Первая любовь (СИ) - Князева Мари - Страница 40

— Михаил!

Мужчина был высок ростом, фигура его не поржала мощью, но и худым или, наоборот, полным он не был. Среднее такое телосложение, довольно широкие плечи, модная прическа с выстриженными висками и приятное спокойное лицо в стильных очках.

— Это Маша, моя подруга, — отрекомендовала меня Дина под наш взаимный кивок. — А Миша приехал в Филимоново навестить родственников и вот, посещает места боевой молодости, — они с ее приятелем скромно, интеллигентно рассмеялись.

— И много боев проведено под стенами клуба? — хитро улыбнулась я.

— Достаточно! — усмехнулся Михаил. — Одни только очки подложили мне целый свинарник. Но я никогда не сдавался… Даже на бокс пошел, чтобы укрепить боевой дух.

— И как? Помогло? — выпучила я глаза.

— Еще как! Год бокса кардинально изменил мою жизнь, не только в Филимоново.

— Да уж, — пробормотал Денис. — Боевые искусства — это наше все.

— Ты тоже занимаешься? — спросила я у него с любопытством и странным волнением.

— А то! В этой хибаре, — он кивнул на клуб, — любого могу вырубить, если один на один.

Мое волнение усилилось, в горле будто ком застрял.

— Не надо никого вырубать! — нахмурилась Дина.

— Не буду, — кивнул Денис. — Если не нарвутся.

Михаил смотрел на него со снисходительной улыбкой и сложенными на груди руками. Дина позвала меня жестом в сторонку и тихо сказала:

— Машунь, ты не обидишься, если я пойду домой? Все-таки это мероприятие — не совсем мой формат, а Миша меня проводит…

Мое сердце упало, я взмолилась:

— Диночка, не бросай меня, пожалуйста! У меня предчувствие, что случится что-то ужасное!

Она улыбнулась и покачала головой:

— Эх, Мария-Мария..! С твоими данными надо дома сидеть, а не с парнями дружить почем зря. Неудивительно, что у тебя такое предчувствие! Думаю, если бы Денис мог убить Глеба взглядом, то непременно сделал бы это, увидев, как вы танцуете.

Я закрыла лицо руками и судорожно вздохнула:

— Может, нам тоже уйти?

— Возможно, так и следует поступить, правда, не думаю, что Глеб согласится. Если только я знаю мужчин…

— А… вы с Михаилом давно знакомы?

— Не то чтобы. Я его видела здесь прежде, да, но не назвала бы это даже знакомством. А вот сейчас приятно было встретить ровесника на этом детском собрании…

— Он твоего возраста? — уточнила я, уже начав радоваться за подругу.

— Чуть старше. А что?

— Я думаю, тебе было бы полезно пообщаться с мужчиной. Ну, чтобы отвлечься… — я ужасно смутилась, говоря эти слова, а Дина рассмеялась:

— Малышка, ты придаешь слишком большое значение мимолетным вещам!

— Я и не говорю, что это общение должно быть таким близким, как… в общем, даже просто поболтать — это уже хорошо.

— Ну ладно, пойдем, а то твои поклонники заждались…

На крыльце уже в самом деле появился Глеб, он бросал обеспокоенные взгляды то на меня, то на Дениса, а потом решительно направился к нам с Диной.

— Марусь, я тут подумал… может, пойдем лучше погуляем? — сказал он неожиданно. — Что-то мне наскучила здешняя обстановка.

Я удивленно переглянулась с Диной, а потом выдохнула и кивнула:

— Да, конечно, пойдем. Я только… попрощаюсь с… людьми.

Оставив своего парня на попечение подруги, я направилась к Денису с болезненно сжимающимся сердцем. Глядя только на Михаила, выдавила принужденно:

— Очень жаль, но, кажется, мне пора!

— Куда?! — изумился Денис. — Дискотека только началась…

— Ээ… да, мама позвонила и попросила вернуться, — принялась я врать напропалую. — Ей срочно нужна помощь с малышом…

— Ты даже не потанцуешь со мной ни разу? — упавшим голосом спросил молодой человек.

— Прости, не могу…

— Всего один танец, Манюсь. Прощальный…

— Ты уезжаешь?

Он кивнул. Я обреченно вздохнула:

— Ладно. Только один. Подожди минутку…

Я метнулась обратно к Дине и, оттащив ее чуть в сторону, умоляюще зашептала:

— Пожалуйста, отвлеки Глеба на несколько минут! Мне надо потанцевать с Денисом. Попроси Мишу, чтобы он его занял разговором, а потом мы сразу уйдем!

Дина взглянула на меня всего один раз, но в этом взгляде я ясно прочитала осуждение своим двойным играм. Однако отказа не получила. Глебу сказала, что только посещу уборную, а потом вернусь к нему. Попросила подождать на улице и умчалась в клуб. Денис подошел минутой позже. Лицо его выглядело вполне довольным и умиротворенным, так что меня даже ненадолго опустило чувство вины. Заиграла медленная мелодия, и молодой человек церемонно подал мне руку.

Танцевал он заметно лучше Глеба. Артистично, чувствуя музыку и уверенно ведя. Я и не думала, что медленный танец может быть таким интересным. Все это, правда, не играло для меня большой роли в выборе партнера — я бы все равно не задумываясь предпочла своего друга детства. Это ведь только прощальный танец!

Когда песня закончилась, Денис сказал:

— Я буду скучать по тебе, Манюся. А ты?

— Я тоже. Конечно. Ты так много сделал для меня…

Он усмехнулся:

— И велик добыл, и капучино…

— Ты знаешь, о чем я. Я никогда не забуду это, Денис.

— И я тебя… — он часто заморгал и потер пальцами правый глаз.

— Приезжай еще…

— Я постараюсь… черт! Что-то попало в глаз…

Я улыбнулась. Это так мило! Плачущий парень…

— Манюсь, я серьезно. Как иглой колет… можешь посмотреть?

— Давай, только тут темно…

— Пойдем в коридор.

Он взял меня за руку и повел, другой продолжая придерживать веко. Мы остановились в маленьком освещенном тупичке — он спиной к стене, чуть наклонившись ко мне, я — совсем близко, сантиметрах в пяти от его лица. Положила ладони ему на щеки, чтобы придержать голову в нужном положении, и чуть оттянула пальцем правое веко. Вглядывалась добрых полминуты, а потом виновато покачала головой:

— Нет, извини, ничего не вижу…

— О, и как раз прошло! — его физиономия выглядела неправдоподобно довольной. Как будто эта соринка в глазу была самым страшным испытанием в его жизни, и вот оно закончилось.

— Ну… я пойду..?

— Иди, — легко, беззаботно сказал он. — Еще увидимся, Манюся!

Я вышел из клуба словно пьяный, хотя не выпил ни капли спиртного. Не соображал, что делать, куда идти. Или еще похоже на то, как будто ударили чем-то тяжелым по голове. На самом деле, так и было, но не только по голове, а сразу по всему телу, по всем внутренностям и даже по душе. Я совершенно потерялся, земля ушла из-под ног. Даже мелькала слабохарактерная мысль, что лучше бы я не знал. Как теперь верить кому-то?!

Ира подошла, когда я разговаривал со знакомым Дины, Михаилом Воробьевым. Он рассказывал о том, чем занимается в своей частной химической лаборатории — это оказалось довольно интересно. Дина тоже участвовала в разговоре и задавала умные вопросы — прямо-таки удивляла уровнем интеллекта и эрудиции. Как женщина «физического» труда. Я был уверен, что она сведуща только в своей области, как все сектанты, но ее ум оказался широким и гибким. Все это доставляло мне большое удовольствие и навевало приятные мысли о будущем, до тех пор пока не появилась зараза Тарасова.

— Глеб, можно тебя на одну минуточку? — спросила она заискивающе.

— Нет! — бросил я грубо. Не хочу тратить на нее и секунды.

— Это касается Маши Сорокиной.

Я прикусил губу. Если она что-то задумала, я должен знать.

— Чего надо? — спросил я таким тоном, чтобы сразу стало ясно: церемониться не стану.

— Просто хотела тебя предупредить… не так она невинна и простодушна, как ты думаешь.

— Слушай, отвали, а? Достала…

— Я-то отвалю, а вот тебя жалко… она же сразу двоих водит за нос… если хочешь, сам посмотри, — она указала пальчиком на дверь клуба.

Это провокация, не ведись! — повторил я себе раз десять, но душу грыз червь сомнения. Ну что я там такого увижу, в чем не смогу разобраться? Нужно выяснить и избавиться от этого раз и навсегда!