Избранная-фальшивка для Короля (СИ) - Белинская Полина - Страница 11

Когда я почувствовала, что пол больше не пляшет перед глазами, а дыхание стало ровным, попыталась подняться, но все тело заныло так, будто я без перерыва тренировалась целые сутки. Что же за бракованный портал у них такой? Или после перемещений на столь дальние расстояния слабость — это естественно?

Я понятия не имела, как должна себя чувствовать, и вместо того, чтобы гадать, огляделась. Судя по интерьерам, я действительно оказалась в храме: высокие своды потолков украшены яркими фресками, с которых на мир грозно взирают древние волшебники, имена которых, насколько мне известно, запрещены в Западном Королевстве. По тонким колоннам вьются живые цветы, белые, как и камень, из которого почти полностью состоит священное здание — идеальный квадрат без алтарей или ярко выраженного центрального места поклонения. Ощущение гармонии и спокойствия охватывало при виде такого простора, но, пожалуй, для тех, кто боится открытых пространств, это место могло бы стать персональным адом. Незастекленные окна оказались настолько узкими, что я даже не сразу заметила их: они пропускали в храм полосы света толщиной с указательный палец, но снаружи не доносилось ни звука. Может, своеобразная изоляция? Чтобы не мешать верующим молиться.

Минуты отдыха помогли мне восстановить силы, и я с трудом, но все же смогла перевернуться на спину. Взгляд тут же уперся в символическое изображение цветка, которого не существует в природе, но который я не раз видела в запрещенных книгах по Восточной магии: белые лепестки отходили от ярко-желтой серединки, а вокруг нежно изгибалась и сплеталась в ровный круг зелень, напоминающая лианы. Когда я искала способ избавиться от своих магических сил, перечитала много книг отсюда, с Востока. Конечно, рисковала вылететь из Академии, но желание избавиться от энергии, которая мешала мне спокойно жить, в те времена оказывалось сильнее любой опасности. Нужного способа я так и не нашла, зато много чего узнала о религии Империи. В том числе мне стало известно, что белый цветок — олицетворение всеблагой энергии, которая одаряет магов их талантом.

Я все еще не могла сосредоточиться, а вспоминания, цепляясь одно за другое, понеслись длинной чередой. Сами собой всплыли в памяти и легенды о первых магах, которые, объединив "дикие королевства", создали империю, и об их последователях, каждый из которых совершенствовал законы и систему управления. Вернее, почти каждый. Попадались и тираны, и те, кто пытался изменить теократический строй на иной, однако…

Мои мысли прервал глухой стук двери. Я дернулась, тело отозвалось ноющей болью. Но я все же обернулась, превозмогая ее, и встретилась взглядом с высоким стариком, белая борода которого свисала почти до живота, а полы золотистой мантии волочились по полу, когда он сделал пару шагов в мою сторону. Он выглядел именно так, как изображали Восточных священников в детских книжках с карикатурами — длинный как жердь, с морщинистым лицом и выпученными глазами. Последнее, я полагаю, не природная его черта, а следствие крайнего удивления.

— Избранная! — высокий возглас пронесся между колоннами, взмыл к узорчатому потолку, эхо услужливо повторило его еще несколько раз, но вскоре затихло.

Голова отозвалась сильной болью. Да сколько можно? Есть вообще предел у побочных эффектов, или демонов портал обострил все возможные болячки?

Понимание того, какое именно слово выкрикнул священник, пришло немного позже. "Избранная"… Значит, расчет Его Величества и госпожи магессы оказался верен. Возможно, это хороший знак.

— Где я? — я плохо знала восточный язык. Его изучение практиковали в школах, но я узнавала его по книгам, и если читать могла более-менее сносно, то говорила отвратительно. Быть может, плохое знание местной речи сыграет мне на руку: я же попаданка теперь, как-никак.

Священник, очевидно, меня понял: вздрогнул, сделал пару шагов в мою сторону, но вдруг замер. Потом, будто вспомнив о чем-то важном, развернулся и понесся в коридор так быстро, что полы мантии почти летели за ним, насмешливо обнажая худые ноги в мягких белых туфлях.

Я хотела окликнуть его, но тело скрутил мерзкий спазм, перед глазами заплясали цветные искры, а потом сознание предательски покинуло меня.

Глава 5. Восточные сказки

Я сидела на низкой скамейке под раскидистыми деревом, названия которого не знала, и смотрела, как мимо меня лениво прогуливаются жители Андорры — столицы Восточной Империи.

С того момента, как я вывалилась из портала в храме, прошло несколько дней. Я плохо их запомнила — сил едва хватало на то, чтобы есть и иногда — вслушиваться в слова священников. Хоть я и плохо их понимала, то и дело проваливалась в сон и с трудом могла разлепить глаза после пробуждения, всё же моих познаний в восточном диалекте хватило, чтобы уяснить: во мне действительно признали избранную.

Пока я валялась на жёсткой кровати в одной из келий за храмом, не в силах поднять руку, местные священнослужители, они же — чиновники мелкого ранга — носились вокруг меня со свитками и амулетами. Иногда я замечала опасливые взгляды, которые они бросали на меня в моменты, когда их амулеты начинали светиться бледно-голубым, указывая на мой дар заклинателя ветра. Но никто из них ни словом не обмолвился о моей силе, а вскоре и беспокойство исчезло с лиц.

Я ожидала, что меня запрут где-нибудь в замке или храме, и начнут усиленно впихивать в меня историю мира, внушать ужас и ненависть к Западному Королевству, однако пока ничего подобного не происходило. Быть может, священники ждали, когда моё тело восстановится полностью.

Как только я смогла самостоятельно ходить, меня переселили в уютный домик неподалёку от центра города и предоставили служанку. Нацепили на запястье браслет, который указывал чиновникам на моё местоположение, взяли с меня обещание не покидать город и… просто оставили в покое, давая возможность осмотреть город и полностью исцелиться. Чем я и пользовалась, уже второй день просиживая в парке.

Ветер приятно гладил кожу, дружелюбно трепал розовый подол легкого платья. Первое время я с непривычки путалась в длинной юбке, но потом привыкла, даже примеряла нежные наряды, любезно подаренные мне одним из священников, и наслаждалась их лёгкостью.

Солнце поднялось к середине неба, сквозь мелкие листья уже начали просачиваться его настойчивые лучи. Приближался полдень. Стоило бы поторопиться к обеду, который Мари уже наверняка приготовила. Но я всё ещё сидела и наблюдала за идущими мимо людьми. Меня поражал контраст между богатыми и бедными, магами и не-магами, которого я почти не замечала на Западе. Первые щеголяли в белоснежных мантиях или ярких платьях жизнерадостных жёлтых, зелёных и красных цветов, вторые — в простых, хоть и добротно сшитых рубахах, штанах или юбках. Пропасть между первыми и вторыми углубляло и образование, которое, судя по речи, оставалось здесь привилегией магов. Однако, несмотря на яркие социальные различия, город приятно удивлял своим уютом, радостью на лицах и свежим воздухом, от которого я так отвыкла за десятилетия жизни в Секре. Судя по рассказам служанки, столица — маленький город, и в целом по Империи полноценных городов наберётся всего с пару десятков. В основном — села и деревни, а большая часть жителей — крестьяне или фермеры.

Свои скудные познания в местной географии я прогоняла в памяти далеко не в первый раз. Когда я читала о Востоке в Академии, мне казалось, что между бедными и богатыми в этой стране должны возникать конфликты или хотя бы противоречия. Но не было похоже, чтобы местные земледельцы противились власти магов. Интересно, почему так? Может, недостаток образования и сытая жизнь на плодородных полях удерживает из от стремления к власти?

— Добрый день!

Я вздрогнула, когда приятный мужской голос вырвал меня из пучины размышлений. Подняла глаза и мне вдруг стало жарко то ли от палящего солнца, то ли от вида незнакомца, который приветливо улыбался мне. Уверенный взгляд зелёных глаз, орлиный нос и чувственные губы, золотые волосы, казалось, вобрали в себя закатные солнечные лучи. Но цепляла не внешность, а умиротворяющее спокойствие, которое его энергия транслировала на метры вокруг. Судя по белому камзолу, незнакомец принадлежал к богатому — даже очень богатому — слою населения.