Останься моей (СИ) - Поллина Лена - Страница 43

Я бросаю на мужа взгляд из серии «начинается», он лишь шире улыбается. Потом задумывается и улыбка медленно увядает.

— Но ты в положении и мне бы помнить об этом каждую секунду… — Андрей трогается с места и поворачивает руль, перестраиваясь на нужную полосу.

— Просто, Гелька… — он сбрасывает одну руку с руля и тянется к моей. как-то трогательно сжимает мои пальцы. У меня внутри трепет такой…

— У меня никогда такого раньше не было. Крышу сносит от тебя. Правда люблю тебя, сама же видишь.

Такие моменты хочется на пленку записывать и пересматривать. Громов не обманул меня, он правда редко таким бывает. Только в самых исключительных случаях.

Сейчас, видимо, именно такой случай.

Я молча наблюдаю за его живой реакцией. Нервно сглатываю ком в горле, потому что мне от этого трепета хочется заплакать.

В таком ангельском состоянии я доезжаю до офиса. Чувствую себя самой хрупкой и фарфоровой куклой, которую оберегает злой и строгий Кинг Конг.

А дальше… Творится какое-то безумие!

На работе такая напряженка. Я своим состоянием наслаждаюсь недолго. Потому что от былой атмосферы ни следа. Мой муж рвет и мечет.

И есть за что.

Оказывается, что я не одна прокростинаторша. У кол центра не выполнен план обзвонов, в шоу руме затянуты три сделки, ну а в ГОСТе все гладко. Тут придурок- Никита работает четко.

Не придраться.

Он опять ко мне подходил для разговора, но я его отшила. По лицу вижу, что бегать он за мной не собирается. У него вроде даже девушка есть. Этот факт наверное обе компании расстроил. Но я пока не готова показывать ему дочь. Тем более у Янки есть отец. И решения буду принимать не только я.

— Коллеги? Мы работать с вами будем? Или начнем прореживать ряды нашей команды? — голос мужа звучит гневно. Замирают все. Я вообще серой трусливой мышью хвост поджимаю. Если бы не Маринка- первой в списке бы оказалась!

Марина- мощь! На такого сотрудника надо молиться. Мне даже неловко перед ней, что я такая необязательная.

«Платье мне выбрать поможешь» — вот что мне шепнула подруга, когда я ее щеки от благодарности перед совещанием расцеловывала.

Атмосфера накаляется тем фактом, что муж называет мою фамилию.

— А сейчас я бы хотел поговорить о моей помощнице. Громовой Ангелине Игоревне.

Шеф откидывается на спинку кресла и придирчиво меня оглядывает.

— В списке на увольнения она бы была первым сотрудником! Потому что работает паршиво…

Вот ведь гад…

Он что…Серьезно это? Вскидываю обиженный взгляд на мужа, но тут же подбираюсь. Публичная казнь — это не профессионально! Не похоже это на моего мужа. Опускаю вгляд на шариковую ручку, которую нервно прокручиваю в руках. Пнимаю, что заслужила, но… Это ведь уже черезчур.

Но дальше…

— Три месяца назад эта сотрудница появилась в моей жизни и все перевернула с ног на голову. Никогда б не подумал, что стану примерным семьянином, но бл…блин… Эта чертовка ловко загнала сурового медведя под свой мелкий каблук тридцать пятого размера…

Боже, что несет этот бородатый мужик?

Поднимаю глаза на мужа и удивленно разглядываю его ухмылку.

Они же все это слушают. Я слышу удивленный шепот. Боковым зрением вижу их замешательство. Понимаю, что многие сотрудники не знали о том, что Громов женат. Странно. Машка сдала позиции.

— Теперь я, вместо того, что бы в пятницу ехать с друзьями в кабак, еду выбирать дочери туфельки или сыну портфель… — громко вздыхает и с места встает. — В общем… Вашего злобного шефа не херово так припечатало от этой девчонки. — на меня кивает.

Вдруг из под стола вырастает огромный букет белых роз. Громов становится на одно колено и открывает коробочку с чудесным кольцом.

Такое вообще возможно? Щипаю себя, что бы убедиться, что это не сон.

На мои глаза наворачиваются слезы. Замираю. Теряюсь.

— Мы уже женаты. У нас с тобой вообще все как-то не по людски… — Громов ухмыляется.

Его глаза блестят. Я еще не видела у него такого чувственного выражения. У него обалденная улыбка. Буду думать об этом каждый раз, когда вновь захочу обидеться на него по мелочи. Вот такой он мне нравится безумно.

Мы смотрим друг другу в глаза. Пульс долбит. Сердце мелкой дикой собаченкой скачет в груди.

Он такой красивый. Сильный. Уверенный в себе.

Но сейчас я ясно ощущаю свою власть над этим сильным бородатым мужчиной. Женскую власть.

Знаю, что горы свернет ради меня.

Верю каждому его слову.

— Ты знаешь, что я от тебя безума… Люблю тебя и наших детей. — продолжает.

Благодарный взгляд шарит по моему лицу.

— В общем, Карамелька… Останься моей.

Я заливаясь слезами пищу, что согласна и Громов меня целует. Так как он умеет. Страсно сжимая мою спину в своих сильных руках. На глазах у двух компаний, в большом зале, где сейчас больше сотни сотрудников.

Вот это ни фига себе романтика…

Глава 29

Ангелина

— Мама, ты принцеша такая… — Янка в ладошки хлопает и смеется. — Покутись вот так. — Дочка быстро вращается и ее платье превращается в пышный цветок.

Я начинаю повторять движения дочери, но тут же останавливаюсь-голова кружится. Счастливый смех заполняет комнату.

— Так, козявки. Собирайте игрушки, скоро выезжаем. — В комнату заходит Маринка и, отдав указание направляется к большому зеркалу, которое мы перетащилю из гостинной в детскую для сборов.

Вика с Янкой шуршат по комнате, наводя порядок. Ну, вы поняли кто в нашей команде плохой полицейский… А я — тряпка. Все, как всегда.

У нас Санта- Барбарная свадьба. Точнее три свадьбы. Наша с Андреем, Маринкина с Женькой и, о, Боже папина и Оли. Решили на семейном вечере что всем некуда откладывать, ведь животы у нас с девчонками растут, как на дрожжах.

Да. Да. Да… Ольга Васильевна с папой тоже ждут ребенка.

На дворе золотистый сентябрь. На нашу свадьбу выпала чудесная погода.

Бабье лето в самом разгаре.

— Балетки взяла? — Маринка губы подводит и поправляет фату.

Я сижу на кровати и перебираю рюши на свадебном платье. Пышная ткань окутывает меня белым облаком.

— Взяла — тяну хныкливо и утираю слезу.

— Мать, ты чего это? — подруга садится возле меня и обеспокоенно рассматривает меня.

Я булькаю носом и издаю грустный смешок.

— Я люблю тебя… Спа… Спасибо, что ты у меня есть… — Маринка прижимает меня к себе аккуратно уводя мой залакированный локон в сторону.

— Я тоже тебя очень люблю. — Слезу мне вытирает. — Ну ты чего киснешь, смотри, что наделала, засранка! Я теперь тоже в соплях! — шмыгает носом и смеется.

— Мы просто дуры беременные, вот и все… — пожимаю плечом и тоже смеюсь.

— Девочки, поехали. — В комнату заходит Оля. Мы решили собираться в нашем доме. У нас много комнат и всех детей можно разместить. — Я отправила детей с Иваном.

Все уже уехали в ресторан, остались только невесты. Мы ломая все стереотипы едем втроем на машине. Маринка за рулем. Кстати, громовский подарок Маринка продала и Женька ей купил офигенную белую беху, на которую моя подруга давно слюни пускала.

Она, конечно, грамотная манипуляторша. Так тонко вьет из парня веревки, при этом не вредя его статусу и самооценке. Психолог, че сказать.

Но она очень преданная и любящая жена и хорошая мама. С Викой они классно ладят. Девочка — Маринкин хвостик.

У меня три недели назад был жутчайший стресс. Я отвела ребенка в первый класс. Кирюха стих читал, а я, как очумевшая мамаша всех расталкивала локтями и снимала видео. Потом заспамила сторис. Мои однокурсники были в шоке, одноклассники засыпали вопросами, а родственники и друзья Андрея, с которыми мы лишь заочно знакомы, забрасали сторьки огонечками.

Мы с девчонками усаживаемся в машину.

Я прошусь вперед. Оля не возражает. Мы едем, подпевая радио и пританцовывая. Нам сигналят машины, потому что три невесты в одном авто, выглядит, как постановка.

— О! Девки, а давайте клип снимем, — Маринка телефон к штативу закрепляет — ну, как эти… «Мама-люба»…