Фиктивный брак (СИ) - Тая Смоленская - Страница 5

Скольжу взглядом по двухэтажному дому, в окнах которого горит свет.

– Идем, – кивком Тимур указывает мне на вход. Я обнимаю себя за плечи, оборачиваюсь назад, чтобы удостовериться, что никто не пытается проникнуть сюда и не следит за мной, и следую по вымощенной брусчаткой дорожке к его дому.

Я не обращаю внимания на интерьер дома. Раньше мне было любопытно, как живет Огнев, но сейчас я замечаю перед собой только диван. Это все, что меня интересует. Я обессиленно падаю на него, смотря перед собой в одну точку. Очень хочется проснуться и осознать, что мне всего лишь приснился плохой сон.

Звук в стороне привлекает мое внимание. Тимур откупоривает бутылку, и янтарная жидкость наполняет стакан.

Мужчина подходит ко мне.

– Выпей, – протягивает стакан, и я следую его совету.

Горло обжигает, и я начинаю кашлять. На глазах проступают слезы. Я хватаю ртом воздух, задыхаясь.

– Это немного расслабит тебя и приведет в чувство, – объясняет, нависая надо мной.

– Да уж, привело знатно, – все еще кашляю я. Какая же противная штука.

– А теперь сними свою верхнюю одежду, здесь жарко, и расскажи подробно, что произошло.

Тимур садится рядом, не спуская с меня цепкого взгляда. И я рассказываю. Сбивчиво, со всеми красками и деталями. Он слушает молча, и чем больше я говорю, тем больше мрачнеет его лицо.

– Что мне делать? Он и в самом деле может выполнить свои угрозы? Кто этот мужчина? Отец мог договориться с ним о продаже своей доли компании? – засыпаю его вопросами, обнимая подушку.

Тимур так близко ко мне. Невероятно. Мы в доме вдвоем. Это немного будоражит и отвлекает от проблем. Или же я просто верю, что он не бросит меня, поможет со всем справиться. Есть что-то такое в его взгляде, что наталкивает меня на эти мысли.

– Останешься здесь на ночь, за периметр дома не выходить. Я приставлю к тебе ребят из старой охраны твоего отца. До завтра я пробью все по этому Эдуарду, и решим, как быть. Не волнуйся, все будет хорошо.

Он прикасается к моей руке, легко сжимает пальцы. А у меня от этого прикосновения мурашки по коже ползут.

– Спасибо, – глубокий вдох, – мне так его не хватает. Папа не должен был вот так уйти, – срывается с моих губ.

Мне кажется, только с Тимуром я могу поговорить об этом, ведь они с отцом были близкими друзьями.

Он придвигается ко мне. Ничего не говоря, обнимает, притягивает меня  к себе ближе. Я разрешаю себе быть слабой. Немного поплакать у него на груди. Быть  девочкой, которая ищет защиты.

– Тимур, что происходит? – в наш маленький мирок врывается противный женский голос с нотками возмущения.

Тимур сразу же отодвигается от меня, и становится так пусто и неуютно.

– Настя, это Софья, дочь Озерского, – прочищая горло, ровным голосом объясняет он. –  Она останется у нас на ночь, сама понимаешь… Покажешь ей гостевую спальню и дашь что-то из своих вещей переодеться?

– Ох, конечно. Мы были на похоронах сегодня. Прими мои соболезнования, – вроде бы и искренне говорит, но я отчего-то улавливаю нотки фальши.

Я поднимаю взгляд на девушку, застывшую на ступеньках. Она стройная, лет на пять старше меня. Густые рыжие локоны струятся по ее плечам. Неожиданно видеть здесь кого-то, кроме нас, а еще грустно и больно оттого, что мои глупые девичьи мечты никогда не сбудутся. Тимур занят. А на меня как на женщину он никогда не посмотрит.

Мы с Настей не отводим друг от друга изучающих взглядов. Я улавливаю в ее глазах недобрый огонек. Да, я не ошиблась, в ней и в самом деле ни капли искренности и соболезнования. Она оценивающе смотрит на меня, но потом расслабляется, решая, что я ей не соперница.

– Идем, я покажу тебе все, – обращается ко мне, и мне не остается ничего, кроме как последовать за ней. 

Глава 4. Соня

Я размещаюсь в комнате, окна которой выходят на задний двор. На мне ночная сорочка Насти, я сижу в кресле, замотавшись в одеяло, и беззвучно плачу.

Папы больше нет. Мне угрожает опасность. Когда моя жизнь успела стать настолько ужасной? Всего неделю назад я училась в Лондоне, собиралась на свидание со старшекурсником, которого отец определенно одобрил бы, а сейчас вот прячусь от всего мира в доме у Огнева.

Неужели теперь всегда будет так? Сможет ли Тимур разобраться с теми страшными людьми, что похитили меня?

Стук в дверь посреди ночи звучит неожиданно. Я вздрагиваю, гадая, кто мог прийти ко мне. Настя или Тимур?

Настя, кстати, мне ни капли не понравилась. Слишком высокомерная и с завышенным самомнением. Она всем своим видом пыталась показать, кто в этом доме хозяйка и кому принадлежит Огнев. А еще относилась и разговаривала со мной, словно с бедной родственницей, внезапно свалившейся им на голову. Хотя на самом деле величина моего состояния намного больше, чем у Огнева  с Настей.

Стук повторяется, и я не могу его игнорировать.

– Да? – отзываюсь я в закрытую дверь.

Ручка опускается вниз, и в свете ночника я прекрасно могу различить фигуру Тимура. Я сразу же выпрямляю спину, стираю слезы со щек.

– Принес тебе успокоительного и чай с печеньем.

Я грустно улыбаюсь такой заботливости. Тимур проходит в комнату, ставит поднос на столик у окна. Останавливается рядом, нависая надо мной темной тенью.

– Все образуется, Сонь, твой отец был хорошим человеком и очень тебя любил. В память о нем ты не должна сдаваться. Переживи это горе, соберись с мыслями и строй планы на жизнь дальше. Благо у тебя для этого есть все возможности.

– Спасибо, – киваю ему и отвожу взгляд в сторону.

Обстановка в комнате слишком интимна. Полумрак, мужчина, который мне нравится много лет, и я, в одной тонкой шелковой сорочке, что лишь немного прикрывает бедра, так как ростом я выше Насти.

– Я уеду рано утром, если что-то надо будет – не стесняйся. Звони мне или попроси у Насти. Чувствуй себя как дома и ни о чем не переживай. Единственное, не выходи за периметр дома. А лучше всего даже не показывайся на улице. Это все предельно серьезно, не стоит недооценивать противника.

– Я это поняла, еще когда меня затолкали в машину, – невесело усмехаюсь я.

Молчим. Неловкая тишина почти оглушает.

– Ну, я пойду. Спокойной ночи, Софья. Завтра все обсудим. – Тимур прячет руки в карманах, кивает мне и покидает комнату.

Без него становится пусто. Но мне не хватило смелости попросить побыть со мной еще немного. Поговорить, отвлечь от всего. Возможно, даже обнять. Как когда мы сидели на диване.

Уснуть мне удается на рассвете, поэтому просыпаюсь поздно. В доме громко играет музыка. Я с трудом заставляю себя подняться с кровати. Иду в ванную комнату, примыкающую к гостевой спальне, долго привожу себя в порядок, одеваюсь и покидаю комнату.

Я останавливаюсь на нижней ступеньке лестницы. Наблюдаю за тем, как Настя ритмично двигается под музыку с гантелями в руках. Она, в спортивном облегающем костюме и кроссовках, повторяет движения за инструктором по телевизору. Копна ее рыжих волос собрана в высокий хвост, ее лица мне не видно, так как она находится спиной ко мне.

Как же мне хочется, чтобы она исчезла из этого дома! Тогда Тимур, возможно, обратил бы на меня внимание как на женщину. Я ведь тоже ничего. И давно уже взрослая.

Наконец-то Настя замечает меня. Резко останавливается, находит пульт и выключает громкость. Всем своим видом она дает понять, что я отвлекла ее от очень важного дела.

– О, проснулась, – небрежным тоном произносит она. – Завтрак… или лучше сказать обед, в холодильнике.

– Спасибо, – негромко отзываюсь я, делаю несколько шагов и понимаю, что понятия не имею, где здесь находится кухня.

– А ты надолго здесь? – прямо спрашивает девушка. – А то из-за тебя Тимур запретил мне выходить из дома. Пришлось пропустить групповые занятия аэробикой. Ты вляпалась во что-то? Если так, то какого черта в это Тима впутала?

Она сверлит меня гневным взглядом, ожидая ответа. А я лишь пожимаю плечами. Подробностей от меня она точно не услышит.