-то далеко раздался скрежет, потом стук, и все стихло. Кайли приблизилась к экрану и увидела, как челнок медленно отплывает от «Млечного».

— Готова? — Ревье, как всегда, вошел стремительно. — Отец мальчика настаивает на своем присутствии при вашей первой встрече.

— Да, пусть. Ирнату будет спокойнее, — Кайли почувствовала, как вспотели ладони.

Будто в тумане, она вернулась к сдвоенной каюте, Ревье открыл дверь, и…

Байрат сидел на кровати Ревье, на том же месте, где за полчаса до него сидела Мицури. Но она отмахнулась от этой мысли — какая разница, кто где сидит или сидел? — если на коленях отца, поблескивая глазенками, ерзает ее мальчик!

Женщина вошла и замерла, не зная, как подойти, кем назваться, чтобы не напугать ребенка.

Ирнат, сыночек…

Хотелось обнять, прижаться, расцеловать, но она стояла, не решаясь шагнуть.

Ее малыш так вырос! Она помнила его полуторагодовалым карапузом, с толстенькими короткими ножками и пухлыми щечками, а сейчас она видела длинноногого худого мальчика. Черты лица тоже изменились-раньше он был вылитая мама, по этому поводу по Золотому Острову даже слухи ходили, мол, Ашанти ли его отец? Почему у ребенка ни одной черточки нет от правителя? Правда, Байрат быстро всем рты позатыкал… Теперь же сын больше походил на отца, только волосы остались мамины. И, пожалуй, еще глаза. В любом случае, при взгляде на мужчину и ребенка сразу видно, что они близкие родственники.

Женщина сглотнула и опустилась прямо на пол.

— Привет! Будем знакомиться? Я — Кайли!

Глаза мальчика расширились, он подался вперед, рассматривая незнакомку.

— Папа, эту тетю зовут как мою маму!

Кайли показалось, что ее сердце остановилось…

— Да, сынок, — ответил Байрат. — Ты хочешь с ней познакомиться?

Ребенок молча кивнул и принялся сползать на пол.

Женщина присела на корточки, чтобы оказаться ближе к сыну, да и ноги плохо держали.

— Я — Долон, — мальчик протянул ей ручку.

— Долон, как я тебя учил? — мягко напомнил отец. — Эта женщина — иртея, а не хайши. Она будет помогать мне заботиться о тебе, пока мы путешествуем, поэтому будь любезен, представься как полагается. Покажи, что ты уже не глупый малыш, а вполне воспитанный, хоть и юный ир.

— Ой, — ручка тут же спряталась за спину, и мальчик, старательно выпрямившись, отвесил почти безупречный поклон. — Иртея, честь имею представиться: Ирнат Долон дес Терра!

— Кайли, — она еле сдержала улыбку, глядя в сосредоточенное личико малыша — такой серьезный, такой родной! — Очень рада с тобой познакомиться.

— У вас красивое имя, как у моей мамы! — продолжил мальчик.

— А у тебя одно из имен — как у моего сына, — дрогнувшим голосом произнесла Кайли.

— Какое? — тут же переспросил мальчик. — А где ваш сын? Я бы хотел и с ним познакомиться.

Женщина беспомощно посмотрела на Байрата, но тот только поднял брови, мол, сама решай, что говорить.

Ах, ты ж… Как ответить, чтобы не обмануть и не сказать всей правды? Нельзя такие новости вываливать на ребенка вот так, сразу!

— Его зовут Ирнат и он… — Кайли запнулась. — Он улетел к звездам.

— И моя мама ушла к звездам, мне папа рассказывал, — вздохнул мальчик. — Не эта, с которой я прилетел сюда, а другая. Моя первая мама — Кайли.

— Первая? — женщина не смогла сдержать изумления. — А…

— У Ирната две мамы, — вмешался Байрат. — Первая его родила, но так получилось, что ей пришлось улететь к звездам. И о нем стала заботиться другая женщина.

— Мама Кайли меня очень-очень любила! — заявил мальчик. — А потом папа нашел Мицури, и она стала моей второй мамой. Она меня тоже очень любит и называет «Долон — моя звездочка»!

— Тогда, — женщина в волнении прикусила губу, — можно, я буду называть тебя вторым именем? Пусть Долон останется для твоей мамы Мицури, а для меня ты будешь Ирнат?

— Можно, — секунду подумав, разрешил мальчики, подойдя к Кайли вплотную, и снова протянул ей ручку. — Вы мне покажете корабль? А то папе некогда, он с дядей капитаном будет важными делами заниматься.

— Да, с удовольствием, — преодолев ступор, женщина легонько сжала в пальцах теплую ладошку. — Идем?

— Папа? — мальчик повернулся к Байрату.

— Идите, — разрешил тот. — Надеюсь, ты будешь вести себя должным образом, и мне не придется за тебя краснеть?

— Конечно, папа, — ребенок коротко поклонился Ревье и потянул Кайли за собой в коридор.

— Что ты хочешь посмотреть в первую очередь? — поинтересовалась женщина, кое-как уняв захлестывающие ее эмоции.

Все ее существо тянулось к сыну — схватить, обнять, расцеловать! — но женщина сдерживалась, понимая, что может испугать ребенка. Ирнат выглядит этаким маленьким иром и ведет себя, будто воспитывался во дворце, а не на дикой планете, значит, импульсивность тем более не к месту. В любом случае, надо сто раз подумать, как преподнести ему эту новость — «мама вернулась»!

— Рубку управления! — мальчик даже подскочил. — Там видны звезды?

— Да, видны, там есть такой экран, который показывает, что находится снаружи корабля.

— Побежали? — дернулся Ирнат, но Кайли покачала головой.

— Бегать по кораблю нельзя. Можно споткнуться о какую-нибудь важную штуку, видишь, сколько тут всего? — она показала на гирлянды проводов и датчики движения. — И повредить себя или эту важную штуку. А чиниться и лечиться в Космосе негде. Лучше мы пойдем спокойно, хорошо?

Мальчик кивнул, перешел с припрыжки на размеренный шаг, и ей пришлось подстраиваться под него, чтобы ребенок не отставал.

Пока шли, сын засыпал Кайли десятками «почему» и «зачем», она только успевала отвечать и следить за его жестами, определяя, что на этот раз заинтересовало малыша.

В рубке Ирнат быстро посмотрел на бегающие огоньки панели управления и прилип к экрану.

— Ух ты, сколько звезд! — в восторге высказался он. — Мы полетим к этой? — он ткнул пальчиком в экран. — Или к этой?

— Нет, Ирнат, мы отправимся намного дальше. Отсюда не видно планеты, куда везет груз наш «Млечный путь», — улыбнулась Кайли.

— А звезд очень много? — прошептал мальчик.

— Много! Не все они обитаемы, но все равно жизни не хватит, чтобы посетить все планеты даже одной галактики, если лететь обычным способом. Но наш корабль может прыгать через огромные пространства, поэтому ему доступны полеты не только между планетами, но и между галактиками.

— Здорово! Когда я вырасту, то стану космолетчиком! У меня будет такой корабль, который быстрее всех! И я посетю… посещу… — ребенок на секунду задумался, потом просиял и продолжил: — Побываю на всех звездах и найду там свою маму Кайли и вашего сына Ирната.

Женщина задохнулась, но не успела отреагировать, малыш уже переключился на другое.

— А что тут?

Пришлось объяснять, что такое антиперегрузочное кресло…

Наверное, мужчины специально дали им время побыть вдвоем, иначе как объяснить, почему в течение часа, пока Ирнат изучал корабль, никто из экипажа не попался на глаза? Да и Байрат где-то отсиживался.

Кайли была за это благодарна — ей не хотелось ни с кем делить внимание сына. Заново узнавая своего ребенка, она поражалась, насколько он изменился. Казалось, мальчик повзрослел, если можно так сказать о ребенке, которому еще нет и четырех. Забавно было слушать его рассуждения, не менее удивительно наблюдать, как он пытался вести себя важно и степенно, но через пять минут срывался, увидев что-то интересное, за секунду превращаясь в обычного мальчика. И, налюбовавшись на новую диковинку, дотошно расспросив о ней новую знакомую, вспоминал о правилах поведения и снова вел себя как отпрыск аристократа, чтобы через пять минут стать почемучкой и обычным ребенком.