Марионетка. Отрежь меня! (СИ) - Гутовская Ирина - Страница 64

«Если забудет вообще…» — про себя добавляю, но озвучивать не стану.

— Вечером приедет, — отвечаю. Муж будет занят весь день — о чем сказал по телефону.

— Послушай… — он собирается с мыслями. — Жена с сыном знают о тебе.

— Даже так? — удивлена и одновременно обрадована тем, что у меня есть брат.

— С Анной ты знакома. Она, конечно, не в восторге от новости. А вот Никита… просился сегодня со мной…

«Никита, значит…» — задумалась, представляя его лицо.

— Какой он? — в их доме была один раз, но с ним не сталкивалась.

— Ему пятнадцать, сложный подросток… Зато как услышал про сестру, захотел увидеть. Снежана, ты не против, если приеду вместе с ним завтра? Боюсь, как только тебя выпишут, возможности познакомиться не будет.

— Нет, не против, — теперь осталось рассказать обо всем Самиру…

37.2.Самир

Как же я соскучился… до одури и жгучего желания — ощутить любимую девочку в своих объятиях…

Словами не передать до конца, что чувствую в этот момент — они скудно опишут мое состояние. Наверно, это одержимость, зависимость, болезненная необходимость быть с ней — смотреть в ее темные омуты и прикасаться к бархатной коже, слышать мелодичный голос, от которого внутри просыпается собственник, вставая в боевую позу, чтобы уберечь ото всех проблем.

Решил сделать сюрприз — появиться без предупреждения.

А еще купил белые розы, по моему мнению, идеально подходящие нежной красоте жены… Никогда не дарил ей цветов прежде — даже не знаю, почему, не думал об этом элементарном знаке внимания.

Буду исправляться. И снова просить прощения за грубость, несдержанность, кинутые сгоряча обвинения.

Захожу в палату. Осматриваюсь.

«Общая?» — ничего не понимаю. Первая мысль: напутал что-то…

— Вам помочь? — спрашивает одна из присутствующих здесь женщин.

— Вероятно, ошибся, — я растерялся.

— Вы к Снежане? — подключается другая девушка.

— Да…

Взглядом цепляюсь за большой букет, лежащий на пустой постели.

— Вот ее кровать, — отвечает третья.

«Снег специально сюда попросилась, что ли? Решила наказать? Ограничить общение короткими встречами? Не хочет моего постоянного присутствия? А цветы — откуда они? Кто их подарил? Кто такой наглый, посмевший навестить мою жену? И где она?» — вопросы взрывались один за другим.

— Самир? — прозвучал ее удивленный голос сзади, прервав поток моих внутренних терзаний.

Разворачиваюсь лицом.

— А ты ждала кто-то еще? — раздражаюсь, хотя обещал сам себе контролировать эмоции, даже если что-то не понравится.

— Нет, конечно… просто… — она заметно нервничает, — ты говорил… приедешь вечером…

— И что всё это значит?! — показываю на палату. Рассчитывал находиться с ней наедине, но она, кажется, так не думает — опять прогоняет. Подобный поворот крайне не устраивает.

— Пожалуйста, не кричи, — озирается, намекая на соседок. И прикасается к моей руке, той самой, в которой держу букет.

Чувствую себя клоуном. Опускаю взгляд на цветы. Такое желание накатывает — швырнуть их в сторону.

— Не кричать… — повторяю за ней.

— Какие красивые, — Снег тоже смотрит на розы.

Молча, вручаю. Покидаю помещение, пока не продолжил в том же духе, тогда точно сорвусь — натворю дел. Успокоюсь и вернусь. А потом все выясню.

Иду по коридору, нужно собраться с мыслями. Не сразу обращаю внимание, из-за снующего персонала, пациентов и посетителей, что жена спешит за мной, пытаясь догнать.

— Самир! Да остановись ты! — зовет меня.

— Что? — резко оборачиваюсь. Она врезается в мою грудь. Ловко удерживаю за талию, чтоб не упала.

— Даже не выслушал, а вспылил и уходишь, — возмущается.

— Не ухожу… — выдыхаю, а ощутив ее в руках, хочу сжать сильнее, впиться в манящие губы, услышать, как шепчет «люблю».

— Тогда куда торопишься? — обижается.

— Найти и прикончить очередного воздыхателя, — отвечаю со всей серьезностью.

— Кого? — смотрит вопросительно в глаза. И взгляд такой невинный.

— Того, кто посмел дарить тебе цветы и приходить в мое отсутствие, — поясняю.

— Так ты об этом… уже знаешь… Не надо, не трогай его, — взволнованно произносит.

— Его? — переспрашиваю.

— Да, хватит разборок, пожалуйста… — буквально умоляет. — И я все равно не собиралась скрывать.

— Какого хрена?! Ты вообще о ком? — внутри уже ураган образовался, и если она не поспешит рассказать, то за себя не ручаюсь.

— Ну… Иван Николаевич… навещал меня… — до нее, наконец, дошло, что мы не поняли друг друга, о разных вещах говорим.

— Кто?! — хватаю ее за плечи.

И ведь предупреждал папашу не приближаться. «Сдал кровь, проявил отзывчивость» — на этом всё. Но нет: упорно лезет к ней. Наверняка, еще свою значимость преувеличил, чтобы в глазах Снега спасителем выглядеть — весь такой хороший.

— Не кричи, просила ведь, — отталкивает меня, прислоняясь к стене.

— Придушу сволочь… — сквозь зубы прошипел.

— Самир, я сама позвала его! Услышь! Ты не даешь сказать толком, а в голове всю картину нарисовал.

— Зачем? — подхожу вплотную, закрывая собой. На нас косятся — и это раздражает.

— Хотела пообщаться… Нравится или нет, но он мой отец.

— Еще добавь: какой бы ни был. Уже забыла его особые заслуги? — на слове «особые» сделал акцент.

— Людям свойственно меняться, — звучит наивный ответ.

Люди не меняются, только хуже со временем становятся, все отрицательные качества усугубляются — мое личное убеждение, не верю в чудесное преображение. Не бывает так.

— Поехали, — беру Снежану за руку и веду за собой.

— Куда? — она старается освободиться.

— Домой, — вижу возмущение на ее лице и тут же уточняю: — В новую квартиру. Там все готово.

— Но… Самир…

Не даю больше сказать что-либо, забрасываю на плечо жену, пока не стала сопротивляться, и несу в машину.

Люди расступаются передо мной. Никто не пытается вмешаться и остановить. Быстро преодолеваю лестничный пролет. Направляюсь к парковке.

— Что ты делаешь? — бьет меня кулачком по спине.

— Уже ответил: едем домой. Немедленно, — не передумаю, пусть не уговаривает.

— Прекрати себя так вести, — продолжает Снег.

— Вот выясню сам у твоего папочки, что ему вдруг понадобилось от тебя? И, возможно, разрешу вам встречаться. Иногда. Если он не опасен.

— Поставь на ноги! — требует.

— Нет, — крепче обхватываю, ущипнув за аппетитную попку.

— Ай! — дергается в моих руках. — Ты сумасшедший! Самир!

— Даже не представляешь насколько. Когда дело касается тебя — крышу сносит, — усмехаюсь от меткой характеристики самого себя.

— Мне нужна медицинская помощь! Забыл?

— Сейчас позвоню Тамаре Игоревне, она пришлет медсестру. Восстанавливаться будешь дома. Постоянный уход и присмотр — все будет.

— Спорить с тобой бесполезно, — расслабляется, выдохнув громко.

— А ты не спорь, — засовываю ее в машину, пристегиваю ремнем. Она пыхтит от злости. Не могу устоять: наклоняюсь к ней, смачно засасывая пухлый ротик. И получаю укус вместо ласки — это вызывает еще больше смеха.

«М-м-м… моя девочка…»

Глава 38. Никогда!

38.1.Снежана

Настойчивый звонок в дверь разбудил…

«Кого принесло?» — медсестра ушла полчаса назад, а Самир не стал бы звонить, свои ключи имеет и знает, что от таблеток и уколов меня в сон клонит, поэтому стараюсь больше отдыхать.

Звонок повторился.

Я неохотно поднялась и пошла открывать. Посмотрела в глазок. Там стояла Мария.

— Дочка, — она обняла меня, — как ты?

— Неплохо…

И ладно бы пришла одна, но нет — помимо свекра, еще Саид здесь. Впился взглядом, от которого хочется спрятаться. Как будто осязаемый — прикасается, не прикасаясь.

— Проходите, — пропускаю нежданных гостей. — Я сделаю нам чай.

— Помогу тебе, — предложила свекровь.

Идем вместе с ней на кухню.