Отдана бандиту (СИ) - Златова Тата - Страница 14

Хлопнула дверь, и я моментально пришла в себя. Вышла из салона и замерла рядом с Вороном, который ставил автомобиль на сигнализацию. Подождала, пока он с кем-то коротко переговорит по телефону, а после послушно последовала за ним, в прохладное и шикарно обставленное помещение салона красоты. Нас встретил веселый толстячок в ярких очках и таком же ярком костюме. Кажется, я видела его по телевизору.

— Здравствуйте, Максим Игоревич, — в голосе мужчины послышалось благоговение. — Это она? — кивнул на меня.

— Она. Клиенту нравятся блондинки с голубыми глазами.

— Понял. Будет сделано.

Мужчина усадил меня на стул и начал свои нехитрые манипуляции. А я сидела, не шевелясь, чувствуя, как тугой ком застрял в горле. «Клиенту»! Я не узнавала Ворона. Он вел себя так, словно специально хотел меня обидеть, задеть. Никакой нежности и жалости. Только холодное безразличие и жесткие распоряжения. Мысль о том, что он нарочно подкладывает меня в постель к другому, ранила, как осколок стекла.

Мне полностью изменили внешность. Нацепили парик со светлыми вьющимися прядями, собрали красивую прическу, осветлили ресницы и брови. Откуда-то выудили короткий норковый полушубок и накинули на плечи в довершение образа. Нарядили, как куклу. Словно на витрину. Не прошло и часа, как я стала другим человеком. Как выразился мой «босс», девицей легкого поведения, правда, очень элегантной. Этакой роковой незнакомкой, из-за которой можно лишиться всего… даже кейса, под завязку набитого деньгами.

Я смотрела в зеркало прямо на Макса. Надменного, уверенного в себе и… какого-то отрешенного, задумчивого. Мне казалось, тот мужчина, который ласкал меня и защищал от бандитских шакалов, и тот, который стоял сейчас за моей спиной, — это два совершенно разных человека. Этот — холодный, равнодушный. От его взгляда веет морозной стужей, хочется укрыться и спрятаться. Он не распаляет. Не вызывает жара в крови. Пугает. Ставит на место. Не забывай, мол, кто я и кто ты.

Я и не забываю…

— Готово!

Парикмахер крутанул стул, и я оказалась повернутой к Ворону. Он оглядел меня оценивающим взглядом. Взглядом того же холодно-равнодушного мужчины. Так обычно смотрят на товар.

— Порядок, — удовлетворенно произнес он, и толстячок расцвел прямо на глазах.

— Рад стараться, — подобострастно проговорил он.

— Пойдем, — обронил Макс и направился к двери. Я, как собачонка, засеменила за ним, чертыхаясь на непривычно высокие каблуки, от которых подкашивались ноги. Я уже говорила, что настроение у меня паршивее некуда? И никакие доводы разума не могли выдернуть меня из этого уныния. Ворон вынул из кармана фотографию и передал ее мне.

— Это клиент.

Взяла фото похолодевшими пальцами и затаила дыхание. На меня смотрел лысоватый мужчина лет шестидесяти с довольно упитанным брюшком и отвратительной ухмылочкой. Так вот, значит, кого я должна соблазнить! Премерзкого толстяка, от одного вида которого меня выворачивает наизнанку! Представила, как меня «лапает» его потная ладонь, и на душе стало еще гаже. Подняла глаза на Ворона в зыбкой надежде, что он передумает. Но Макс даже не посмотрел на меня. Весь его вид говорил о том, что ему плевать на то, что я чувствую. Это обычное задание, которое я должна выполнить. Детали его не интересовали. Он спокойно завел мотор, и машина тронулась с места…

Мы припарковались у какого-то ресторана. Бросила взгляд в зеркало и ухмыльнулась. На меня смотрел совершенно чужой человек. Какая-то блондинка с голубыми глазами. Я ее не знаю. Это не женщина, это всего лишь приманка для крупной рыбки. Жаль, что вместе со внешностью нельзя поменять и чувства. Я бы сейчас все отдала, чтобы не думать о том, что предстоит сделать.

— Минут через десять должен выйти, — донесся до меня голос Макса, бесстрастный и сухой, с начальственными нотками. Нужно слушать и запоминать. И никак иначе. — Утром получил взятку, потом пошел на заседание. Сейчас поедет домой — деньги прятать. Выйдет с серебристым кейсом, который всегда носит с собой. Чтобы не вызвать подозрений.

— Мне нужно его перехватить?

— Желательно. Пока тепленький. Потом забрать бабки будет сложнее, надо сейчас, пока они у него в руках. В буквальном смысле.

— Допустим, я украду деньги. А если меня поймает полиция? По отпечаткам пальцев…

— Успокойся, Алина. Тебя нет в базе, мои ребята все пробили. Да и не кинется он в полицию, он что, дурак, признаваться, что взятку взял? Его тогда быстро власти загребут.

Лицо бесстрастное, ни одной эмоции, только приказы раздает. И ни капли сожаления, что под другого заставляет лечь. И после таких вот гадких «клиентов», скорее всего, больше ко мне не притронется. Брезговать будет. Я и сама уже брезгую собой, ненавижу за то, что вообще родилась. Зачем такая жизнь нужна, когда ты безвольная игрушка в чужих руках? Еле-еле из грязи вылезла, думала, встретила хорошего человека, умного и честного, а этот «хороший» и «честный» без зазрения совести другому меня отдал. И не кому-то, а безжалостному бандиту, который мог растоптать меня и унизить, а потом бросить на растерзание своим дружкам! Антону было плевать. Теперь я кукла в руках умелого манипулятора. И если провалю задание… Боюсь представить, что будет. Я должна справиться, у меня нет выхода, ведь любая ошибка может стоить мне жизни…

— Мы будем слышать, что происходит, — голос Ворона прервал мои размышления.

Он прицепил к ткани моего платья какое-то маленькое устройство, спрятал его под брошь, приколотую к декольте. От горячего прикосновения по телу прошла дрожь. Мне показалось, или он задержал ладонь на моей груди?

— Что это? — специально задала вопрос, хотя и догадалась. Но эмоции нужно было как-то скрыть. Меня лихорадило. Хотелось закричать: «Не делай этого, не отдавай меня этому старику», но я лишь сглотнула противный ком.

— Это «жучок», — пояснил Ворон. — Мы будем знать, что происходит и, если понадобится, сможем тебя прикрыть.

Не хотела больше его слушать. И сидеть рядом с ним невыносимо! Настроение упало ниже плинтуса. Ничего не говоря, дернула ручку и вышла из машины. Уверенной походкой направилась ко входу и даже нервно улыбнулась охраннику, а спину сверлил обжигающий взгляд моего «босса».

Не прошло и пяти минут, как в дверях показался знакомый толстячок. Сердце так бешено заколотилось, что я с трудом вдохнула воздух. Так, все, Алина, возьми себя в руки, Ворон наблюдает за тобой. Ты не должна подвести. В глубине души хотелось доказать, что я чего-то стою. Заставить его пожалеть, что так поступил со мной.

Толстячок приближался. Не придумав ничего лучшего, я сделала вид, будто споткнулась и, громко охнув, упала ему прямо в руки.

— Девушка, вы в порядке? — ошарашенно спросил мужчина.

— Ох, простите-простите! — рассыпалась я в извинениях. Он продолжал придерживать меня за талию своей сухонькой ладонью. — Какая же я неуклюжая!

— Ничего страшного. Вы точно не ушиблись?

— Ох, не знаю, не знаю… Вот тут так сильно болит! — простонала я и, вытянув ногу, пальцем показала на бедро. Как я и думала, толстячок не удержался и скользнул по «ушибленному» месту пальцами. — Да-да, вот тут!

— Это нехорошо!

— Точно. День какой-то дурацкий, — дала я волю фантазии. — На работу не взяли, теперь вот ногу подвернула…

— Зато попали в надежные руки, — подмигнул мне этот коротышка. Кажется, я его заинтересовала. Но радоваться пока рано.

— Ох, всего на минуту! — вздохнула я. — Мне такие мужчины, как вы, даже не снились. Вы такой представительный, уверенный, галантный… Таких я только в кино видела!

— Спасибо. А вы такая простая, бесхитростная… Может, по чашечке кофе? — предложил он, улыбнувшись. Приложил серебристый кейс к груди и, видимо, опомнился. — То есть… Может, вы оставите свой номер, я вам завтра позвоню? К сожалению, у меня запланирована встреча, так что чашечка кофе откладывается.

— Жаль, очень жаль… — искренне расстроилась я. Все, сейчас он уйдет и у меня ничего не получится. — Знаете, я сейчас на вокзал тороплюсь, поезд у меня. Понимаете, город чужой, незнакомый, на работу не взяли… Придется ехать домой…