Покров Тьмы (СИ) - Романова Маргарита "Margari Vlaiser" - Страница 8

Правда, после этой процедуры, ей поплохело. И Фаолин, как только прошел проверку, увел ее в гостевую комнату, выделенную им на время праздника.

***

По случаю происшествия на пиру, на следующий день был созван совет королей и членов ордена. Фаолин, Иналия, и другие представители власти тоже там были. Старейшины поведали о подобных случаях, просходящих по всей Джевелии. Они призывали усилить охрану, расставить больше сторожевых постов по всему королевству.

Совет продлился весь день. В целом, решено ничего небыло. бесцельные споры и предположения привели только к чрезмерному утомлению членов совета.

Фаолин, как и другие, вышел с совета подавленный и уставших. Впервые за долгое время он был разражен до такой степени, что руки чесались кому-нибудь врезать.

Дверь в комнату распахнулась, под ударом его руки. Твердым шагом он вошел в помещение, где Мариэль, ожидая его, вышивала цветочные узоры на прозрачном шелке. Увидев состояние мужа, она тут же вскочила с места, бросив свое дело.

Фаолин сдернул со своей головы серебряную диадему, и бросил ее на комод.

— Зачем ты ее носишь, она ведь тебе не нравится. — Ласково прошептала Мариэль. — Да к тому же еще и жмет… Я захватила для тебя ужин, тебе же так и не удалось перекусить.

Она подхватила поднос с остывшим сливовым пирогом, салатом и ромашковым чаем. Произнесла всего одно слово, и пирог с чаем тут же нагрелись и приятно запахли. Когда Фаолин поел, Мариэль помогла ему избавиться от сапог и камзола. Она чувствовала, как он напряжен. А потому, забравшись на кровать, устроилась позади него, и принялась растирать и массировать его широкую спину.

После этого Фаолин наконец расслабился. Мариэль не стала расспрашивать его о решении совета. И так все было понятно, а лишний раз бередить неприятности не стоило. Стараниями Фаолина она с самого начала была ограждена от политических собраний, проблем страны и всего подобного. Так что она и не интерисовалась делами королевства, что бы лишний раз не заставлять его думать оработе.

— Вчера в беседе с одним механиком из ордена узнала что наконец-то изобрели лифт. Помнишь, я давала им чертежи, основанные на тех преспособлениях, которые используют в Ваставе? Они усовершенствовали их, и теперь в их башнях уже работают подъемники. Король Дуглас велел соорудить такие для шахт и цитадели.

— Да, отец упоминал, что хочет обзавестись такими на дозорных башнях. — Прикрыв глаза, поддержал разговор Фаолин.

Они говорили еще много о чем, пока Фаолин не уснул. Мариэль укрыла любимого, а сама устроилась у открытого окна, вышивая узоры.

Медленно спускалась ночь. прохладный ветер колыхал занавески. В небе зажигались звезды. И тонкий серп луны выплыл из-за горизонта. В камине потрескивал огонь. Посапывал спящий принц.

Идилию прервал стук в дверь. Она бесшупно приоткрылась и в проеме показалась Дэйли. Заметив, что отец уже спит, она поманила мать рукой, и скрылась за дверью.

Мариэль, гадая, что могло случиться у дочери в такой час, прокралась мимо Фаолина и вышла в коридор.

— Что случилось? — В коридоре, кроме Дэйли, были Златоэорис и еще два эльфа — Агнар и Игеред. Два рыжих, кареглазых, одинаково высоких эльфа вовсе не являлись братьями. Хотя на первый взгляд, можно было подумать, что они двойняшки. Мариэль знала, что Игеред раньше был ниже Агнара и он был златовласым. А Агнар был брюнетом, и гораздо выше, чем сейчас. С тех пор, как они изменили свою внешность, Мариэль их часто путала. За то Дэйелис ни разу не ошибалась.

— Мы тут гуляли… — начала Дэйли, — и нашли кое-что. Ты должна это увидеть.

Дочь уверенно пошла к выходу из замка, ведя всех за собой.

— Мы не хотели вас тревожить, — Неуверенно проговорил Игеред. — Но кто-то должен знать.

— Я не нашел Старейшин в их покоях, и нигде в замке. Иначе мы бы обратились к ним. — Подхватил мысль Златоэорис.

— У них сегодня выдался тяжелый день. — Мариэль сделала паузу, потом кивнула, подтверждая собственные убеждения. — Должно быть, они не хотят, что бы их тревожили… Ангнар, Игеред, как ваши дела? Я не видела вас ни на похоронах, ни на пиру.

— Мы задержались. Приехали только сегодня утром, расчитывая, что праздник будет длиться несколько дней, как оно обычно бывает. А тут такое… Дэйли рассказала нам про шута. — Поведал Агнар.

— Ага, приехали хорошо провести время… — Вздохнул Игеред, но не договорил. Агнар его перебил.

— А жизнь предложила провести его весело.

— Именно это я и намеревался сказать! — возмутился Игеред.

— Что за непростительный тон по отношению к старшим!? — встрепенулся друг.(Агнар на 2 года старше Игереда)

— Ну извини за то, что я говорю, когда ты перебиваешь.

— В целом, не соскучишься. — Подытожила Дэйли. Она привела всех в небольшой дворик между кухней и прачечной. В сплошных каменных стенах были только две простенькие двери по обе стороны дворика. Но обе уже были заперты.

— Вот. — Дэйелис приложила ладонь Мариэль к холодной внешней стене замка. — Загляни в ее память.

Мариэль послушалась дочь. "Пролистала" события до предыдущего вечера. Очень долго ничего не происходило. Но вдруг дверь в кухню распахнулась. И снова захлопнулась. На том самом месте, где сейчас стояла Мариэль, почувствовался глухой удар. Будто кто-то с силой толкнул на камень человека. И судя по всему, еще долго прижимал его к стене. Виндо ничего небыло. Дворик так и оставался пустым.

— Надо было подгадать момент! — Послышаслся злобный шепот. Словно кто-то кому-то угрожал. — А если бы я не успел к тебе на подмогу? Зачем это делать на виду у всех!? Болван! Быстро уходим!

Человек смог встать на обе ноги, оторвавшись от стены. А потом все стихло.

— Так значит убийцы все-таки невидимы. — Озадаченно промолвила Мариэль, открыв глаза.

Глава 5. Дело шутовское

Зацепка, обнаруженная Дэйелис и ее компанией, заинтересовала старейшин, но ничего не дала. Тем же способом, каким Мариэль почувствовала место стычки невидимок, сыщики проследили за их передвижениями. "Следы" отчетливо проявлялись лишь там, где было безлюдно. С территории замка невидимки поспешили убраться через главные ворота. Но вместо того, что бы прятаться в тихих безлюдных улочках, они затерялись в толпе. И вычислить их "походку" было почти не возможно в сплетении тысяч чужих следов. Мало того, те двое разделились и скрылись в разных концах города, в толпах празднующих гуляк.

Сыщики не сдавались, продолжая искать убийц. А вот король Зигмунд, похоже, совсем не придавал значения происшествию на его коронации.

— Столько шума и все из-за какого-то шута. Будто у меня других дел нет, как беспокоиться о такой ерунде.

— Жизнь вашего подданного по-вашему — ерунда? — не стерпел Арагнаст.

— Не преувеличивайте. Этот бестолковый шут жив, а значит все в порядке. Он сам изуродовал себя, я своими глазами видел. Мало ли на свете слетевших с катушек артистов? Так тот, к тому же, был пьян. — Не унимался молодой король.

— Вовсе не повреждение ума послужило причиной тому, что случилось. — Вмешался Болдр, высокий бородатый мужчина, чем-то напоминающий стереотипных волшебников из сказок. — На юношу напал опытный маг, к тому же умеющий ловко скрываться и проникать на такие охраняемые мероприятия, как коронация! Вы не подумали, что на месте того шута могли быть вы. Кто знает зачем именно приходили эти невидимки…

— Попрошу не разговаривать со мной в таком тоне! — Перебил старейшину Зигмунд, повысив тон.

Тем временем, пока все были заняты бесполезными спорами и выяснением отношений, Мариэль отправилась проведать пострадавшего.

Шута отпустили из лазарета на следующий же день. Маги быстро вылечили его раны. Но вот вернуть бедолаге зрение и способность к речи никому не удалось. Убедившись, что от ран он больше не пострадает, лекари выпроводили юношу.

Мариэль, узнав что его группа, с которой он выступает, все еще в городе, поспешила его навестить. Но нашла шута еще раньше, чем добралась до стоянки бродячих артистов. Калека сидел у городской стены, прислонившись к ней спиной. Рядом валялась его цветастая шапочка, в которой блестели пара монет.