Приглашение с подвохом (СИ) - Рыжая Ехидна - Страница 9

— Как знаете. — Не нужны мне эти рекомендации, я всего лишь хотела подергать тигра за усы. Но, подойдя к двери, не смогла удержаться и вставила очередные пять копеек. — Значит, и Алине Игоревне не видать флешки с моими документами. Всего доброго.

Не дожидаясь, когда спор перейдет на новый виток, покидаю кабинет, мягко закрывая за собой дверь. И шумно выдыхаю, чувствуя, что как мышцы ноют от напряжения.

Наташка приплясывает за столом, показывая два больших пальца, поднятых вверх, и сияет ярче новогодней елки.

— Ты что, подслушивала? — возмущенный шепот. — А если бы поймали?

— Вдруг тебе бы понадобилась помощь? — так же шепчет подруга и указывает пальцем на поднос с кофейным набором. — А тут я, с кофе!

— Ненормальная, — давлюсь смехом и качаю головой, удивляясь её безрассудности. Но как же тепло на душе от такой заботы! — И самая потрясающая, — Наташка расплывается в улыбке. — Ладно, я убежала. Мне ещё в кадры, пока начальство не передумало.

— Так ненормальная или потрясающая? — доносится торопливый шепот мне вслед, но я только смеюсь, оставляя Наталью в неведении. — Эй, ты не ответила!

Заглянув к Галине Ивановне и подтвердив, что приказ поступил, бодро шагаю в кабинет за своими вещами. Их немного. Больше времени уходит на то, чтобы попрощаться с подчиненными. К тому моменту, как я получаю документы и расчёт, новость уже разлетелась по всему офису. Грудь сдавило от переполняемых эмоций, когда почти каждый вышел, чтобы сказать напутственное слово. И что для коллег моё увольнение — полнейшая неожиданность, что без меня все изменится и они будут очень скучать. Пара женщин даже слезу пустили, прощаясь. Но я держалась. Улыбалась, заверяла коллег, что все к лучшему.

Слезы все же катятся по щекам в момент, когда прощаюсь с охранником и понимаю, что это конец.

Финита ля комедия. Эпопея длиною в шесть с половиной лет завершена.

— Ну, ты чего? — Наташка, спустившаяся со мной в холл первого этажа, теряется. — Зачем сырость разводишь, Жень? Улыбнись, тебя впереди ждут грандиозные планы! Помнишь?

— Помню, — обнимаю подругу, шепча на ухо, как я ей благодарна. Если бы не она, я сейчас представляла бы жалкое зрелище. — И ты обещала ко мне приехать в гости. Не забудь.

— Евгения Олеговна! — синхронно поворачиваем головы на голос спешащей к нам Алины. — Евгения Олеговна, подождите!

— Ты что-то забыла?

— Не Алину, точно, — подруга едва не хрюкает от смеха, но ответ оставляет при себе — девушка уже совсем близко.

— Вот, возьмите, — Алина протягивает документ в файле. Я развеселилась, поняв, что это рекомендация, да столь изящная, что и придраться не к чему. И оформлено честь по чести — все подписи и печати присутствуют.

Неужели у Игоря Петровича треснули розовые очки?

— Ну что ж, — прячу документ в сумку. Будет трофеем. — Уговор дороже денег, верно? Держи. Тут все, что тебе нужно.

Алина кивает и уходит, не попрощавшись.

— Ты что, спятила? — разъяренной кошкой шипит Наталья, а я только смеюсь, кладя голову ей на плечо.

— Обижаешь, — подруга затихает, в ожидании пояснений. — На флешке собраны все кривые отчеты, пробные договора и презентации её собственного сочинения, которые она лепила для видимости. Потратила почти час времени, чтобы перерыть всю нашу с ней переписку.

— Где моя Женя? — Наташка встаёт напротив, осматривая меня взглядом с головы до ног. — Что за хитрая и расчётливая незнакомка передо мной?

— Прекрати дурачиться, — но вместо этого подруга заливается смехом и замолкает только тогда, когда я протягиваю ей ещё один носитель. — Вот тут настоящие документы. И я хочу, чтобы ты передала их Зое. Она сейчас на больничном, а на тебя я могу положиться. Я там написала ей кое-какие советы и инструкции, но, ты уж пригляди, чтобы она использовала наработки с умом. Так, чтобы сама поднялась по карьерной лестнице, а не протолкнула эту хитрую стерву. Ей нужно засветиться перед руководителями других отделов. Рано или поздно наша красотка уйдет в декретный отпуск и было бы здорово, если бы Зоя заняла кресло руководителя.

— Жень, ты понимаешь, что ты только что сделала? — с детским восторгом смотрит на меня взрослая, казалось бы, женщина. — Ты же только что дала мне оружие для первой диверсии! — я только глаза закатываю к потолку. — Ну все, мне пора, подруга. Мы ведь до твоего отъезда ещё встретимся, да?

— Конечно.

Наташка скрывается в кабине лифта, а я, наконец, покидаю здание. Подставляю лицо солнышку и делаю глубокий вдох. Свободна!

И в этот же момент замечаю на парковке Антона.

— Что тебе нужно? — торможу за пару шагов до машины. Он специально расположился у дверцы — ждал, чтобы поговорить.

— Это правда? — вопрос звучит грубо, отрывисто.

— Что именно?

— Что ты беременна. Мне Алина сказала, что ты говорила про беременность и выкидыш. Это правда?

Закрываю глаза, не веря, что вообще это слышу.

— Твоя Алина идиотка, можешь так ей и передать, — взяв эмоции под контроль, теперь я уже твердо смотрю ему в глаза и произношу максимально уверенно, в надежде, что повторять не придется: — Это ложь.

— Тогда зачем?

— Затем, что меня прижали к стенке, а на войне все средства хороши. Ты поинтересуйся у своей невесты, как они вместе с папочкой пытались меня шантажировать. Ещё вопросы будут, или ты позволишь мне уехать?

— Нам надо поговорить, ты же понимаешь. Дай мне хотя бы шанс объяснить, как все было.

— Обязательно, — согласно киваю и достаю из сумки конверт, который практически швыряю в Антона. Реакция у него отменная, ловит чуть ли не на лету. — Сразу после того, как ты мне расскажешь про свою идиотскую шутку, Самойлов. Ну? Я вся внимание. У тебя вообще мозги отшибло или ты всегда был такой, а я не замечала?

Все моё спокойствие осталось в кабинете начальства. Сейчас же я была на взводе, чувствуя, что буквально закипаю от гнева.

— Что это? — Антон вертит конверт, словно впервые его видит.

— Не прикидывайся дурачком! — раздражение, наконец, находит выход.

— Понятия не имею, о чем ты говоришь, Женя, — мужчина с остервенением достает письмо и вчитывается в изящные строчки.

— Что за бред?

— Вот и меня гложет вопрос, как ты мог сочинить такой бред про мою мать? Другой мир, серьёзно? — взмахиваю рукой, когда мужчина пытается протестовать. — Магическая почта? Я думала, моя мать меня бросила, а оказывается, она попала в гуляющий портал и переместилась в другой мир! — Как бы я ни старалась, но вместо злой иронии в собственном голосе слышу только горечь обиды. — И давно я из друга превратилась в объект для насмешек, Антон? А? Как у тебя совести хватило на такое?

— Это не моих рук дело! — по слогам проговаривает мужчина, обхватывая меня за плечи и заглядывая в глаза с высоты своего роста.

— Я нашла его на кухне. А доступ к квартире есть только у тебя. Даты, имена, подробности — все это известно только тебе. И моему отцу. Наверное, это он так решил пошутить над непутевой дочерью. Или, может, это Клеопатра сделала? Алина? Она была в моей квартире?

— Я бы так с тобой не поступил!

— Да неужели? — ядовитые слова жалят не хуже змеи. — А я думала, именно так ты и поступаешь. А теперь дай пройти, разговор окончен.

— Женя!

— Видеть тебя не желаю, Антон! Ты сделал свой выбор, и я тоже. Уходи.

— Друг дал бы мне шанс все объяснить, — словно сдавшись, мужчина выставляет ладони перед собой. И снова конверт оказывается у меня перед глазами.

— Друг бы не предал, — парирую в ответ. — Парень мог, но не друг.

— Я всего лишь человек, Женя, а не твой супер-герой, — у меня мурашки бегут, потому что Антон зол. Впервые за все годы я чувствую его ярость, но если прежде я была за широкой спиной, то сейчас стою в самом эпицентре. — А людям свойственно ошибаться. Но ты ведь не умеешь прощать, не так ли? Гордая! Ты даже отца своего простить не можешь за то, что он посмел быть счастливым без твоей матери. Что уж обо мне говорить? Но знаешь, можешь и дальше продолжать жалеть себя и лелеять свои детские обиды, с меня хватит. И вот с этим… — помахав письмом, мужчина проглатывает ругательство, замявшись на секунду, — разбирайся сама. А у меня и без того в жизни полно проблем, чтобы участвовать в дурацких розыгрышах.