Месть под острым соусом (СИ) - Морейно Аля - Страница 33

Она начинает задавать мне стандартные вопросы об образовании, опыте, предыдущем месте работы. Очень боюсь вопроса о причинах увольнения из фитнес-клуба, потому что я не знаю, что говорить. А любой из заготовленных вариантов ответов обязательно вызовет массу подозрений. 

Екатерина Петровна рассматривает мои документы. Я готовлюсь в любое мгновение услышать: «Нет, вы нам не подходите» и молюсь, чтобы она произнесла хотя бы: «Спасибо, мы вам перезвоним». Очевидно же, что не перезвонят. Но хоть пару дней я поживу с надеждой на чудо. Однако вопреки всем ожиданиям, она говорит: 

- Хорошо, вы нам подходите. Только приступить к работе нужно уже завтра. Сможете? 

- Да-да, конечно. 

Я всё ещё не верю своему счастью. А говорят, что чудес не бывает… 

- Испытательный срок месяц. Завтра утром я познакомлю вас с Риммой, нашим бухгалтером, и она расскажет вам о ваших обязанностях. 

Если меня спросить, что такое абсолютное счастье, то я, не задумываясь, отвечу: иметь хорошую работу по специальности. Потому что работа – это так много! Особенно когда она по душе, когда никто не бросает презрительных взглядов и все разговаривают на равных. Когда зарплата такая, что можно жить месяц и не думать, что выбрать: купить хлеб или проехать несколько остановок на автобусе. 

В офис «Циркуля» я не хожу, а летаю. У меня будто выросли крылья. Я работаю помощником бухгалтера! Да я о таком даже мечтать не смела! А говорят, что чудес не бывает! Бывают, я теперь точно знаю! 

Большую часть дня я ввожу в компьютер информацию о новых товарах, о поступлениях на склад, об отправках по магазинам. Буквы, цифры, накладные. Учусь работать в бухгалтерских приложениях, формировать и отправлять налоговые документы. Поначалу Римма меня дотошно проверяла, но я почти не допускала ошибок, и теперь она сверяет только итоговые суммы. И они у меня сходятся! 

Ещё я делаю разные выборки и строю отчёты по запросам руководства. Я быстро освоилась в их программе и легко устанавливаю необходимые фильтры, а затем распечатываю или отправляю по электронной почте результат. И у меня всё получается! Римма меня хвалит, а я так счастлива! 

Новый год мы с мамой встречаем весело, с настоящей ёлкой, оливье, мандаринами и подарками. Не хватает только моего мальчика. Но теперь, когда больше нет долга и появилась официальная работа, я смогу заново подать на опеку и надеяться на положительное решение. 

Первый день наступившего года провожу в детдоме. Раздаю детям подарки, которые мы с мамой заготовили каждому, чтобы никого не обидеть. Мирон счастлив, и я радуюсь вместе с ним. Год начинается замечательно. Верю и надеюсь, что всё у нас обязательно получится. 

Погода под стать настроению – небольшой мороз, ясно, солнечно. Мы долго гуляем с детворой, балуемся, бросаемся снежками. Воспитательница приносит санки, и я по очереди катаю всех малышей. 

После праздников работы не очень много. Несколько дней торговля идёт вяло. Но скоро начнётся третья четверть у школьников, а за ней – второй семестр у студентов, да и в офисах работа закрутится. 

Главбух возвращается из-за границы только завтра, и мы с Риммой со спокойной совестью бездельничаем, гоняем чаи и болтаем о жизни. Вернее, рассказывает в основном она, я больше помалкиваю. Да и чем я могу поделиться с ней из своего скудного опыта нормальной жизни? Я, конечно, могла бы ей рассказать о любви и верности, о предательстве и подлости, о счастливых случайностях и злом роке. Но слишком больно, и я молчу – пусть коллега и дальше считает меня милой скромницей, стесняющейся собственной тени и не видевшей ещё настоящей жизни. 

В обеденный перерыв выскакиваю в коридор с графином, чтобы набрать в кулере воды. Но стоит мне зайти за угол, как утыкаюсь в знакомый свитер. Поднимаю голову, и ноги подкашиваются. Он меня и тут нашёл? 

- Привет, Мышка! С Новым годом! 

- П-привет. С-спасибо, тебя тоже. 

Что он тут делает? Как его занесло в наш офис? 

- Как тебе тут работается? 

Он издевается и злорадствует? 

- Х-хорошо. 

- Не обижают? 

Смотреть ему в глаза боюсь. Не знаю, что говорить и как умолять его оставить меня в покое и позволить просто жить… 

Прикладываю недюжинные усилия, чтобы взять себя в руки. Я – не его подчинённая! Мне нечего оправдываться. 

- Нет, я уже закалённая. 

Наконец хватает смелости посмотреть ему в лицо. И правда, разве кто-то может обидеть меня сильнее, чем Николай и его семейка? Выглядит он шикарно, явно недавно побывал у парикмахера – чёрные волосы аккуратно подстрижены и уложены, на щеках румянец. Ещё и глазами улыбается так, как может только он, и пахнет своей вкусной туалетной водой. Красивая обёртка гнилой конфеты! 

- Ник, идём, я готов, – шеф выходит из кабинета и решительным шагом направляется по коридору. 

Они – приятели? В голове стучит набатом: это конец. Он наверняка наговорит обо мне гадостей начальству и потребует, чтобы меня уволили. Я снова останусь без работы и не смогу забрать Мирона. Ну почему каждый раз, когда в моей жизни что-то налаживается, тут же появляется этот мужчина и всё разрушает? 

- Удачи, Мышка, – усмехается и, не дожидаясь ответа, скрывается с шефом за поворотом. 

Ему ещё хватает наглости вести себя так, будто я его хорошая знакомая и он искренне желает мне добра! После всего, что наговорил мне и уволил абсолютно ни за что! Спасибо, хоть разрешил написать заявление по собственному желанию и не испортил трудовую книжку… 

Настроение безвозвратно испорчено. С трудом дорабатываю до конца дня. Сижу, как на иголках, каждую минуту ожидая вызова на ковёр и известия о моём несоответствии занимаемой должности. Хотя что за чушь? Я хорошо справляюсь со своими обязанностями! Меня не за что увольнять! Впрочем, в фитнес-клубе я тоже работала нормально, но мне это никак не помогло… Разве таким людям нужны справедливые аргументы и обоснованные причины, чтобы играть судьбами подчинённых? 

Наутро впервые иду на работу, как на каторгу. Вернувшаяся из отпуска Екатерина Петровна заваливает нас с Риммой работой. Это немного спасает от дрожи и паники. Ожидание приговора, пожалуй, хуже того, что за ним последует. Как его пережить? 

Коллеги замечают мою нервозность, но я не могу им ничего рассказать. Как объяснить, в какой западне я оказалась по стечению обстоятельств? Ругаю себя: зачем выскочила с тем графином и почему именно в тот момент? Будто какой-то злой рок взял меня за руку и потащил в тот злополучный коридор. 

На удивление, шеф меня так и не вызывает, ничего страшного вокруг меня не происходит. День, второй, третий. Страх и паника постепенно притупляются, им на смену приходит недоумение: неужели Николай сжалился надо мной? Весьма неожиданная щедрость с его стороны. 

Глава 20

Февраль 2020 

Николай 

Выруливаю на проспект. Останавливаюсь на светофоре. Пока жду зелёного, на автомате кручу головой по сторонам. На трамвайной остановке замечаю знакомую фигуру. Мышь сидит на лавочке, чем-то явно расстроена. Возможно, даже плачет. Эта девица – мастер высшего класса по притягиванию неприятностей. То в обморок падает в самый неподходящий момент, то оказывается заложницей в ресторане. И это только те случаи, когда я оказывался рядом. Страшно представить, сколько раз она находила приключения на одно место в моё отсутствие. 

Проехать и забыть не получается. А вдруг ей и вправду нужна помощь? Мало ли что там у неё стряслось. Может, кошелёк вытащили, и теперь нет денег на дорогу домой? Или мужик бросил. Хотя разве ж можно так убиваться по какому-то уроду? Впрочем, женщин разве поймёшь? У них ноготь сломается – и уже ревут, будто это самая большая беда в их жизни. 

Паркуюсь и возвращаюсь пешком к остановке. Мороз ощутимо кусается – под конец зима решила отыграться за все три относительно тёплых месяца. Мышь сидит, согнувшись в три погибели, и ревёт. Ну просто девочка-катастрофа.