Третья стадия (СИ) - "Liziel" - Страница 35

- А не что? – насторожился Майрис.

- А не подключаться наживую каждым нервом к датчикам и сенсорам, - глядя в пространство, печально ответил Дэниел. – Вот это – страшно. Но одновременно – неописуемо восхитительно.

Майрис с подозрением смотрел на Дэниела и очень живо представил себе, как оно, каждым нервом ощущать машину, каждой жилой вести управление, а глаза видят не экран, а сетку напрямую с радаров. Провода в вены, датчики под кожей, оголенные нервы. Каринка получилась пугающей и кровавой, так что парня даже передернуло.

- Хорошо, что мы живем в век современных технологий, а не раньше.

- Как знать, что мы скажем потом, когда технологии вновь обновятся, - протянул Дэниел, вставая из-за столика и оставляя на нем оплату.

Выпускные экзамены растянулись в академии на две недели. Поздняя зима, наконец, опомнилась и окутала землю мягким холодком с непроглядным белым небом и редким слабым снежком. Давно уже люди не помнили, что такое снежные сугробы и метели. Не знали, каково – это кутаться от холода в теплые пуховики. Настоящая зима, по слухам, еще оставалась далеко на полюсах, но туда наведывались лишь немногочисленные экспедиции.

В мягком, испорченном вмешательством кваари, климате дороги и тротуары никогда не покрывались ледяной коркой, а жители одевались лишь в более плотные непродуваемые куртки. Единственное, что однозначно определяло смену сезона – было небо. Почти всегда закрытое молочно-белыми тучами.

- И как же там летается? – глядя на низкую облачность, спросил Майрис.

Как назло первые в году холода выпали на его зачетную неделю.

- Как-как – буркнул Дэниел, поежившись и подняв меховой воротник куртки. – Как обычно. Ты же по приборам летишь, а не по виду из окна.

- Но все же тучи.

- Подумаешь тучи. Видимость на пару километров меньше обычного.

- Так это же опасно.

- Жить вообще опасно…

Долгожданные зачеты начались с «земли» и проверки теоретической подготовки. Был у курсантов и день сдачи базовых тестов, включающих вопросы об общем устройстве современной техники. И день экзаменов по навигации и артиллерии. За все каждому курсанту начислялись баллы и вносились в общую базу, по результатам которой курсант, сдавший зачет, направлялся в наиболее подходящий род войск.

На пятый день были стрельбы, и Майрис получил от экзамена настоящее удовольствие. Тут он чувствовал себя в своей тарелке и мог не беспокоиться за результат.

После дня отдыха начались зачеты на точность управления и высший пилотаж. О симуляторах не было и речи. С тех пор как курсантов во время обучения пересаживали на настоящую технику – про наземную подготовку забывали. И, как и ожидалось, этот зачет затянулся надолго. На отдельной площадке, в стороне от основного аэродрома, комиссия с земли оценивала полный комплекс фигур и виражей, которые выполняли перед ними в небе выпускники. Естественно, в небо позволяли подниматься только по одному. И хотя комиссия пыталась максимально ускорить процесс и разрешать взлет второго сразу после окончания выполнения комплекса первым курсантом, продвигалось все медленно.

Майрис сдавал свой зачет ближе к концу дня и заметно измаялся ожиданием. Лишних зрителей на выезд на площадку брать запретили, а потому пожаловаться Дэниелу на всю тягомотину парень не мог. Еще с утра он был даже уверен в своем успехе. Недаром Дэн до тошноты натаскал его на одноместный самолет. Виражей Майрис на такой машине больше не боялся, а взлет и посадку комиссия не оценивает. Лишь бы траффик соблюдал и не подрезал дорогу следующему курсанту. А то за такое могли сразу записать незачет.

И все же, сколько Дэниел не учил, как нужно сливаться с самолетом, сколько не приводил аналогий, Майрис выполнил весь комплекс фигур по-своему. Он «оседлал» самолет и вел его как большой, тяжелый транспорт, выпущенный на волю в небо. Истребитель не был для него пушинкой, не был крылатым костюмом, но все же парень справился. Не без огрехов, конечно. Где-то вывел штурвал слишком рано, где-то недокрутил бочку. Но в целом зачет сдал. Не хуже и не лучше большинства.

- А как же ему быть на «войне»? – меланхолично спросил Грэй, косясь на окно, откуда виднелось «любимое» всеми Пилотами ущелье с препятствиями. Именно там должен был проходить финальный экзамен.

- Что-нибудь придумаем, - дуя на вилку с куском котлеты, ответил Дэниел.

- Пойдешь с ним вторым номером? – догадался инопланетянин.

- Ну да, это же не запрещается. Главное результат.

- Но ты уже Пилот, а не его сокурсник…

- А найди мне попробуй в правилах такой запрет, - хитро улыбнулся Дэниел.

Грэй почесал нос на переносице и задумчиво скривил лицом.

- Вот то-то и оно, - протянул Пилот. – На деле никогда не важно, как идеально ты крутишь бочку. Главное, как эффективна работа твоей команды.

Утро самого ответственного дня зачетной недели началось со снегопада.

- Чудеса погодных условий. Лучше бы так было вчера.

Хмурый на вид Майрис был сперва бледен от неприятно затаившегося страха, потом зелен, от предчувствия проблем.

- Как-то нет у меня желания летать там сегодня в такую погоду…

Курсантов и команду техников везли на трех больших автобусах в сторону ущелья. Именно там, на самом отшибе Базы располагался небольшой ангар, в котором ждали своего часа побитые самолеты, которые и образцами было назвать иногда страшно. Всю малопригодную летающую технику сгоняли сюда, доживать последние сезоны до финальной поломки или отказа. Новые самолеты отправлять на полосу препятствий руководству было просто жаль. Зачем портить хорошие машины, когда почти каждый раз после полетов то на брюхе прибавится царапина, то гидравлика захромает. Курсанты – народ, как правило, нервный, и, сдавая «войну» в ущелье, часто не жалели казенную технику. А порой даже и откровенно били об скалы. Нет, успевали спасаться при этом все – что в самолетах работало отменно, так это система катапультирования – но при таком раскладе все самолеты жили недолго.

- Да ладно, хорошая погода. Прохладно, - щелчком пальца Дэниел отправил за окно автобуса сигаретный бычок.

- Видимость плохая. Еще и взлетку небось приморозит.

- Называй вещи своими именами. Тебе страшно.

- Это последний экзамен.

- Радуйся!

- Я выжить хочу!

- А, то есть сдашь ты его или нет, тебе уже не важно?

Майрис уже давно запомнил, что переспорить Дэниела невозможно и потому отвернулся, а Пилот достал новую сигарету.

Ехавшая позади колонны карета скорой помощи еще больше сгущала краски.

Боялись этого испытания все курсанты. Летали по ущелью несколько раз, пробовали работу в парах, но все равно боялись. Пока ехали автобусы, Дэниел все смотрел по сторонам и отмечал будущие команды. Вот сидят сокурсники, там другие. А вон впереди бодро беседует курсант с молодым Пилотом. Оба похожи. Возможно, братья. За ними снова сокурсники, через три сидения – снова парочка с уже одним бывалым Пилотом. Все знали лазейку в экзаменационных правилах по этому вылету. И кто имел возможность - привлекал на помощь старших. Комиссия закрывала на это глаза и только лишь в случае явных бездействий испытуемого снимала драгоценные баллы. Хотя как можно бездействовать в таком экзамене, Дэниел понятия не имел. На то он и командный.

- …Результаты ваших полетов будут оцениваться с камер, развешанных по всему ущелью, а так же с датчиков и радаров наружного наблюдения ваших самолетов. Все записи будут отправлены в Центр и внимательно изучены. Результаты экзамена будут озвучены через два дня, - нудным голосом объяснял порядок проведения испытаний член комиссии.

- А теперь пусть один человек из каждой команды вытянет свой номер по жребию.

И когда Майрис вытянул карточку с цифрой «15» он тяжело вздохнул и снова приуныл.

- Зато полюбуемся побольше на других чудаков, - звонко хлопнул парня по плечу Дэниел и уселся на скамью рядом.

- Тебе лишь бы над другими смеяться.