Под глифом "Бесконечность" (СИ) - Морох Ольга - Страница 8

Пора прогуляться.

К вечеру реанимационный блок был полностью укомплектован, в руке — банка дрянного местного пива, а возле плеча какая-то рыжая девица с усыпанным веснушками лицом. В качестве компенсации за предыдущий день Вик позволил себе свидание. А чтобы не светиться на улицах, затащил девушку на обслуживающую площадку распределителей влаги. С высоты город казался красивым, если не знать его сути. Затаившийся зверь, красивый и опасный. Арканум. Слово тянулось на языке, растекаясь горечью и терпким, жгучим вкусом кислоты. Хотелось сплюнуть его, но оно цеплялось за язык, пропитывало кожу, въедалось в дёсны, вызывая ноющую боль в зубах.

Город свободы, город проклятых, смотря что ты ищешь. Вик сделал большой глоток из принесённой с собой жестянки. Пиво. Вкус отвратителен, как и всё в этом городе. Он забрался на борт распределителя и скинул ноги вдоль гладкого, отполированного ветром борта. Внизу — невообразимая высота. Если посмотреть вниз — то можно увидеть огни жилых кварталов, а чуть левее, как спина гигантского животного, дуга арены. Сейчас зверь спит — сезон давно закончен, скоро новый, но, когда в программируемых боксах рубились не на жизнь, а на смерть игроки, зверь визжал, рычал и отплёвывается огнём. Всё на потребу кровавой жатве. Играй и умри.

Вик сделал ещё глоток. До чего дерьмовый вкус. Он сморщился и сдавил банку руками. Остатки пойла выплеснулись через отверстие и потекли по коже.

— Твою… — Вик стряхнул пенные капли с пальцев и слизал то, что затекло на локоть.

— Эй! — с девчонкой Вик познакомился буквально пару часов назад. Она казалась смышлёной, не уродиной и вполне перспективной.

— Будешь? — девчонка в облегающей куртке и штанах протянула ему упаковку с тёмно-серыми капсулами. «Чёрный лёд». Забористая вещь, но настроения не было, и Вик покачал головой. Нет. Девчонка пожала плечами и кинула в рот одну капсулу.

— Ты бы поменьше этим дерьмом закидывалась, — заметил Вик, отодвигаясь от уверенных движений девицы. Та лихо запрыгнула на парапет и пристроилась рядом, болтая ногами, — от него мозги в фарш…

— Ты мне мамаша что ли? — усмехнулась девица.

— Да, нет, — Вик пожал плечами, — вроде не похож.

— А чего у тебя глаза разные? На психа похож! — линзы. Забыл.

— А чего пошла со мной, не боишься?

— Люблю психов, — выпалила девица.

— Мы с тобой два часа знакомы. — рассмеялся Вик. На это девица ничего не ответила, подставив лицо ветру, толкающему слезть с парапета.

— Попперс нужен? — девчонка широко улыбнулась, поворачивая к нему голову. А Вик взглянул на чёрные точки наркотика у неё между зубов. Ещё пару минут и глаза её остекленеют, девушка перестанет себя контролировать и превратиться в куклу. Делай, что хочешь. И от этой мысли отчего-то пропало всё желание. Особенно чернеющая от препарата эмаль зубов вызывала отвращение. Ничего у них не выйдет, даже с возбудителями. Такой вечер испорчен. А мог бы стать приятной наградой за пережитое.

— Красивый город, — вздохнул Вик, отворачиваясь от неё.

— Арканум? — хохотнула девица, — Шутишь? Помойка!

— Зачем тогда приехала?

— Здесь драйв, — девица прижалась с левого бока и запустила руку в ворот майки. У неё холодные уверенные пальцы.

— Погоди, — Вик сжал её руки, чувствуя, как в голове снова всё начинает путаться. Только не сейчас!

— Чего? — девица настороженно посмотрела на него.

— Я… Мне… — лишь бы не вперёд. Вик завалился назад, неловко ударившись всей спиной о плитку площадки. Пальцы сжало судорогой. Не успел.

— Эй! — Девица испуганно слезла с парапета, растерянными глазами окинула дёргающееся в судорогах тело. — Какого хрена? Ты больной что ли? Блин! — и Вик сквозь грохот крови в ушах почувствовал удаляющиеся удары её ног по бетонной площадке.

«Стой, дура», — хотелось крикнуть, но зубы не разжимались, даже усилием воли. Нельзя ей сейчас на улицы. Дура, дура…. Сознание то уплывало, то возвращалось. Хорошо, что это случилось не внизу. В этом городе нельзя показывать слабости.

«Блок памяти повреждён на ноль целых пять десятых процента.»

«Сейчас…»

«Инъекция сделана. Рекомендуется несколько часов покоя. Даю команду на восстановление»

«Понял…» — в реанимационном блоке есть препарат, он поможет прийти в себя. Жаль, с девчонкой не вышло. А могло бы, впрочем, нет. Не могло.

Глава 5

Меридиан — двенадцать — один из самых первых районов Арканума. Вик даже помнил, как возводили кварталы вокруг арены в самом центре города, постепенно расширяя купол, а здесь жил монтажный отряд, а где-то рядом даже есть законсервированный стыковочный шлюз. Вот тогда было действительно весело. Первое время казалось, что правила обошли Арканум стороной. Но нет, вскоре появилась и Служба Территориальной Безопасности, а затем и свои законы. Бесконечные ограничения. То от чего люди бежали с Терры, догнало их и здесь. Как ни странно, Вик даже помнил первые игры на выживание. Они назывались «Кубезумие». Правилами ещё и не пахло и декларацией об использовании андроидов тоже. Вот это были схватки, больше похожие на кровавые оргии. Это потом разделили биологические и кибернетические организмы, и сейчас запрещено использовать андроидов в схватках с людьми, а тогда было можно всё.

Одного он не мог вспомнить, что же держит его в этом городе. Сколько раз он порывался вернуться на Терру, но каждый раз его что-то останавливало.

Улицы в этих кварталах ещё широкие, это потом начали экономить пространство и в-последних, построенных недавно, районах проходы между блоками похожи на трещины в огромном теле Арканума. Здесь — нет, здесь можно раскинуть руки и даже не задеть проходящего мимо попутчика. Только вот с освещением по-прежнему полная дрянь. Видно разве чуть дальше вытянутой руки. И пахнет тяжёлым запахом отработанного механического тела. Арканум старел ровно так же, как человек, и возможно, хотел бы уйти, но ему не давали. Как и Вику.

После приступа всегда казалось, что все прожитые годы разом наваливаются на плечи. Сколько их? Три сотни? Четыре? Дерьмовое бессмертие биологического тела не даёт бессмертия душе. Иногда казалось, что она замерла, застыла, умерла, кому как нравится. Вик предпочитал термин «сдохла». И добавлял «на хер», но в более жёстком варианте. Прогресс, догнав человечество, здорово приложил его по самым уязвимым точкам: человек не должен жить вечно, да ничто не должно существовать вечно! Только небо. И звёзды. Они красивые. Вот бы когда-то дождаться первых экспедиций. Только никто туда особо не стремится. Космос холоден и жесток. Особенно к людям.

Сигарета снова моргнула диодом, что капсула почти пуста.

Впереди почудилось движение. Слух и немного интуиции подсказывали, что впереди та самая девчонка. Не ушла. Говорил же ей. А, нет, постойте, не успел. Звуки сбивающегося дыхания прерывал только мерный глухой стук. Ток-ток-ток. И кто-то натужно стонет. Кажется, всё действо происходит на вентиляционном блоке.

Ещё три шага и можно разглядеть, что творится впереди. Их двое и девушка, распятая на крышке дефлектора. Кажется, она не сопротивляется. Совсем обдолбалась? Вмешаться или не стоит? С одной стороны, она сама приняла это решение, с другой… Дура.

— Эй, братва, — Вик сжал кулаки в карманах. Обе тени, чертыхаясь, отступили в глубину улочки, а потом послышались быстро удаляющиеся шаги.

Девушка, как ни странно, молчала. Ни стонов, ни движения. Убили? Хотя, она под кайфом, ей, быть может, всё равно. Вик подошёл ближе. Вот, чёрт! Это даже не рыжая! Это андроид-парень! Видимо уведённый из борделя. Робот сел на крышке блока и равнодушно взглянул на вновь прибывшего. Красивые мужские черты лица оставались неподвижными. Этим не нужны эмоции. Дешёвый товар. Хотелось плюнуть под ноги. Никак он их не научится отличать издалека андроидов от людей. Есть же у первых диод под кожей на виске.

— Браво, браво! — услышал Вик насмешливый женский голос за спиной. Тори.

— Ты как меня находишь всё время? — хотелось ударить эту девку, чтобы не появлялась вот так, без предупреждения.