Цена измены. Вернуть жену (СИ) - Рябинина Юлия Валериевна - Страница 10

Я застываю на месте. 

Сердце в груди грохочет так сильно, что отдается пульсацией в висках. Мне тяжело дышать.

– Отпустите. 

– Моя жена… – выдыхает и я слышу как его голос вибрирует от надрыва, он не хочет говорит, но зачем то себя заставляет.

Не дышу. 

– Она – редкостная дрянь. Не женщина. Потому что нормальная баба не откажется от своего только что рожденного ребенка и не сбежит.

Он почти прорычал последние слова, а я так и осталась сидеть заледеневшая от услышано на сиденье и слова вымолвить не могла. 

Он говорит что-то страшное. Нереальное. Да такого просто быть не может! Я не могу в это поверить!

Я прихожу в себя от длинного, громкого сигнала. Вздрагиваю. Перевожу взгляд на мужчину. Щурю глаза. 

– Извините. Я доберусь до работы сама, – говорю осипшим от пережитого и услышанного, открыв дверь выскальзываю на улицу. 

Меня тут же пробирает до костей мороз. Запахиваюсь плотнее и не оборачиваясь иду в сторону остановки. До работы, мне еще ехать как минимум три остановки, пешком я их не преодолею.

Уже через пять минут, я чувствую как заколенела до состояния сосульки. 

Зуб на зуб не попадает: в прямом смысле слова. Вжала голову в плечи. Нахохлилась как воробей. Смотрю одними глазами в ту  сторону откуда должна подъехать маршрутка. Дрожу.

Чертов автобус, где же ты?

Черный внедорожник замечаю сразу, как только он появляется на горизонте. 

Это точно Герман. Тут и гадать не нужно. А я почему то была уверена, что он развернется после своих откровений, уедет. 

Но… автомобиль останавливается прямо напротив остановки. Опасливо смотрю по сторонам. И делаю на всякий случай несколько шагов назад. Словно это поможет скрыться.

Пассажирская дверь резко открывается и:

– Иди. Садись, – сухо, грубо и громко.

На меня с любопытством оглядываются люди. А я не смотря на то, что замерзла, краснею. Смущаясь отворачиваюсь. Глупости какие. Зачем он это делает?

– Эй, Ася! Долго тебя еще ждать?

Меня словно током пробило от того, как прозвучало из его рта мое имя. Я почему то и не замечала до этого момента, что он меня по имени не называл.

Недовольно поджала губы и твердым шагом направилась к машине. Ну, и игнорировать его просто уже было смешно. Толпа ротозеев уже начала перешептываться. А я этого не люблю. И пусть я не особо известна в нашем городке, но имею большой круг знакомых и то что происходит в данный момент: это из ряда вон. 

– Ну, зачем вы меня позорите Герман, – кидаю ему с претензией, когда забираюсь в автомобиль и краем глаза замечаю, что к остановке подкатывает моя маршрутка в тот момент когда мы отъезжаем.

Надо же!? Какая подстава. Не могла разве чутка пораньше приехать, – проскальзывает досадная мысль.

– Не я тебя, а ты сама себя. Упрямая как ослица, – косится в мою сторону.

Уму непостижимо. Поджимаю губы. Но в ответ предпочитаю помолчать. Чего можно взять от обиженного мужчины!?

Мы едем молча. Но когда до салона остается несколько минут езды, я все же не выдерживаю спрашиваю.

– Мне нужно связаться со Светланой Петровной. Дайте новый номер ее телефона. Старый не отвечает.

Выжидающе смотрю на него. Мужчина напрягается. Я это вижу по его заострившимся чертам лица и по тому, как его мощные пальцы сжали руль.

– Вы что-то скрываете? – закрадывается подозрение.

Герман увеличивает скорость, наверное тем самым давая мне понять, чтобы я замолчала.

В душе поселяется тревога. Он что-то не договаривает и этот факт заставляет нервничать. Куда могла подеваться Светлана Петровна с дочкой? Может быть ее похитили? И удерживают силой? Я открываю рот, чтобы задать вопрос, но Герман резко тормозит прямо напротив салона.

– Пока связь со Светланой Петровной будете держать через меня. Все остальные инструкции ты получишь позже. Малинка, – весело хмыкает мужчина стреляя в меня глазками.

Я от удивления открываю рот. Напряженность в его взгляде и позе испаряется, уступая место озорству. 

И это смотрится немного нелепо. Он большой. Сильный. Невероятно брутальный, я его вообще не могла представить с мальчишеской улыбкой на лице. Но то как она украшает, сглаживая его мужественные черты лица это забавно. В голове становится странно пусто, а грудь обдает теплом. 

Невольно улыбаюсь в ответ, спрашиваю: 

– Почему малинка? – вскидываю бровь и… о боже, я ему кокетливо что ли улыбнулась при этом? Как ему вообще можно улыбаться? Он же грубый, неотесанный мужлан! 

Щеки тут же вспыхивают и я смутившись, дрожащими пальцами подхватываю саквояж, дергаю за ручку и в буквальном смысле скатываюсь на асфальт. Не успела упасть лишь только потому что, вовремя уцепилась за высокий порожек.

– Потому что пахнешь малиной, – слышу прежде, чем захлопнуть дверь.

Я торопливо переставляю ноги, семеня к салону. Как же все это неловко черт побери. Когда за моей спиной стоял Вадик, мужчины на меня даже не обращали внимания. Хотя… это я им не давала ни малейшего повода, а сейчас? Что со мной творится? Откуда взялась эта развязность?

Раздрай чувств в душе меня настолько отвлекает, что зайдя в салон иду сразу в раздевалку, не здороваясь с девчонками. 

– Что совсем голову от любовника потеряла, что даже по сторонам не смотришь?

Я замираю. Смотрю в сторону Алисы. 

Сидит нагло лыбится. Щурится ехидно. У меня от возмущения губы задрожали.

– Что ты тут делаешь? – цежу сквозь зубы.

Алиса отталкивается от кресла, идет к окну. Во всем ее облике чувствуется какое-то презрение и превосходство.

Она сдвигаю жалюзи в сторону. И ее взгляд застывает.

– А он ничего такой. Симпатичный. Видный. Богатый. Не то что Вадька. Давно с ним знакома? – резко поворачивается ко мне Алиса, а моя челюсть болтается от ее слово, где-то в районе пола. – Познакомишь?

Подмигивает. И стремительно направляется в сторону выхода.

Глава 5

Хватаю ее за запястье в тот момент, когда она уже берется за ручку. Вскользь бросаю взгляд в стеклянную дверь. Герман, стоит возле машины. Курит. Пронзительно вглядываясь в наши двери. 

У меня на затылке зашевелились волосы. Зачем он вылез? Он что-то хочет? Я смотрю на него с замиранием сердца. И, я знаю наверняка, что он не видит в этот момент мой изумленный и Алисин заинтересованный взгляд. Но отчего же тогда сердце оглашенно бьется в груди, оглушая меня?

– Ну, что? Боишься что ли? – хмыкает любовница мужа, вырывая руку из моих пальцев.

– Что ты несешь? Это охранник моей начальницы. Он подвез меня, – буркнула. – А ты что здесь делаешь? Зачем пришла?

В зал выходит Вероника и Марина, сегодня видимо их смена.

– О, привет, дорогая! – кидается ко мне Марина и я натягивая улыбку отступаю от Алисы.

Девушка меня поздравляет с возвращением!

– Ну, что? Заняла первое месте? Давай хвались же?! 

Немного смущаюсь. Я хоть и человек с опытом и не раз побеждавший, до сих пор краснею, когда приходится говорить о своих достижениях.

Девчонки радостно курлыкают вокруг меня. Подначивают показать награду и я на мгновение забыв о том, что в нашей компании находится враг, лезу в саквояж и достаю оттуда кубок и сертификат. 

Маринка восхищенно округляет глаза, забирает кубок и в этот момент… боже, откуда он там взялся ума не приложу, на пол падает плоская тонкая полоска теста.

Вспыхиваю. И пока никто не обратил на него своих любопытных глаз присаживаюсь, чтобы поднять, но на долю секунд меня опережают проворные пальчики любовницы моего мужа.

– Вот это новость, – с придыханием выдает она и полный злорадства взгляд упирается в мое побледневшее лицо. – Это Вадик? 

Удерживает полоску между двумя пальцами тычет в меня. Губы искажает гнев. 

– Не твое дело, – цежу сквозь зубы, выхватываю тест и поднимаюсь.

– Ой, что это? – кивает Вероника.

Наша с Алисой потасовка не остается незамеченной.