Любовь и ненависть (ЛП) - Вильденштейн Оливия - Страница 62

Август оттолкнулся от стены и бросился к Лиаму.

— Ты эгоистичный придурок, Колейн.

Лиам расправил плечи и оказался перед лицом Августа.

— Эгоистичный придурок?

— Ты думаешь, что у тебя всё схвачено, но что, если нет? Сегодня вечером ты будешь не единственным на этом ринге.

— Секунданты не вступают в бой, — выпалил Лиам.

— Ты вообще видел секунданта Морган, мать его? — огрызнулся Август.

Я втиснулась между мужчинами и оттолкнула их друг от друга.

— Прекратите. Вы оба.

— Август прав, Лиам, — сказал Мэтт. — Джастин — больной ублюдок.

— Мы знаем, в чём их преимущество, — воскликнул Лиам. — Мы можем победить их в их собственной игре.

Я убрала руки с их грудных клеток, норовящих столкнуться друг с другом, и повернулась лицом к Лиаму.

— Перестань называть это игрой. Это не игра!

Его возбуждение поутихло. Наконец-то!

— Это просто такое выражение, Несс.

— Серьёзно? Потому что, если мне не изменяет память, ты также назвал это игрой в тот день, когда мы подписались на это.

Его голос понизился, а глаза ещё больше потемнели.

— Тогда я не имел в виду дуэль.

Грудь Августа коснулась моих лопаток.

Я долго и пристально смотрела на Лиама.

— Ничто из этого никогда не было для меня игрой, ясно?

— Я займу её место, — сказал Август. — Я буду твоим секундантом.

— Нет!

Я резко обернулась.

— Не веришь, что она сможет за себя постоять, Ватт? — спросил Лиам.

Август пристально посмотрел на Лиама.

— Это не имеет никакого отношения к тому, как я отношусь к Несс, — сказал он леденяще низким голосом, — это связано с тем, как я отношусь к Джастину.

— Я подписалась на это. Я доведу дело до конца.

Я снова обернулась.

— Если придётся, — добавила я. — Я всё ещё думаю, что мы должны разоблачить их обман и прогнать с нашей земли.

— Они владеют гостиницей и всей территорией сосновых, — сказал Лиам, не сводя глаз с Августа, — Так что, прогнав их с нашей земли, мы не прогоним их из Боулдера.

Территория сосновых!

— Коул, ты связывался с Сарой?

— Нет, но Лиам получил сообщение от Эйвери.

— Эйвери? — спросила я.

— Контакт речных, — сказал Коул.

— Я помню, кто он, — сказала я. — Я имела в виду, зачем он отправил нам сообщение?

— Потому что он слышал, как Алекс Морган говорил о том, что поставил на место двуличную сосновую сучку, и он считает, что Алекс говорил о Саре, так как видел их вместе, — сказал Лиам.

Меня охватил ужас.

— Поставил на место?

— Я не знаю, что это значит, — сказал Лиам. — Он тоже не знает, но пытается выяснить.

Страх за Сару моментально вытеснил всё остальное. Я прижала кулак ко рту.

— О, Боже мой.

Лукас бросился к двери.

— Я могу отследить её запах.

— Нет, — сказал Лиам. — Мы все остаемся на месте. Эйвери там. Он сказал, что работает над этим, и я верю, что так оно и есть.

Моя голова дёрнулась назад.

— Он даже не хотел вмешиваться, и всё же ты веришь, что он помогает нам?

— Люди всё время меняют свои решения.

Когда он поднял глаза на Августа, я задалась вопросом, говорил ли Лиам об Эйвери или обо мне.

И тут у меня в голове возникла ещё одна мысль. Как бы мне ни хотелось отменить эту дуэль, я не могла оставить Сару Морганам. Но Лиам не мог сделать ручейных боулдеровцами, не съев сердце Кассандры.

— Допустим, мы не отменим дуэль, и ты выиграешь…

— Я выиграю.

Его убежденность заставила меня поджать губы. Это также заставило пульс Августа участиться и забиться рядом с моей напряжённой спиной.

— Имей хоть немного веры в меня, Несс.

— Ладно. Хорошо. Что произойдёт после того, как ты выиграешь? Как именно ты планируешь съесть её сердце?

Уголок его рта скривился.

— Своими зубами.

Я закатила глаза.

— Не будь таким недалёким. Если в её крови полно серебра, то и в её сердце тоже.

— Волчонок прав, — сказал Мэтт.

— Я введу в её сердце Силлин. Или введу себе Силлин. Грег знает как лучше. Ты принесла его?

Я вытащила таблетки из сумки как раз в тот момент, когда открылась входная дверь, и вошёл Грег.

Лиам ухмыльнулся.

— Вы посмотрите на это. Лёгок на помине. Мы как раз о тебе говорили.

От удивления вокруг глаз доктора появились морщинки. Или, может быть, это было беспокойство.

— И что же вы обсуждали?

— Мы обсуждали то, как ты очистишь сердце от серебра, не очищая его при этом от крови. Ну, то есть, чтобы я мог его съесть.

ГЛАВА 47

Грег внимательно изучил экран портативного устройства, в которое он только что вставил каплю крови Августа.

— Чуть меньше половины. В тебе не должно остаться Силлина к следующему полнолунию.

Учитывая, что дуэль должна была состояться сегодня вечером, мне повезло, что не я стала подопытным кроликом в данном эксперименте.

— Ты вообще можешь перевоплотиться? — спросил Грег, убирая прибор.

Август, сидевший за игровым столом между Коулом и доктором, пригладил ладонью свои коротко остриженные волосы.

— Нет.

— Ты можешь заставить свои когти появиться?

Глядя на ватный шарик, который он прижимал к ране от укола на внутренней стороне локтя, он сказал:

— Нет.

— Укол повлиял на парную связь?

Август поднял на меня взгляд.

— Нет.

Я стояла у стены с окнами, попеременно наблюдая за мужчинами позади меня и за теми, кто находился по другую сторону стекла. Грег сказал Лиаму, что инъекция большой дозы Силлина в конце дуэли — не такой большой, как та, что он сделал Августу, так как у нас не осталось достаточно таблеток — нейтрализует серебро в крови Кассандры. С тех самых пор Лиам начал морально и физически настраивать себя на дуэль.

Он и Мэтт сбросили одежду и превратились в волков. Последние полчаса они упорно сражались. Лиам не был совсем невосприимчив к ударам Мэтта — он падал и морщился, — но он снова вскакивал на лапы и старался изо всех сил.

Становясь лучше.

Но это было притворство.

Какой бы жестокой ни была их драка, она была ненастоящей.

Я подняла взгляд на раскачивающиеся сосны, растянувшиеся на мили и отделявшие владения Лиама от гостиницы. Интересно, что делали ручейные в этот самый момент? Уродовали наши дома, хоронили прах Эйдана или готовились к противостоянию с нами?

Когда Лукас подошёл и встал рядом со мной, я обняла себя за талию.

— Сара сошлась с Алексом, чтобы помочь нам. Она его ненавидит.

Он понаблюдал за тем, как Мэтт поймал Лиама за заднюю ногу и перевернул его на спину.

— Кстати, как ты себя чувствуешь? — спросила я.

— Испытываю облегчение, мать его.

Я не смогла сдержать лёгкой улыбки, услышав его ответ.

— Я не имею в виду Сару.

— О.

Румянец выступил на его щеках.

— Я имела в виду, после столкновения с кулаком Алекса Моргана.

— Готов кое-кого убить, но в остальном хорошо.

— За то, что он сделал с тобой или за то, что он мог сделать с ней?

Его брови сошлись на переносице за лохматыми чёрными волосами.

— И за то, и за другое.

Мы умолкли и продолжили наблюдать за Лиамом и Мэттом.

В какой-то момент Лукас сказал:

— Я знаю, что ты переживаешь, но Лиам опытный и быстрый. Ты когда-нибудь замечала, как быстро он двигается? Как те вампиры в сериалах, которые любят смотреть тёлочки.

Я искоса взглянула на него.

— Не уверена, что смотрела эти фильмы. Почему бы тебе не рассказать мне о них побольше?

Он начал рассказывать мне о сюжете одного из них, но потом заметил, как на моих щеках появились ямочки, и остановился.

— Не волнуйся. Я не расскажу Саре о твоей тайной одержимости вампирами.

Более яркий румянец окрасил его щёки.

— Ты настоящая заноза в моей мохнатой заднице.

— Но удивительно милая, не правда ли?

Он бросил на меня взгляд, который, вероятно, должен был быть уничтожающим, если бы не его кривая улыбка.