Королева Ветров (СИ) - Кириллычева Валери - Страница 142

Я попробую.

Они ведь и мне дороги. А что мы только не сделаем ради близких и важных людей.

Даже пойдем на смерть.

Глава 42

В Мондштадте властвовала ночь, отдавая прохладным и свежим ветром, дувшим с востока. Царило умиротворение и тишь. Тревог не веяло, и страна жила в своей размеренности и привычной суете. И это спокойствие приносило облегчение — за пять суток ничего страшного не произошло, и все тянулось своим чередом.

Андриус после возвращения попрощался кивком и двинулся в Вольфендом к стае, а я с элементалем направились к Мысу Веры, где Двалин устроил привал на краю скалы, наблюдая за прибоем и полной Луной, скользившей по небосводу.

— Вы уже вернулись? — ощутив наше приближение, дракон обернулся.

Барбатос сразу же отлетел от меня, радостный набрасываясь на друга и повиснув на носу того.

— Да, — я вздохнула и огладила мощную шею Хранителя. — Это заняло больше времени, чем планировали.

— Все было спокойно, — произнес Двалин и слегка качнул головой. — В город прибывают люди. Магистр сказала, что будет праздник.

— Она приходила к тебе? — я нахмурилась, не понимая, для чего могла Джинн искать дракона, учитывая, что он сказал, что все было тихо и без происшествий.

— Мы встретились у Дуба, — ответил Хранитель и дернул головой с нотками печали. — Люди у алтаря оставляли дары и… испугались меня. Магистру пришлось успокаивать их.

Я с сочувствием посмотрела на Двалина.

Хоть новости о том, что Хранитель был раньше под властью врагов, а ныне исцелен, прошлась среди народа, но сам по себе дракон выглядел внушительно, и любого впечатлит не только внешностью, но и давлением силы.

А Двалин, как один из драконьих Владык, изначальных элементальных существ, просто впечатлял мощью — настоящее стихийное создание. Хоть яд Бездны и нанес ему урон, но Хранитель быстро восстанавливался благодаря энергии артерий из Храма, от того креп и становился еще более внушающим.

На самом деле удивляло, как Барбатос смог подружиться с драконом, который по всем правилам считался врагом, ведь еще на заре мира Изначальный как раз уничтожал этих Владык, не пожелавших подчиниться ему. А тут… что Аждаха, что Двалин… добровольно стали фамильярами Архонтов.

— Не волнуйся, — я погладила дракона и мягко улыбнулась. — Они обязательно примут тебя. А пока… спасибо, что присмотрел за королевством. Хочешь, спою тебе?..

Песня в награду за пост — почему бы и нет? Хранителю тоже нужен отдых и силы.

Двалин кивнул и прикрыл глаза, выражая согласие. Барбатос тут же забрался на голову друга и приготовился слушать, а я весело фыркнула и вздохнула, направляя взгляд в звездное небо и медленно ползущую Луну.

Как же хотелось, чтобы все поскорее наладилось…

Я уйду, может быть не вернусь! (Ignes Fatui — Душа)

Я — огнем, я водой обернусь.

Ветром летним, весенним дождем,

Лучиком света, ворвавшимся в дом.

Душа уносится в зыбкую даль,

Там не живут боль и печаль.

Стремится душа туда,

Где дуют свободы ветра.

Морской и вольный ветер носился между нами, трепля одежду и волосы, а у дракона перья на крыльях. Барбатос довольно щурился, склонив голову, да смотрел в небо, на длинную полосу россыпи звезд.

Звезда мечты моей в небе горит,

Тянет, манит, словно магнит…

Ждет неизвестное, все впереди!

Лети же душа, лети!

Душа уносится в зыбкую даль,

Там не живут боль и печаль.

Стремится душа туда,

Где дуют свободы ветра.

Как иронично порой, что в Мондштадте — королевстве свободы, — этой самой свободы нет у божеств, живущих под бременем долга. Как и у любых избранных Анемо Глазом Бога — у всех у них лежит ответственность на плечах, которая толкает служить.

На меня же лег грузом гнет чужих воспоминаний. И как бы Ласточка не говорила жить, как я пожелаю, но давление уже пройденной жизни все равно оставит свой отпечаток.

Свободен как ветер, лечу я вперед,

Не зная судьбу… что меня ждет…

Пусть друг не печалится, пусть он поймет,

Свобода вдаль меня зовет!

Душа уносится в зыбкую даль,

Там не живут боль и печаль.

Стремится душа туда,

Где дуют свободы ветра.

От Хранителя мы ушли в предрассветных сумерках.

Признаться, хотелось нормально и по-человечески отоспаться, и восстановиться после безумных дней. Отдохнуть хоть на мгновение. Но понимала, что банально не удастся расслабиться, пока не разберу накопившиеся дела.

А вот потом уже можно будет перевести дух.

— Домой и спать, милый мой? — я слабо улыбнулась элементалю и погладила его по щеке.

Он довольный ласке зажмурился и кивнул.

Поместье Гуннхильдр перед рассветом уже не спало — слуги готовились к новому дню, а из кухни доносились приятные запахи выпекаемого хлеба. На мое появление отреагировали крайне бурно, но я отказалась от еды и сказала, что желала отдохнуть несколько часов и привести себя в порядок. Так что поспешила в свежую постель и в сон хотя бы ненадолго.

Но когда я проснулась, то завтрак уже давно прошел и время близилось к обеду. Барбатоса рядом не наблюдалось, а по сообщениям ветров тот вместе с Джинн был в крепости Ордо Фавониус.

Я стояла у распахнутого окна после ванны и прислушивалась к ветрам, которые передавали и показывали любой уголок из королевства, стоило только попросить.

Итэр с Фишль и Беннетом были на полпути к Старому Мондштадту. Ну, и с Паймон, да. Только вот что они там забыли, м? Поручение из Гильдии или что?

Дилюк вернулся в город, но даже тут его догоняла куча бумажной работы. Только удивило меня немного другое — мужчина направлялся в дом Лоуренсов, где уже на балконе второго этажа за накрытым столом сидели Никола и еще неизвестный мужчина. Судя по фамильным чертам, то кто-то из клана Гуннхильдр.

Хм-м.

Похоже, тот самый дядя Джинн, который занимается финансовой стороной фестиваля. И, видимо, они собрались обсудить что-то с организационной стороны.

Радовало то, что они, представители древних кланов Мондштадта, все-таки сидели за одним столом. И хоть напряженно, но вели дела и сотрудничали.

— Госпожа вернулась, — как только слуга закончил подавать легкие закуски, благодушно заметил Никола, к чему-то прислушавшись. — Почти неделю дули восточные ветра, а сегодня с утра — западный.

— Да, — согласно кивнул Гуннхильдр и подхватил чашку с чаем. — Утром слуги в нашем семейном поместье, где я остановился по просьбе магистра, сообщили на завтраке, что госпожа пришла перед рассветом.

Было заметно, как Лоуренс помрачнел и недовольно поджал губы, но тут же мотнул головой и вернул лицу выражение расположения.

Не рад, что жила не у них, хех?

— Раз уж она вернулась, то, надеюсь, разберется с этими… гражданами из Снежной, которые набежали в город за последние два дня, — раздраженно заметил Дилюк и принял чашку с черным чаем от слуги.

На Рагнвиндра посмотрели с неодобрением.

— Вам бы, мастер Дилюк, проявить уважение к госпоже, — достаточно дипломатично произнес Гуннхильдр, но продолжал мрачно хмуриться.

Этот самый «мастер» только фыркнул.

— Они гости, Дилюк, — я легко посмеялась, влезая в чужую беседу. — И пока они не нарушают наших законов, двери города им открыты.

Услышав мой голос, мужчины подобрались и забавно изменились в лицах. Лишь Рагнвиндр поджал губы, но спорить не бросился, хотя желание так и читалось по глазам и упрямо сложенным на груди рукам. Будь мы наедине, то он бы вставил свою точку зрения в этом вопросе.