Всё - за Викторию (СИ) - Лемармот Соня - Страница 21

— Я хотел посадить Ханнигана на корабль и отправить подальше от Лондона, но его тяжело ранили, и он вряд ли переживет морское путешествие. Везде рыщут солдаты, нам пришлось ждать темноты, чтобы незаметно привезти его сюда. Каким-то чудом мы избежали патрулей, — кратко пояснил Фокс их долгое отсутствие.

Джулиана выслушала его и сдержанно кивнула. Виктория не могла не удивляться столь резкой смене настроения подруги, — еще минуту назад Жу-Жу билась в истерике, теперь же была собрана и деловита. Сама же Виктория так рада была видеть Фокса, что сама себе удивлялась. Пожалуй, она переживала не меньше Джулианы. Тем более, причина, по которой все произошло, показалась девушке важной, если не сказать больше. Правда, ей до конца не верилось, что человек, показавший себя настоящей свиньей с ней, мог поступить столь благородно и попытаться спасти друга. Право, в ее голове царил полный сумбур, и она совершенно терялась, не зная, что думать о Фоксе.

— Слава Богу, все живы, и все прошло успешно, — с облегчением вздохнула Джулиана.

— Они нас надолго запомнят! — Фокс по-звериному ощерился, что, видимо, должно было обозначать улыбку. Раньше он всегда был сдержан при Виктории, не позволяя эмоциям брать верх. Сейчас же был возбужден, глаза его живо сверкали, движения стали резкими. Безумная энергия, запертая в теле этого человека, бурлила, требуя все новых действий. Нападение на конвой, перестрелка, погоня, а потом долгое томительное ожидание в относительно надежном месте и опасный путь домой лишь распалили его, и Адам никак не мог успокоиться.

Вошла мадам Жози с кастрюлей с теплой водой, поверх которой лежали чистые тряпки.

— Перевяжите его, — попросил Адам Жозефину. — А мы с Кристианом займемся носилками. Джулиана, подготовь Ту комнату.

Виктория чувствовала себя самым бесполезным человеком на свете. Она стояла чуть в стороне и наблюдала за происходящим. Никто не обращал на нее внимания.

В этот вечер она впервые увидела Кристиана. Как и говорила Бетти, он действительно был прекрасен. Высокий, статный, с горделивой осанкой и подбородком, вскинутым чуть выше, чем следовало бы. Лицо его было безупречно: высокие скулы; мужественный подбородок с ямочкой; серые глаза под прямыми бровями, будто сведенными к переносице, что придавало взгляду строгости; прямой нос; весьма чувственные на вид губы, чуть припухшие, но хорошо очерченные. Вид его завораживал.

Виктория забылась, зачарованно глядя на него, но тут молодой человек, будто почувствовав, что на него смотрят, повернул голову и посмотрел ей в глаза. Холодный взгляд исподлобья резанул, подобно острой бритве. Девушка стушевалась под оценивающим взглядом, а в душе шевельнулось нечто, похожее на страх. К счастью, Кристиан быстро потерял к ней интерес и отвернулся.

Будто ища защиты, она посмотрела на Адама. Он держался уверенно и властно. Отчего-то создавалось впечатление, что он всегда знает, что делать даже в самой сложной ситуации. А если вдруг не знает, так обязательно придумает.

Виктории захотелось, чтобы Фокс заметил ее, заговорил с ней, но он был слишком занят. Будто в противовес Кристиану, который оттолкнул ее одним лишь взглядом, Адам, наоборот, притягивал. Сейчас он казался сильным и надежным. И Виктория, наконец, смогла вздохнуть свободно.

Адам с Кристианом ушли сооружать носилки для раненого, Джулиана убежала готовить для него комнату, а Виктории пришлось помогать перевязывать капитана. Сначала она думала, что не способна на такой подвиг, — вид крови пугал и отталкивал, — но она довольно быстро освоилась и вполне успешно справилась со всеми требованиями Жозефины.

Ханнигана ранили в плечо и в бок, он потерял много крови и был на грани жизни и смерти. Капитан до сих пор не пришел в себя и не чувствовал, как женщины промывали и перевязывали его раны. Затем его на носилках перенесли в комнату, где Джулиана и Бетти уже приготовили постель и разожгли камин.

Комната была расположена на третьем этаже в дальней части особняка, недалеко от спальни Виктории, и добраться до нее человеку, не ориентировавшемуся в запутанных лабиринтах здания, было весьма проблематично. Виктория и сама долго не могла запомнить путь в свою спальню, а в доме до сих пор блуждала и путалась. А вот о наличии комнаты, в которую поселили Ханнигана, она даже не подозревала. Дело в том, что двери в нее не было, вместо нее висела большая картина с изображением красивой дамы в желтом платье. В данную минуту картина оказалась отодвинута в сторону, и тайное убежище раскрыло свой секрет.

***

Постепенно суета закончилась. Ханнигана устроили на кровати, с ним осталась Бетти. После перевязки капитан задышал ровнее и, кажется, провалился в глубокий сон. Жозефина увела утомленную переживаниями Джулиану. Виктория вышла вслед за ними, но замешкалась в коридоре. Из тайной комнаты вышел Адам.

— Если что, зови, Бет, — сказал он.

— Хорошо, мистер Фокс. Не волнуйтесь, я послежу за ним, — услышала Виктория приветливый голос горничной.

Адам закрыл картину, словно дверцу. Он обернулся и увидел Викторию, наблюдающую за ним.

— Оказывается, вы герой, мистер Фокс, — губы ее тронула легкая улыбка, которая явно обозначала симпатию, а не насмешку.

— Уверен, ваш дядя так не считает, — ответил он, приближаясь к ней и останавливаясь на расстоянии вытянутой руки.

— А при чем здесь мой дядя?

— При том, что, если взглянуть на ситуацию с его стороны, то я окажусь скорее преступником.

— Вы должны знать, что я полностью на вашей стороне. А в вашем доме всегда так… оживленно? — поинтересовалась она.

Адам довольно улыбнулся.

— Не всегда. Но добро пожаловать в нашу семью, Виктория.

— Как раз об этом я и хотела с вами поговорить, мистер Фокс. Я обдумала ваше предложение, и у меня готов ответ. Может быть, мы сможем обсудить все завтра?

— Завтра? О, не томите! Я готов обсудить все прямо сейчас! — в голосе его слышалось нетерпение.

— У меня есть для вас встречное предложение, и, я уверена, оно должно прийтись вам по вкусу. Но говорить об этом лучше на свежую голову.

Тут взгляд Виктории скользнул по его левой руке, — и она тут же забыла, о чем хотела говорить с Фоксом, потому что разглядела то, что не заметили другие: рукав жюстокора оказался прострелен, ткань пропиталась кровью, но она была почти не заметна на темном.

— Да вы ранены! — ахнула девушка.

— Пустяки. Меня уже перевязали, — небрежно отмахнулся Адам.

Виктория же молча смотрела на прострелянный рукав. Вот перед ней стоит живой человек; но, будь судьба не столь благосклонна к нему сегодня, он мог бы быть уже мертв. И Виктория живо представила, как пули, от которых нет спасения, пролетают мимо Адама, готовые с жадностью вгрызться в человеческую плоть и забрать жизнь. Но одна все же чиркает его по руке; а ведь она могла оказаться в его сердце! Совсем небольшое расстояние, самая малость, отделяла его от гибели. Неаккуратный поворот плеча, — и вот его уже нет.

От этой мысли ей сделалось дурно, и у нее подкосились ноги. Адам едва успел подхватить ее здоровой рукой за талию.

— Что с вами, дорогая? Вам не стоит смотреть на кровь.

— Вас ведь могли убить, — безжизненным голосом ответила она.

Фокс прижимал ее к своей груди, но она этого не осознавала, слишком потрясенная своим открытием хрупкости жизни.

— Прошу вас, не падайте. Я только что тащил на себе Ханнигана, а вы видели, какой он комплекции.

— Да, настоящий жеребец, — ослабленный от переживаний голос Виктории прозвучал мечтательно.

— Что? — возмущенно воскликнул Адам — и сжал девушку чуть сильнее. И это привело ее в чувство.

— Так сказала мадам Жози, — быстро поправилась она.

Виктория подняла голову и взглянула на Адама. Она не ожидала, что его лицо окажется так близко. Губы его будто твердые, и они совсем рядом. Она отметила крепкую руку и тепло мужского тела. И ощутила его запах, непонятный, но неожиданно приятный и волнующий. Ее вдруг кинуло в жар, а лицо запылало. Смущенная, она отстранилась и легко высвободилась из его объятий.