Марионетка. Отрежь меня! (СИ) - Гутовская Ирина - Страница 27

— Приеду, как только объявят итоги тендера, — это примерно через пару недель.

Делами можно заниматься на расстоянии, постоянного присутствия не требуется, можно периодически наведываться с контролем. Есть грамотный руководитель на месте, справится.

Оставить Снежану надолго не смогу. Моя необходимость в ней сродни с болезненной… Становлюсь одержимым… И это нравится.

— Не торопишься? — усмехается по-доброму Саид.

— А ты бы захотел оставить жену и лишь в гости приезжать? — вопросом на вопрос отвечаю. Конечно, он давно женат и уже с высоты прожитых лет рассуждает. Это для меня все ново: не знаю, как совладать с рвущимися эмоциями.

— Скажу тебе честно, в моей душе никогда не бушевали страсти, глядя на Талию. Я люблю ее: она добропорядочная женщина, хорошая заботливая жена, ласковая и любящая мать…

Как будто не договаривает, «но» отчетливо слышится во фразе.

— Но что? — спрашиваю, хотя, кажется, догадываюсь, каким будет ответ.

— Но она не Джамила…

Внутренне напрягаюсь. Кого он имеет в виду?

Глава 16. «Нет».

Зачем он так со мной поступает? Обвинил в том, чего не делала, выслушать не пожелал, поставив жирную точку принятым несправедливым решением.

И в мыслях не возникало связываться с Пашей, особенно после того внезапного поцелуя. А своим сообщением буквально подставил меня. Может, рассчитывал на это? Если телефон попадет в руки Самира, что и случилось. Лучшего мнения была о друге — попахивает предательством…

Теперь я должна срочно уехать? Не хочу. Вернее, без мужа, не хочу.

Проплакала ни один час, после того, как он оставил одну, пока уставшие глаза и эмоциональная опустошенность не заставили уснуть, погружая в спасительную благостную темноту и покой…

Утро понедельника началось знакомым шумом в квартире. Домработники вернулись после выходных и занимались привычными делами.

Спать больше не хотелось. Мне нужен Самир — вот, кто, действительно, волнует. Я не обижаюсь, его поведение предсказуемо, но нам нужно поговорить.

Поднялась с постели. Поплелась сразу в душ. А выйдя, застала в комнате мужа. Он сидел в кресле и хмуро смотрел, подперев подбородок рукой, а судя по тому, как одет, в элегантный костюм, собрался уходить.

«Ну, хорошо, сам напросился» — улыбаюсь собственным мыслям и скидываю полотенце, планируя одеваться… Точнее — дразнить. Или издеваться? В хорошем смысле, разумеется. Чуть-чуть…

Чувствую спиной, что следит взглядом, неотрывно блуждая по моему телу. Нарочито все медленно делаю: роюсь в комоде с бельем, выбирая самое эротичное. И, как бы случайно, роняю на пол, нагибаюсь, открывая вид на свои интимные части.

— Ой… какая я неловкая… — голос тоже звучит игриво.

«Наслаждайся, любимый» — ползаю на коленях, собираю упавшие трусики и снова их рассматриваю.

— Снег… — Самир подходит. Моя попа упирается в его ноги.

— Какие лучше? Эти или эти? — оборачиваюсь на него через плечо и прогибаюсь изящно в спине, словно кошечка. Поза компрометирующая, доступная, беззащитная, приглашающая…

Он достает ремень из брюк, эффектно выгибая бровь, говоря тем самым: «Что не ожидала? Тоже умею развлекаться».

— Ты ведь не станешь… — я резко развернулась и плюхнулась на пятую точку.

— Ну, почему же… — он проверяет силу удара кожаного палача по своей ладони, хлесткий звук проносится в помещении, отражаясь от стен. — У-у-у, больно бьет.

Наступает на меня.

— Нет… Самир… — отползаю назад, пока не натыкаюсь на шкаф.

— Сейчас чья-то аппетитная задница станет такой красной и воспаленной — долго еще не сможешь спокойно сидеть.

— Хочешь наказать? — обнимаю себя руками. И ведь не виновата.

— Хочу-у-у… — специально растягивает слово, говорит угрожающим тоном.

Уставилась непонимающе и испуганно. Самир откидывает ремень в сторону, потом тихо смеется. Только не разделяю подобного веселья. Разве можно так шутить?

— Ты на самом деле решила, что ударю? — улыбка сходит с его лица, когда дошло, будто я поверила намерению выпороть. — Иди сюда, — поднимает с пола растерянную меня, и так бережно обнимает, сразу расслабляюсь.

Молчу в ответ. По правде, да, на секунду, подумала — станет бить.

— Ну-ка, посмотри, — берет в ладони мое лицо, заглядывая в глаза. — Снег? Серьезно? По-твоему, я способен ударить женщину?

— Нет… просто не ожидала…

— Глупышка, маленькая моя, — крепко прижал к себе, — напугал тебя… обидел… прости…

— Есть немного, — честно признаюсь. Еще нужно обсудить сложившуюся ситуацию: тему отъезда и возникших разногласий. — Самир, давай, поговорим?

— Когда ты в таком виде… — шепчет в ухо. — Ни о чем думать не могу, — спектакль под названием «подразнить» удался.

— Хочешь меня? — трусь об него, животом чувствую, насколько возбужден — эрекция выпирает бугром в брюках.

— Времени нет… — отвечает, а сам нетерпеливо гуляет руками по моему телу.

— А мы быстро, — отстраняюсь от него, усаживаясь на комод. Раздвигаю ноги, трогаю себя, поглаживая грудь и бедра.

«Откуда во мне все это взялось?» — сама удивляюсь. Вчерашняя девственница пытается соблазнить взрослого мужчину, своего мужа, любимого человека.

Но может так он передумает отправлять меня в Дубай? Ведь увидимся потом не скоро. Пусть знает, чего лишаемся из-за необоснованной ревности и поспешных решений. И что-то мне подсказывает: без вмешательства Саида тут не обошлось, постарался…

— Снег… — склоняет голову набок, вздыхая. Тут же скидывает пиджак и расстегивает молнию. — Что ты творишь со мной.

Приближается, впивается в губы жестким, таким желанным сейчас поцелуем. И вколачивается в меня мощными толками…

…Я привела себя в порядок и присоединилась к мужчинам в столовой. Самир сказал, поеду с ним. Он договорился в ЗАГСе, что нас распишут, хотя изначально через месяц планировали зарегистрироваться официально, с точки зрения правил светского общества.

Вылет через два дня, чему рада — прекрасная возможность провести вместе заветные часы и минуты до расставания. Хотя бы это время у нас есть, еще не покидают надежды уговорить мужа. Буду дальше соблазнять: ласково, нежно, неистово, страстно, феерично… Чтобы начал скучать до отъезда… чтобы не отпускал… верил и любил…

Задумавшись, не замечаю, что ко мне обращаются:

— Снежана? — Саид отвлекает от приятных мыслей, протягивая сверток. — Тебе. Подарок.

Неуверенно смотрю на него, потом перевожу взгляд на Самира, который кивает в знак согласия. Принимаю презент, разворачиваю: там лежит платок, по удивительному совпадению в тон к моему платью, нежно-персикового цвета.

«Намек ясен: предлагает надеть перед выходом из дома?».

— Носить. Красиво, — говорит родственник. — Чужим видеть не надо — харам. Жена только мужа.

— Брат хотел сказать: с непокрытой головой нельзя показываться перед посторонними мужчинами, — пояснил любимый.

«Знаю, читала…» — слабо улыбнулась, а вот как их правильно повязывать — не в курсе. Ношение платков — не вызывает дикой волны протеста, но и жгучим желанием не горю, если честно. Хотя понимаю, что нужно, ведь сама согласилась стать женой мусульманину. Ради Самира я готова на всё, значит — привыкну, невелика сложность.

Криво косо, но получилось справиться с платком. Даже нравится, как выгляжу. И одобрительные взгляды обоих братьев говорят о том же. Многовековую культуру только предстоит узнать. Правда хочется сделать это в компании мужа, а не Саида. Насколько там застряну — тоже не ясно.

Мы толком не успели поговорить с Самиром. Буквально ощущаю его напряжение, нервозность и раздражение. Но если сам не уверен, зачем так поступает? Пусть ответит, успокоит терзания души…

— Люблю тебя, — переплетаю наши пальцы, пока спускаемся на лифте.

— Я тоже тебя люблю, Снег, — проводит свободной рукой по моей щеке. — Но не настаивай… И пусть уже сейчас это решение идет в разрез с чувствами и желаниями, не передумаю.