Книжный магазин-Бар «Убиенная Овечка» (СИ) - Келли Сиана - Страница 18

Известно, что у самцов-волков беременеют их человеческие самки, но процент выкидышей был выше, чем в обществе в целом, и ребёнок, если он рождался, почти всегда был полностью человеком. Однако было чем-то неслыханным для человеческой матери родить ребёнка-оборотня. Сын Маркуса, Мик, был рождённым волком, но такие случаи были крайне редки.

— Прости, Мег. Наверное, у тебя было паршивое утро.

Я снова наполнила её стакан виски, когда она осушила первый.

Она кивнула, помешивая янтарную жидкость в своём стакане.

— Почему от тебя пахнет демоном?

— Всё ещё? — я понюхала себя. — Сегодня утром я снова приняла душ, — наклонившись над стойкой, я прошептала: — Мне стоит волноваться?

Я надеялась, что Мег использует часть этой силы богини, чтобы защитить меня от серных ублюдков.

Она пожала плечами, что для Мег могло означать что угодно — от "Мне на это наплевать" до "Никто не собирается сегодня выпотрошить тебя и украсть твою душу".

— Как прошло свидание?

Я наполнила миску орехами и поставила их перед ней.

Взяв пригоршню, она ответила:

— Как и ожидалось.

— Так плохо, да? Я же просила тебя позволить мне написать для тебя твой профиль. Я могла бы... — как я это сформулировала? — Немного смягчить грани.

— Мне нравятся острые грани. Во мне нет ничего мягкого, Сэм. Перестань пытаться очеловечить меня.

Она опрокинула виски и со стуком поставила стакан обратно на стойку.

— Знаешь, что нам нужно? Приложение для знакомств сверхъестественных существ!

Я снова наполнила её стакан. Алкоголь не действовал на неё так, как на большинство. Она пила его, как воду.

— Тебе не нужно будет тратить своё время на людей, которые тебе не подходят.

Это всё моя вина. Мег упоминала, что без своих сестёр, которые в настоящее время живут на другом конце света, она слишком одинока. Я предложила приложение для знакомств, и мы провели целый вечер, создавая её профиль, добавляя фотки и меняя местами, в то время как Дейв угощал нас коктейлями.

— Мы уже это проходили. Это был пожар в мусорном контейнере.

Мег съела ещё горсть орехов.

— Почему? По мне так, это идеальное решение.

— Ты так молода и невинна. Я понятия не имею, почему ты мне нравишься, — она сделала глоток. — Представь, пожалуйста, что тебе приходит личное сообщение "а не хотите ли вы собраться вместе и уничтожить маленькую деревню, или может быть, распространить небольшую чёрную чуму". Это стало приложением для очень сильных и скучающих сверхъестественных существ в поисках друг друга. Многие скучают по тем дням, когда смертные падали ниц в благоговейном страхе перед нашей силой. Когда человеческие жертвы считались как должное. Помнишь то цунами пару лет назад? Это была парочка из БМ, получившая слишком много удовольствия.

— БМ?

Я оглядела бар, но никто во мне не нуждался.

— Бессмертный Матч. Число погибших было слишком велико. Они закрылись, — взгляд Мег также скользнул по другим посетителям. — Где твой демон? Я думала, он должен был быть здесь, чтобы охранять тебя?

— Дейв? Не. Он не мой защитник. Он мой повар.

Услышав внезапный звук, она повернула голову к лестнице.

— Это хорошо, потому что как защитник он отстой.

Шаги прогремели вниз по лестнице. Двое. Запах волков. У меня стояли охранные обереги против волков. Если только они не были демоническими волками — и разве это не очаровательная мысль — как они попали внутрь?

Первый спускавшийся по лестнице показался смутно знакомым. Было что-то в его запахе. Я заглянула в прошлое в поисках имени. “Рэнди?” В последний раз, когда я его видела, он был подростком, лет тринадцати-четырнадцати, околачивался на территории лагеря моего дяди. Теперь он, судя по всему, был выше метра восьмидесяти, мускулистый, как и все волки, с волосами песочного цвета и голубыми глазами. Три тонких шрама пересекали бровь и спускались по щеке. Не знаю почему, но шрамы вызывали у меня беспокойство. Лицемерие, я знаю.

С той поры как полторы недели я провела с дядей в горах Санта-Круз, прошло семь лет. Столько же лет я не видела Рэнди. Я помнила его как странно внимательного ребёнка. Я часто ловила его на том, что он смотрит на меня, но у меня не было сил, чтобы волноваться. Моя мать только что умерла. Я бродила, потерявшись в горе, но пыталась скрыть его перед всеми этими незнакомцами. Включая моего дядю.

Рэнди изучал бар, а потом его взгляд упал на меня.

— Прошло много времени. Должен сказать, для меня было шоком услышать твой голос в автоответчике. До прошлой недели мы думали, что ты мертва. Мы просматривали документы стаи и нашли записи о банковских переводах от этого бизнеса с твоим именем.

— Но…

Как Маркус позволил этому случиться? Вся стая знала, где я. У меня пересохло во рту. Рэнди пока не выказал мне угроз, и всё же необходимость перевоплотиться терзала меня. Мне нужны были острые зубы, чтобы защитить себя.

— Ты позвонила по поводу мёртвого волка, отправила фото Клэр. Похоже, кто-то действительно напал на неё, порезал её, — он покачал головой, но хищный блеск в его глазах опроверг скорбь. — Почему бы тебе не показать мне тело, Сэм, чтобы я мог забрать его у тебя.

Сжав кулаки, я вонзила свои короткие ногти в ладони, сосредоточившись и пытаясь не чувствовать себя уязвимой в присутствии самца-волка. Кракены и крысы, теперь демоны и волки. Шансов на то, что я выживу на этой неделе, становились всё меньше и меньше.

Моё внимание привлекло какое-то движение, и я вспомнила, что там был ещё один волк. Два волка-самца.

— Тебя послал Маркус? — Маркус знал, что случилось со мной семь лет назад. Зачем ему посылать волков-самцов в моё логово?

Мой отец умер, когда я была маленькой, так что пока я росла, были только мама и я. Однажды вечером, я была ещё совсем маленькой, я встала с кровати, чтобы сходить в ванную, я услышала, как мама с кем-то спорила по телефону. Прячась в темноте, я прислушалась. По разговору мне показалось, будто дядя Маркус хотел меня видеть, но мама шёпотом кричала, что это случится только через её труп. Она говорила вещи, которые в то время не имели смысла, называя его ревнивым и бесчеловечным. Она говорила и о другом, но я не знала слов и поэтому не запомнила их.

Маркус говорил со мной на похоронах мамы, сказал, что обещал моему отцу присмотреть за мной. Я хотела верить и поэтому согласилась поехать с ним, погостить у него несколько недель, пока я не придумаю, что делать.

Смерть моей матери — моя вина. Мы слишком долго задержались на одном месте. Я умоляла маму позволить мне закончить учебный год, погулять на выпускном. Получилось, я даже не сходила туда. Диплом, вероятно, всё ещё лежал в столе секретаря. Вместо того чтобы надеть шапочку и мантию, я стояла над могилой. Вина и горе бушевали во мне. А потом появился Маркус, положил руку мне на плечо и сказал, что обещал присмотреть за мной. Я ковыляла за ним в оцепенении, счастливая, что нашёлся кто-то, кто знал, что делать.

Небо наполнилось тёмным клубящимся дымом, когда мы приблизились к квартире, которую я делила с мамой. Я хотела забрать кое-какую одежду, прежде чем отправлюсь с дядей Маркусом. Вместо этого я нашла обугленные остатки нашего последнего дома. Маркус не выпустил меня из машины. Он осмотрел стоянку, ища что-то, а затем развернул машину и помчался по улице в противоположном направлении. Он поехал в горы к своему дому, большому деревенскому дому в раскинувшемся лагере из хижин в лесу. Я познакомилась с Миком, двоюродным братом, которого никогда не знала, а также с другими мужчинами, которых я считала туристами. Мужчины, как мне вскоре предстояло выяснить, были оборотнями. Через полторы недели на меня напал один из этих мужчин и меня отправили сюда — выздороветь или умереть.

Стряхнув с себя воспоминания, я оглядела бар, моё сердце забилось сильнее. Все смотрели на волков, у некоторых посетителей уже двигались руки, готовя заклинание. Я была не одна в темноте. Не в этот раз.