От подчиненных до подчиняемых (СИ) - Ре Элин - Страница 29

Автомобиль остановился, мужчины быстро выскочили из транспорта, а я оцепенела, не могла пошевелиться, представляя, что со мной скоро произойдёт. На помощь пришел Ярослав, он открыл дверь и потянул за запястье, увел прочь от спасительного такси. Волнение накатило с новой силой, морально расплющило, подкосило ноги. Количество выпитого спиртного оказалось настолько велико, что я все еще была пьяна, пусть и не так сильно, как в начале пути. Тем не менее алкоголь приступил мой инстинкт самосохранения, заглушил тревожные мысли, сделал меня податливой, иначе я бы давно рванула прочь, забилась бы в уголок и ни за что не согласилась на подобную авантюру.

Мужчины затащили меня в лифт. В тесном закрытом пространстве рядом с ними меня прошиб озноб. Коллеги изредка переглядывались, но ничего не произносили, как будто сами стыдились своей затеи. Делили ли они женщин раньше?.. Мои уши запылали пуще прежнего, я почти физически ощущала красные пятна на щеках. О нет, вот уже и дверь. Ярослав достал ключ, не сразу попал им в замок в слабом освещении лестничной клетки. Мужчина вошел в квартиру первым, снял куртку, повесил на крючок справа у входа, разулся. Рыжик подтолкнул меня следующей, а я и не могла понять, что мне делать, застыла как вкопанная, растерялась. Макс принялся стягивать с меня плащ, как с маленького ребенка: заботливо и аккуратно. Сапоги я сняла сама. Меня лихорадило.

Ярослав жил в холостяцкой довольно просторной прямоугольный студии: ближе к входу кухня в углу с мраморный островком-столом, в глубине у окна — широкая двуспальная кровать и шкаф у стены со встроенным телеком, под ним — игровая приставка и полка забитая дисками. Висит пара плакатов с его любимыми нарисованными полуголыми девочками. Рядом с кроватью установлен турник. Цвета все нейтральные, серые и холодные, но в чем-то даже уютные. Я осмотрелась, пока вокруг меня царила странная суматоха. Мужчины сновали туда-сюда, то удалялись в ванную комнату, то убирали с кровати одеяло, то забирали из моих рук сумку, то налили каждому по стакану воды, чему я очень обрадовалась, так как испытывала сильную жажду. Но в какой-то момент все замерло. Я с отчаянием поняла, что меня уже подвели к кровати и усадили на неё. Осознание приходило смутно, с запозданием, мой мозг просто отказывался верить в то, что я опять нахожусь между двух мужчин, между двух лучших друзей, между моих подчинённых. Похоже, я начинала трезветь.

Ярослав не дал мне опомниться: обхватил сзади за шею и принялся настойчиво целовать, водить языком между моих губ, проникать им глубоко внутрь, дразнить меня, заставлять шире открыть рот, буквально насиловать.

Когда он оторвался, у меня огнем горела кожа от его щетины, сердце бешено билось, норовило выпрыгнуть из груди, а между ног ощущалась тянущая пустота, которую так хотелось заполнить.

— Макс, — позвал Ярослав, заметив что тот никак не проявляет своего присутствия. — Если будешь медлить, то я трахну её первый, — от произнесенных слов на меня накатил жуткий, распаляющий стыд.

Я повернулась к рыжику, тот сидел на кровати справа. Мужчина выглядел очень смущенным, даже испуганным. Он поднял робкий взгляд и потянулся ко мне, принял в объятья, дрожа всем телом, коснулся губами моих, но совсем не так, как Ярослав, бережно, мягко, волнующе. Меня пронзило резким скачком возбуждения, от низа живота разлились горячие волны, заставили меня вцепиться в плечи Макса, подвинуться к нему вплотную. Мужчина громко дышал, его движения были чуть дергаными, нервными, и это невероятно заводило меня, раскручивало либидо на максимум.

— Я так мечтал о тебе…, - прошептал Макс, и я утратила связь с реальностью, утонула в этих словах, растворилась от удовольствия. Только и смогла, что простонать его имя в ответ.

Ярослав схватил меня за волосы, потянул на себя, открывая рыжику мою шею для поцелуев. Другой рукой он расстегнул на спине платье, стащил с плеч. Ловким движением щелкнул застежкой бюстгальтера, после чего Макс смог беспрепятственно обнажить мою грудь, принялся облизывать её, мягко сжимать руками. Я погрузилась в сладкие ощущения, больше не сдерживая себя. Громко вскрикнула, когда пальцы Ярослава добрались до лона и стали размеренно скользить по клитору. Только сейчас я поняла, насколько там мокро. К щекам снова подобрался назойливый стыд, но из хватки обоих мужчин было уже не выбраться. Совсем скоро в голове зажегся, выстрелил и разразился яркой вспышкой фейерверк, лишил меня воздуха и рассудка на несколько секунд, прошёлся спазмами по телу.

— Так быстро, Алевтина Викторовна? — подколол Ярослав. Специально обратился ко мне по имени и отчеству, чтобы я смутилась, чтобы напряжение, нашедшее выход, возникло вновь. Что же я творю?.. — Раз ты такая скоростная, то как насчет трех? Тебе хватит для начала? Я буду считать, — продолжил мужчина издеваться надо мной. Я протестующе замычала, однако внимание с пульсирующего клитора возвратилось к груди и соскам, которые рыжик не оставлял без прикосновений. Я задохнулась, погружаясь в новую пучину ощущений, потеряла самообладание в очередной раз.

— Мне так хорошо, — невольно произнесла я, потянулась к горячим и твердым мужским достоинствам, стала гладить по всей длине — один левой рукой, другой правой. Я словно в порно-фильме.

Ярослав стал раздеваться, отбросил рубашку, взялся за пряжку ремня. Видя как рыжик сомневается, я решила ему помочь, тоже начала расстегивать пуговицы на его одежде, освобождать от мешающей ткани, осыпать поцелуями его лицо и плечи. Макс приоткрыл рот, чтобы заговорить, я почувствовала по выражению его лица, как он заладит "Алевтина Викторовна", но мне совсем не хотелось слышать это официальное обращение. Я приложила палец к губам рыжика, заставила молчать. Не дала ему ничего испортить.

— Пожалуйста, Макс, — умоляюще прошептала я, — Просто возьми меня, ладно?

Рыжик еле слышно простонал, в его глазах заблестело непреодолимое желание смешанное с восхищением. Он, как и я, не мог поверить, что все происходит взаправду? Неужели я была для него настолько недоступной?.. Реакция Макса польстила мне, заставила почувствовать себя ценной, привлекательной, чертовски сексуальной. С упоением я ощутила прикосновения обнаженной кожи Ярослава к спине, его возбужденную плоть. Мне захотелось привстать, выгнуться навстречу, но совсем не хотелось оставлять без внимания Макса. Я забралась с ногами на кровать, встала на колени, наклонилась к рыжику, прямо к его паху, чтобы облизать живот с тонкой полоской волос, расстегнуть ширинку, провести языком под резинкой трусов. Наградой мне стали сладкие вздохи. Ярослав принялся гладить мои ягодицы, стянул с меня окончательно платье, оставив лишь в одних трусиках и чулках. Я задрожала от предвкушения, медленно подбираясь к мужскому достоинству Макса, провела губами по твердому стволу поверх ткани, аккуратно обнажила верхнюю часть, слизала солоноватую влагу и взяла головку в рот. Рыжик постанывал, нежно гладил меня по спине, убирал с лица волосы, следил за мной, а я кайфовала от того, что ему хорошо, что его тело такое отзывчивое. Я заставила его снять с себя оставшуюся одежду, теперь я могла вобрать в себя член целиком, увеличить амплитуду, с каждым разом проталкивая пенис все глубже в гортань. Я бы довела мужчину до оргазма, если бы меня не отвлек его друг, проникнув в меня пальцами. Дыхание преребило, внутри сладостно свело все, сжало пальцы Ярослава, даря мне ещё больше удовольствия. Тот не спешил, подождал пару секунд, чтобы добавить третий, безымянный, только потом задвигал ими, совсем лишая меня сил. Я упала грудью на колени Макса, не могла шевельнуться, парализованная приятными импульсами, разрядами бегущими до самой макушки.

— Ярый, отдай мне её, я умираю от желания, — попросил Макс. Я услышала короткую усмешку, не успела понять, что происходит, как две пары мужских рук уже развернули меня, уложили на кровать, раздели до гола.

— Есть презик? — спросил Ярослав у друга, тот отрицательно покачал головой. Программист осуждающе вздохнул. — Всё за тебя должен контролировать, все за тебя, — посетовал он. Среди разбросанной на полу одежды отыскал свои джинсы, достал из кармана смятую пачку. — Наслаждайся, — мужчина бросил один из презервативов другу.