Одна ночь в Санта-Монике (СИ) - Дарк Нико - Страница 12

— Ну, рассказывай, как вы познакомились? Я, надеюсь, это не очередной тип вроде Ричарда или кто-то похуже. Обрадуй меня и скажи, что он добрый, заботливый и законопослушный.

— Он добрый, заботливый и законопослушный, — вторю ей и надеюсь, что вру я лучше наших прошлых знакомых. — Познакомились мы в баре, когда я рассталась с Ричардом, в тот же день.

— Ты с ним уже так долго?

— Нет, мы не виделись несколько недель, потом когда я вернулась из отпуска, мы случайно встретились. И с тех пор общаемся, — делаю паузу, но Вероника жаждет подробностей. — Я правда хотела бы рассказать больше, но пока сама не знаю, что у нас за отношения. Это сложно, и я в этот раз я хочу двигаться медленно, чтобы потом ни о чем не жалеть.

— Правильно! — Вероника поднимает тост. — За плавное движение к счастью.

Я поднимаю бокал, делаю глоток и в этот самый момент замечаю, как в помещение входит Оуэн, следом Аарон. Они не сразу замечают меня, а когда видят, то на лице смесь злорадной ухмылки и нежной радости, будто перед ними поставили огромный сладкий торт, и они готовятся его съесть. Я же теряюсь, ставлю бокал, стараюсь быстро проглотить остаток шипящего коктейля, кашляю, потом вытягиваюсь струной.

— С тобой все в порядке? — Вероника предлагает мне салфетку, но у меня нет шанса ответить, потому что они уже рядом.

— Привет, дамы, — Аарон тянет слова. Если бы они пришли на полчаса раньше и застали меня в компании тех придурков, думаю, это было бы неловко. — Может познакомимся?

Подруга скептически оглядывает их с ног до головы, сначала одного, потом другого. На Оуэне опять гавайская рубашка поверх черной майки. Этот принт следует запретить на официальном уровне! Аарон в черной футболке и джинсах, его цветные татуировки цепляют взгляд.

— У нас сегодня девичник, знаете, женские разговоры про менструальные чаши и всякое такое, поэтому вам стоит поискать компанию поинтереснее.

Я моментально краснею. То ли от упоминания менструальных чаш, то ли от того, что это они. Какого черта вообще они здесь делают? До Сан-Диего два часа езды, к тому же им нужно там закончить работу. Потом до меня доходит насколько благородно они поступают, ведь могли бы подойти и сразу заявить, что мы встречаемся. Вместо этого они предпочли не ставить меня в неловкое положение.

— Я думаю, ваша подруга нам не откажет, может вы дадите нам шанс, — он немного склоняется ко мне и протягивает руку. — Меня зовут Аарон.

— Оливия, — не задумываясь отвечаю я и не могу оторвать от него взгляд. Он держит мою ладонь дольше, чем это позволяют приличия, потом разворачивает тыльной стороной вверх и целует. Я быстро втягиваю воздух.

— Очень приятно, Оливия, мы пока закажем выпивку, — и они уходят.

— Ты совсем рехнулась? Ты же не серьезно? У тебя же есть парень!

Я прошу быть ее потише:

— Они могут нас услышать, просто давай дадим им шанс. Пожалуйста.

— Оливия, твой типаж — плохие парни, и это, кажется, не изменится никогда.

Я умоляюще смотрю на нее, сложив ладони в молитве. Она тяжело выдыхает. Через минуту на столе появляются две бутылки безалкогольного пива, Оуэн садится к Веронике, Аарон ко мне. Его рука невзначай проводит пальцами по ноге, я не подаю виду.

— Моего друга зовут Оуэн.

— Вероника, — сухо отвечает подруга.

Более неловкой ситуации я и придумать не могла. На несколько секунд повисает тишина, я не могу и слова вымолвить.

— Чем занимаетесь, парни? — спрашивает Вероника.

— Мы частные детективы, — легко отвечает Оуэн.

Серьезно? Вот так просто рассказали о работе, а меня мучили несколько дней, делали из этого тайну вселенского масштаба. Более того, они без утайки рассказывают, что часто сотрудничают с полицией, что их последнее дело затянуло их в Сан-Диего, и утром им нужно вернуться обратно. Вероника завороженно слушает. Они могут быть весьма обаятельными собеседниками, если пожелают. Хотя, что говорить. в первый день я на себе испытала магию их харизмы. В течение вечера, я ловлю себя на мысли, что они стараются понравиться подруге, веселят ее, спрашивают о работе и увлечениях, делают комплименты, но в этом нет пошлости или подтекста. Они избегают темы наркотиков, БДСМ-клубов, полиаморных отношений и всего, что может выставить их в неловком свете. Потом у Аарона звонит телефон, он уходит и Оуэн следом за ним:

— Это по работе, мы ненадолго.

— Не похоже, что они врут, — резюмирует подруга в их отсутствие, а я только и могу, что кивать. — И ведут себя прилично, не распускают руки, не пускают сальных шуточек и даже не пьют.

Я снова киваю, мне так хочется, чтобы они ей понравились. Когда они возвращаются, мы еще некоторое время болтаем, пока пиво в бутылках не заканчивается.

— К сожалению, нам уже пора, — Аарон встает, — мы могли бы вас подбросить, если хотите,

— Да, было бы здорово, — я немедленно хватаю сумочку и ловлю на себе суровый взгляд Вероники, но ей ничего не остается, как следовать за мной. На улице шумно, много машин и людей, непривычно оказаться здесь после тихой Санта-Моники. Серый седан припаркован далеко, приходится прогуляться. И тут я задаюсь вопросом, а как они меня нашли? Мне хочется поскорее отправить подругу домой и устроить допрос с пристрастием. И это самая сложная часть, во-первых, потому что Вероника называет не наш адрес, потому что опасно незнакомцам показывать, где ты живешь. А до дома придется идти целый квартал! Нет это меня совершенно не устраивает. Я называю настоящий адрес и получаю за это удар по плечу от Вероники, буквы «Какого черта?» буквально горят на моей коже. К счастью Оуэн пускает в ход все свое обаяние:

— Вы можете не волноваться, мы доставим вас в целости и сохранности.

Мы прощаемся у нашего дома, Вероника тянет меня поскорее спрятаться за семью дверьми. Мы отходим на пару шагов, и я выдергиваю руку:

— Я хочу дать ему свой номер, — шепчу ей.

Подруга удивленно раскрывает рот, потом склонив голову спрашивает:

— Которому: гавайцу или рокеру?

— Неважно, просто иди! Я буду через полчаса.

Наши окна выходят на противоположную сторону, она не видела, как Аарон припечатывает меня к машине и целует, потом садится за руль и заводит двигатель. У Оуэна хватает выдержки на то, чтобы открыть мне дверь, помочь сесть на заднее сиденье и расположиться рядом. Только потом он нежно проводит подушечками пальцев по щеке, шее и плечу. Так эротично, чувственно, медленно. Он спускает бретельку платья, целует в плечо и возвращает назад. Аарон сворачивает к побережью, здесь длинная парковка вдоль проспекта, а к пляжу ведет лестница. Мы выходим из машины, и Аарон хватает и поднимает меня, перебрасывает через плечо и несет на берег. Оуэн берет сумочку из рук. Я кричу и смеюсь, болтаю ногами.

Фонари горят над набережной, но чем дальше к воде, тем меньше света. Здесь безлюдно и шумят волны. Он ставит меня на землю и целует. Оуэн обнимает сзади, и я снова в объятиях двух мужчин. Слишком нереально, чтобы было правдой?

— Почему вы бросили работу в Сан-Диего?

Аарон разворачивает меня к Оуэну, и тот сначала целует, а потом отвечает:

— Мы переживали, что ты найдешь себе кого-нибудь получше нас.

Это звучит как самая милая отговорка, я знаю, что скорее всего за ней есть какая-то другая правда, о которой мне не хотят говорить. Я сбрасываю «трахни меня» босоножки, чтобы почувствовать влажный песок. Мы идем вдоль берега. — А как вы меня нашли?

— Это непростая история, — отвечает Оуэн не сразу.

Я злюсь, потому что вторую ложь проглатывать не собираюсь и готовлюсь выпалить что-то очень злое и даже топнуть ногой. Но Аарон меня опережает, останавливает меня и кладет руки на плечи:

— Если коротко, то в твоем телефоне скрытое приложение для слежки, мы всегда знаем где ты.

Чувствую, как внутри меня закипает кровь, бурлит поднимается вместе с яростью, затуманивая разум.

— Так было нужно. Ради твоей безопасности, мы защищали тебя. Просто, поверь нам. — Оуэн говорит спокойно.