Мускан. Сердцу не прикажешь. История Кинии - 1 (СИ) - Веленская Елена - Страница 93

Однако в Мускане любовь быстро догнала меня — далеко удрать не удалось.

Я увидела едва заметные шрамы на его лице: один — слева над верхней губой, другой — над правой бровью. Конечно, с такой-то профессией сложно обойтись без рубцов… Мне очень захотелось узнать историю их появления, хотя, возможно, в данном случае лучше оставаться в неведении.

Осторожно протянув руку, я попыталась дотронуться до его шрама над губой, но в последний момент остановилась, отдёрнув пальцы. Наверняка Сандик проснётся от моего прикосновения, пусть лучше ещё немного поспит.

Я снова положила голову на плечо мужа, прислушиваясь к спокойному дыханию бандюгана, и закрыла глаза.

Это был лучший вечер за всё время, что я провела в этом чужом мире. Теперь я была абсолютно уверена в том, что в Мускане у меня появилась родная душа, по-настоящему близкий человек. И нет смысла бороться с тем чувством, что появилось между нами. В конце концов, я не могу быть уверена в том, что однажды смогу покинуть Мускан и вернуться в свой мир. Поэтому нужно жить здесь и сейчас, не позволяя возможным иллюзиям помешать мне быть счастливой.

Сегодня мы много говорили о прошлом, пытаясь лучше узнать и понять друг друга. Он вырос в другом мире, с совершенно иной ментальностью. Здесь вполне обыденным было вмешательство магии в жизнь обычного человека. Пожалуй, учитывая всю эту пропасть, уже не так важна была разница в возрасте.

И отдельное спасибо ведьмам за встроенный переводчик. С языковым барьером всё было бы гораздо сложнее. Вот только жаль, что он никогда не поймёт отсылок, которые у нас знает каждый. И если я однажды закричу: "Нафаня! Где мой чёрствый хлеб?", то Сандик скорее всего снова положит руку на мой лоб и спросит, не надышалась ли я краской.

Но ничего. Со временем у нас появятся свои собственные фишки, которые мы оба будем понимать, свои особенные моменты. Как похищение на помолвке или наше бегство в Мадурайск. И это будет гораздо важнее цитаты из мультфильма про домовёнка Кузю. Хотя я бы сейчас совсем не отказалась его пересмотреть. Вот только возможно ли это в Мускане?

Я совсем не заметила, как уснула и принялась бегать по лесу с сачком, чтобы поймать домовёнка Кузьку и принести в свой дом настоящее счастье.

Я проснулась, когда Сандик осторожно слез с дивана и начал красться к лестнице на второй этаж.

— Уже? — я резко вскочила, словно вовсе не спала минуту назад.

Бандюган вернулся к дивану.

— Спи, я соберусь и тихонько уеду, — тихо проговорил он.

— Нет, — я помотала головой и слезла с лежбища. — Я тебя провожу.

— Хорошо, — муженёк кивнул, улыбаясь, и отправился на второй этаж.

А я пока решила сделать бандиту сюрприз: приготовить завтрак с собой. Кто знает, в каких условиях он будет в ближайшее время. Конечно, я не смогу приготовить ему кучу местных разносолов за короткое время, как это делает Сунита, но порадовать любимого мужчину какой-то вкусняшкой вполне успею.

За окном ещё было совсем темно, но, несмотря на вчерашнюю усталость, сон быстро слетел с меня. Почувствовав в себе энергию ещё не начавшегося дня, я бодро зашла на кухню, налила в чайник воды и поставила его на плиту, открыла холодильник.

Что бы приготовить? Яичницу? Скучно и банально. Нужно что-то, что никогда не приготовит Сунита, что-то из моей обычной… прошлой жизни. Но при этом с местным колоритом.

Я достала из ящика с овощами картофелины, накидала их в большую миску и поставила под струю холодной воды, сунув под неё и руки. На одной по-прежнему был приклеен чудо-пластырь, защищающий исчезнувший ожог.

Снова вспомнив про Аджита, я поёжилась и выключила воду. Был ли связан тот зловещий старик на экране с колдуном или я просто придумываю, сама себя накручивая?

Я быстро почистила семь картофелин и принялась натирать их на крупной тёрке, поглядывая на часы. Надеюсь, что успею приготовить всё вовремя.

Перемешав пока ещё светлую картошку с яйцом, я добавила в неё соль, специи, которые попались под руку, немного мелко нарезанного зелёного лука, всыпала муки. Теперь дело за малым.

Я поставила две большие чугунные сковороды на плиту, налила в них масло и принялась ждать, пока они нагреются.

Когда Сандик зашёл на кухню, удивлённо принюхиваясь, его уже ждала целая миска горячих картофельных оладушков. Я делала к ним пряный соус, размешивая йогурт со специями, чесноком и зеленью.

— Это мне? — улыбнулся муженёк.

— Ну, не Суните же, — усмехнулась я, пододвигая блюдечко с соусом к тарелке.

Бандюган уселся за стол и принялся с аппетитом наворачивать драники, макая в соус, а я достала контейнер и отложила ему часть оладушков с собой. Приготовить что-то ещё времени не оставалось, но я всё же была довольна собой: накормила муженька завтраком. Сама. Суните это вряд ли понравится.

Я проводила мужа до машины. Он закинул на заднее сидение небольшую спортивную сумку, повернулся ко мне и обнял. Я прижалась к Сандику, не желая отпускать его.

— Я скоро вернусь, постараюсь поскорее, — он широко улыбнулся и игриво дотронулся до моего носа указательным пальцем, как часто делают с детьми.

В этот момент сердце моё тревожно сжалось.

— У меня плохое предчувствие, — пробормотала я.

— Всё будет хорошо. Я знаю, что делаю, — успокаивающе проговорил Санджай, поцеловал меня и залез в тёмно-зелёный джип. — Утром приедет Ману, он присмотрит за тобой.

Я проводила взглядом его машину, пока она не скрылась из вида. Чувство беспокойства перестало быть таким острым, мешающим дышать, но где-то ещё противно скребло на душе.

Лампочки на пальмах тускло светили, напоминая о вчерашнем вечере. Я укуталась в плед, накинутый на плечи. Совсем скоро рассвет, а с появлением солнца на Мускан опустится сильная жара. Пока же прохладный ветерок удерживал ночь в столице Саварии и приятно холодил мои традиционно пылающие щеки.

Я не торопилась возвращаться в теперь пустой дом, какое-то время бесцельно прогуливаясь по двору. Добредя до большого мангового дерева, я подошла к нему и положила ладонь на шершавую кору, на несколько минут замерев. Сама не знаю, зачем я это делала, но мне показалось, что в этот момент дерево забрало часть моей тревоги, а мне передало немного своей энергии, которую оно накопила в солнечный день.

Вернувшись в дом, я поняла, что снова ложиться спать не хочу. Сходила в душ, выпила горячий кофе с бутербродом (готовить для себя совсем не хотелось), собралась и вышла из дома, оставив записку Ману.

Закрывая дверь, я вспомнила, что в прошлый раз такой поход закончился не очень хорошо, но теперь вроде бы я была в безопасности.

Уже рассветало, когда я быстрым шагом пришла на автобусную остановку. Зарождающееся утро перекликалось с моим эмоциональным настроем: просыпался город, и просыпалось что-то в моей душе. Кажется, я никогда не чувствовала себя такой счастливой — очень хотелось сообщить каждому встречному, что я влюблена. Я понимала, что буду выглядеть странно, поэтому просто глупо улыбалась, сама понимая, насколько это нелепо.

В автобусе народу пока было немного, так как час пик пока не наступил. Я села у окна и погрузилась в свои мысли, наблюдая за сменяющимся пейзажем за стеклом.

Я вышла из дома без определённой цели, по эмоциональному порыву. Но теперь я точно знала куда и зачем еду. Мне нужно поговорить с Тиной. Я уверена, что она согласится взять меня на работу. Пусть даже пока расставлять книги на полках.

Порой мы находим что-то и понимаем, что вот оно, теперь всё пойдёт так, как должно. И с книжным магазином я именно это и ощущала, уверенность в том, что я нашла нужный для себя поворот на разветвлённой дороге судьбы.

Выскочив из автобуса на приличном расстоянии от магазина, я решила прогуляться. Было приятно пройтись по пока не слишком нагретым улицам. Да и приехав слишком рано, я боялась не застать Тину на месте.