Любовь и ненависть (ЛП) - Вильденштейн Оливия - Страница 9

Но это было правдой. Я очень торопилась.

Торопилась докопаться до сути подвига Кассандры Морган.

Торопилась, чтобы дуэль поскорее закончилась.

Торопилась вернуть благосклонность Августа.

Мгновение спустя другая кассирша крикнула:

— Следующий.

Я снова разгладила чек, а затем передала его вместе со своей дебетовой картой и удостоверением личности с фотографией.

Служащая банка покосилась на моё удостоверение личности, потом на карточку, а затем перевернула чек.

— Распишитесь, пожалуйста, на обороте.

Она постучала длинным акриловым ногтем по чеку.

Я нервно подписала его, моя подпись немного съехала с едва заметной линии. Это было слишком хорошо, чтобы быть правдой. Я ожидала, что чек не пройдёт и охранники сопроводят меня на допрос. Я облизнула губы кончиком языка и стала ждать, пока кассирша щёлкала и щёлкала своими длинными ногтями по клавиатуре компьютера.

Наконец она распечатала лист бумаги и протянула его мне.

— Ваш баланс.

Я схватила выписку, и моё сердце замерло, когда я увидела свой новый баланс.

— Эм. Мне кажется, тут какая-то ошибка.

— Ошибка?

— Вы уверены, что это мой счёт?

— Вы Несс Марианна Кларк?

— Да.

Она перевела взгляд на монитор и снова щёлкнула по клавиатуре.

— Тогда ошибки быть не может.

Теперь моё сердце бешено колотилось в грудной клетке.

— Вы ожидали более высокого баланса? — спросила она, когда я так и не сдвинулась с места.

Я снова и снова перепроверяла цифры остатка на счете, как вдруг она добавила:

— У нас есть отличные инвестиционные предложения. Я была бы очень рада назначить вам встречу для консультации.

Я снова облизнула губы. Был ли какой-то другой способ внести деньги на чей-либо счёт?

— Не могли бы вы дать мне распечатку последних действий? Банковские переводы, или чеки, или…

— Конечно.

Её принтер ожил и выплюнул ещё один лист бумаги, который я на этот раз практически вырвала из её пальцев. Стоило мне увидеть, с чьего имени были зачислены деньги буквально час назад, у меня снова задрожали руки. Или, может быть, они никогда не переставали дрожать.

— Спасибо, — хрипло прошептала я.

— Всё в порядке, милая? — спросила Шарлотта, находясь всё ещё у окошка кассы.

Я кивнула, хотя на самом деле всё было не в порядке. Всё это было неправильно.

— Я… я… эм. Я скажу Эвелин, чтобы она позвонила.

Я помахала старушке рукой, затем вытащила из сумки телефон и, кое-как перебирая пальцами по гладкому экрану, набрала Августа.

Мой звонок был перенаправлен на голосовую почту.

Чёрт!

Я: Я только что заехала в банк. Что ты сделал?

Я попыталась позвонить ему снова. И снова он не взял трубку.

Я: Если ты мне не ответишь, я тебя выслежу.

Мне в сообщения пришло изображение карты с отметкой.

ГЛАВА 5

Координаты, которые прислал мне Август, привели меня на строительную площадку, о которой упоминал Мэтт во время нашей пробежки.

Я хлопнула дверью машины так сильно, что подол моего белого платья с оборками взлетел в воздух. Когда я направилась к строительной площадке, во мне бурлило так много эмоций, что я не чувствовала ни земли под ногами, ни солнца у себя в волосах. Я была вся на нервах и чувствовала себя оголённым проводом, готовым убить электрическим током любого, кто встанет между мной и моей целью: Августом Ваттом.

Я обошла всю рабочую площадку, пока не нашла его.

Мужчину, который смотрел на светофор, а не на меня, и, тем не менее, положил безбожно огромную сумму денег на мой банковский счёт.

Мужчину, который не ответил ни на один из моих звонков и всё же прислал мне своё местоположение.

Мужчину, на котором была надета каска, хотя он когда-то разбился на вертолете и выжил.

Мужчину, который заставлял моё сердце биться быстрее, а мой пупок пылать, и всё же он больше не был моим, и я не могла его обнять.

— Август Ватт! — заорала я.

Должно быть, я очень громко выкрикнула его имя, потому что все до единого рабочего обернулись.

Август оторвал взгляд от чертежа, разложенного на рабочем столе. Он неторопливо обменялся несколькими репликами с одним из своих людей, после чего направился ко мне, засунув руки в карманы своих выцветших джинсов.

Его тело поглотило солнце, землю, небо и весь окружающий шум.

Как только он остановился передо мной, мне пришлось запрокинуть голову.

— Да? — хрипло выдохнул он, коснувшись своим дыханием кончика моего носа.

Я сглотнула, потому что в голове у меня вдруг стало пусто, и я не могла вспомнить, зачем пришла. Почему я злилась? А злилась ли я вообще?

Ах, да. Я была в ярости.

Я прищурила глаза.

— Что, чёрт возьми, на тебя нашло?

— Забавно, — он скрестил руки на груди, отчего все его мышцы напряглись. — Я мог бы спросить тебя о том же самом.

— Это не я внесла, — я понизила голос и прошипела, — пятьсот тысяч долларов на твой счёт.

— Нет, но ты рискнула своей жизнью ради своего бывшего. Своего грёбанного бывшего, который потом заявил мне, чтобы я отвалил. Так что позволь мне задать тебе тот же вопрос: какого чёрта на тебя нашло?

Он так сильно сжал челюсти, что черты его лица потеряли всю свою мягкость. Даже его чувственные губы теперь, казалось, были выгравированы из стали, а не сделаны из кожи.

— Надеюсь, ты не отдал мне все свои деньги, потому что ты будешь должен своей маме целую кучу за все эти ругательства.

Его губы даже не дрогнули, что говорило о том, что он был по-настоящему зол.

Я вздохнула.

— Зачем?

— Зачем я отдал тебе эти деньги? Потому что я был тебе должен.

— Должен мне? О чём ты говоришь?

— Когда мы купили бизнес вашей семьи, мы купили его по выгодной цене. Папа всегда считал неправильным, что мы заплатили твоей матери такие гроши.

Моя челюсть отвисла, но затем захлопнулась.

— Мама никогда не считала, что вы нам не доплатили, Август.

— Но факт остаётся фактом, мы не доплатили.

— Нет, это не так. Вы заплатили ту сумму, которую наша фирма стоила в то время.

— Почему это имеет значение?

— Потому что это полмиллиона долларов, — воскликнула я шёпотом. — Ты не можешь просто брать и дарить разным людям такие деньги.

— Ты не «разные люди», — произнёс он чуть мягче.

— А кто я тогда?

— Я надеялся, что ты поможешь мне это понять.

Несмотря на то, что я стояла в его тени, мою кожу всё ещё покалывало от жара. Я подозревала, что это имело мало отношения к солнцу, и было связано с нависшим надо мной мужчиной.

— Почему Лиам сказал мне, чтобы я отвалил, Несс? Что именно произошло в гостинице? Что ты ему пообещала?

Я откинула волосы с лица.

— Я пообещала ему, что прекращу… то, что мы с тобой начали… чтобы подготовить его к дуэли.

Его тёмные брови опустились.

— Почему ты должна перестать встречаться со мной, чтобы подготовить его к дуэли?

Я отвела взгляд, изучая пыльный пучок травы рядом с тяжёлыми рабочими ботинками Августа.

— Он хочет сто процентов моего внимания.

Август фыркнул. После долгого молчания он пробормотал:

— Ты забыла меня шлёпнуть.

Я снова посмотрела ему в глаза. Каждый раз, когда он фыркал, я шлепала его, чтобы показать, как часто он прибегал к этому пещерному звуку вместо того, чтобы использовать слова.

— Если я прикоснусь к тебе, твой запах, — запах пряностей, дерева, земли, тепла, дома, — передастся мне, и он поймёт, что я виделась с тобой.

Мускул напрягся у него на предплечье.

— Ну и что?

— И тогда он будет сражаться с Кассандрой без моего участия.

Я начала теребить между пальцами подол своего платья.

— Я не знаю, обижаться ли мне или дико ревновать из-за того, что он так сильно хочет тебя вернуть, что стал тебя шантажировать.

Его тёплое дыхание коснулось моего лба.