Проклятый принц (ЛП) - Кроуфорд К. Н. - Страница 6

— Семантика, — рявкнула она. Я пожалела о своей импульсивности, учитывая, что её выражение лица говорило о том, что она так и ждёт повода разорвать мне горло.

Сун прищурился.

— Скажи нам, зачем ты пыталась ограбить банк.

Я пожала плечами, изображая беззаботность. Нельзя выдавать правду.

— Богатой быть хочу.

Ревна выгнула бровь.

— Даже Ночным Эльфам не хватает дурости вламываться в наши банки без хорошей причины. Мы знаем твоё имя, Али, дочь Волундара.

Моё горло пересохло. Знали ли они, чем я занималась? И что я была не просто обычной воровкой?

— Волундар, — произнёс Сун. — Насколько я могу сказать, это всего лишь ещё один мёртвый Ночной Эльф. Имя твоей матери вообще не записано — настолько она незначительна. Хотя я полагаю, она тоже мертва, сгнила в пещерах. Я прав?

Ярость стиснула моё сердце, но я постаралась взять себя в руки. Я держала рот на замке, чтобы не осыпать их проклятьями. Я не хотела, чтобы они произносили хоть слово о моих родителях.

— Я бы испытывала жалость к твоему поганому виду, если бы не тот факт, что Ночные Эльфы спровоцировали Рагнарёк, — добавила Ревна. — Вы убили богов, почитая Локи. Гадкие, гадкие. Вам повезло, что мы вообще позволили вам жить после того, что ваш вид сделал с миром.

Я хотела сказать им, что это ложь — во всяком случае, я всегда чувствовала, что это ложь. Но мне надо было поддерживать иллюзию того, будто они не задевают меня за живое.

— Кому есть дело до прошлого? — выплюнула я. — Мне есть дело только до золота.

Единственным утешением во всей этой ситуации было то, что никто пока не упоминал Бартоля, и он явно не находился здесь. Я всё сильнее надеялась, что он благополучно унёс ноги в убежище.

Прямо позади них, в тенях, зашевелился синеглазый пленник. Его тенистая магия сгустилась вокруг него.

Посмотрев на двух блондинов, я увидела, что Сун уставился на кольцо на моём пальце.

— Ты где это взяла?

Я глянула на руку. Каким-то образом во всём этом хаотичном ограблении я совершенно забыла про кольцо, которое нашла на полу.

Я подняла руку вверх, улыбаясь.

— Говорю же. Мне нравится золото.

— Это кольцо принадлежит нам, — Сун просунул руки между решётками. — Отдай его мне.

Я сохраняла нейтральное выражение лица.

— Отдам, если вы меня выпустите.

Ревна скрестила руки на груди.

— Не говори глупостей. Давай мы пообещаем не пытать тебя до такой степени, что ты не вспомнишь собственное имя?

— Я бы с удовольствием освежевал её лицо, — с энтузиазмом добавил Сун.

Заманчивое контрпредложение. Я не была уверена, насколько сумею вести переговоры в данной ситуации.

Помрачнев, я стиснула золото, окружавшее мой палец… но когда я потянула, оно не поддалось. Я потянула сильнее, чувствуя, как подступает паника. Краем глаза я видела, что завитки магии пленника извиваются по камням между камерами.

— Оно застряло, — какая-то странная магия связала его с моей кожей.

— Она не может его снять, — сказала Ревна. — Охранник, принеси мой клинок для свежевания.

Я не собиралась терпеть свежевание лица просто потому, что не могла снять чёртово кольцо. У меня всё ещё имелся шанс выбраться отсюда, если я вовремя засеку открывающуюся дверь.

Я достала Скалей из ботинка и надавила лезвием на палец прямо под кольцом. Тут же выступила кровь. Я стиснула зубы, готовая рассечь кожу, если придётся, и тут из клетки пленника донеслось жуткое рычание.

На другой стороне тюремного блока раздался грохот, когда пленник снова ударил руками по решёткам, и звук этого удара вибрацией пронёсся по темнице. Два Верховных Эльфа подскочили так, будто по ним шарахнули проклятьем, а охранник завизжал как девчонка.

— Схватить её, — сказал Сун охраннику. Тот поспешил открыть мою камеру дрожащими руками. Я сунула клинок обратно в ботинок, хотя это, похоже, никого не обеспокоило.

Как только дверь камеры открылась, Ревна подняла палочку. Мне некуда было метнуться и увернуться, и её заклинание врезалось мне в грудь. Моё тело застыло, вены заполнились льдом. Мои мышцы больше ни на что не реагировали, и я на мгновение замерла, после чего повалилась назад как срубленное дерево. 

Когда я очнулась, меня тащили за верёвки, которыми были крепко связаны мои запястья. Слова про свежевание лица врезались в моё сознание. Хоть моё тело всё ещё было заморожено заклинанием Ревны, эффект начинал потихоньку выветриваться. Я могла немного шевелить пальцами на руках и ногах.

Я быстро осмотрела обстановку вокруг. Я находилась на улице. Была почти полночь. Луна чётко виднелась, яркая и полная. Лёгкий ветерок приносил ледяной холод, и у меня перехватило дыхание. Зимний воздух морозил щёки.

Надо мной возвышалось несколько золочёных шпилей, но массивных стен Цитадели нигде не было видно. Вместо этого по обе стороны поднимались короткие парапеты. Камень был таким же сверкающим и белым, как на стенах Цитадели. Похоже, мы находились на изогнутой стене, окружавшей крепость и возвышавшейся где-то над Бикон-хилл.

Вот в чём штука — поскольку я никогда прежде не бывала в Цитадели, я вообще не имела представления об её планировке. Я понятия не имела, что ожидать дальше. Они сбросят меня с края башни? Я смутно помнила, что в древние времена так наказывали за государственную измену.

Моя голова раскалывалась, пока я пыталась сформировать план, но за эту ночь я побывала в такой мясорубке, что связные мысли практически закончились. У меня хотя бы сохранился вергр-кристалл, но со связанными руками я не могла дотянуться до ботинка.

Скалей всегда являлась ко мне, когда я её звала, и лезвие перережет верёвку. Но чтобы это сработало, мне надо, чтобы охранник перестал волочь меня. У меня будет всего один шанс призвать Скалей и сбежать, так что надо всё тщательно рассчитать.

Я вновь ощутила вкус крови на губах, и мои мысли слегка дрейфовали. Почему-то сложно было думать, когда твоё тело магически заморожено. Это ощущалось как новокаин для разума.

Я смутно помнила, что должна была сегодня дать Бартолю послушать Рика Ролла, и гадала, найдёт ли он запись самостоятельно. Справится ли он без меня? Должно быть, он с ума сходит от беспокойства, и я отчаянно желала передать ему весточку. Его не было в темнице, и я не видела его здесь, на крыше. Если повезло, он вернулся в Тенистые Пещеры. В обычную ночь я бы готовила ему грибной суп, пока он сочинял бы безумные истории о говорящем козле (персонаже, которого он выдумал), или мы рисовали бы на стенах. Когда нам становилось очень скучно, мы пытались придумывать танцы. В Тенистых Пещерах нам приходилось прикладывать все усилия, чтобы развлекать самих себя. Сегодня его истории о Джереми, Козле-Алкоголике, будут слушать лишь голые стены.

При условии, что он благополучно добрался домой.

Но что он будет делать, если поймёт, где я? Я не хотела, чтобы он отправлялся на безумную миссию мести или пытался проникнуть в тюрьму. Он нуждался в моих наставлениях, чтобы предпринимать нечто безумное.

— О! Штука очнулась.

Музыкальный голос Ревны выдернул меня из ступора, и я осознала, что надо снова переключаться в режим выживания. Заклинание онемения выветривалось, и я чувствовала, как моё тело больно подпрыгивает по камням.

Ревна шла рядом со мной, безмятежно улыбаясь. С нами не было никого, кроме Верховного Эльфа-охранника, который тащил меня за связанные запястья. Наконец, мои ноги слегка оттаяли, и я лучше почувствовала камни подо мной.

— Я могу идти! — выкрикнула я. — Можно уже не волочь меня.

Охранник меня проигнорировал и даже не глянул в мою сторону.

Испытав разряд паники, я попыталась подняться на покалывающих ногах. Несколько секунд я боролась с охранником, кто кого перетянет. Но после неловкой возни я сумела встать на ноги и сердито посмотрела на охранника. Ледяной воздух завывал над парапетами, пощипывая щёки и ероша мои серебристые волосы.