Приговоренные к вечности. Часть 1. Остаться в живых (СИ) - Белошицкая Ольга - Страница 72

Он протянул ей бумагу, которую недавно показывал старейшине. Юлька изумилась — это был тот самый серебряный листочек-подвеска, что она нашла на озере в тот же день, что и Реса. Как странно…

— А что это такое? — полюбопытствовала она.

— Ты не поверишь, но это часть ключа от Награ. Помнишь, я рассказывал тебе про наследие Ордена Аспида? Так вот, кое-что мы все-таки смогли сделать. У нас уже есть остальные части, а этот неожиданно потерялся. Его искали специальными ритуалом Вечных, Эрлен увидела его в зеркале.

Юлька рассмеялась, радуясь, что может ему помочь.

— Ты не поверишь, но эта штука у меня. Я нашла ее на озере, на берегу, три недели назад.

— Да ты что? — изумился Саша. — Это же… Потрясающе!!! — и он снова прижал ее к себе.

— Пойдем, я тебе ее отдам.

Неторопливым шагом они направились на другой конец деревни, к развалинам замка, за которыми находился Юлькин дом.

— Не хочешь говорить причины побега, так расскажи хотя бы, как ты сюда попала и как тебе тут живется, — попросил Саша, с любопытством оглядывая развалины. — Умели же они строить… жаль, что камни растащили, его можно было бы восстановить…

Юлька вкратце пересказала, как блуждала от города к городу, ища место, где они пересекли Грань. Потом немного описала свою здешнюю жизнь.

— А ты-то как, что там у вас происходит? — спросила она, когда они подошли к дому.

— Я теперь командир триады, — с гордостью сообщил он. — Триада — три отряда, один из них — вим-крыло, воздушная гвардия, — он вкратце рассказал ей о разведке чужого мира и о нескольких последних нападениях из-за Грани. — Сейчас мы разрабатываем плазменные заряды, — продолжал он, увлекаясь. — Понимаешь, если оснастить виммы оружием на основе тех же иглопалов, но стрелять они будут плазмой, нам налеты анг-миртовских болидов будут не страшны. Пока мы смогли сделать патрон, заряженный эгри-наэром, это сочетание хорошо разрушает материю, с которой сталкивается, но летит он пока недалеко. Ты не представляешь, из чего пришлось сделать капсулу, чтобы она легко разрушалась при соприкосновении с поверхностью и чтобы не распадалась в полете!

— Из чего же? — поинтересовалась Юлька.

— Из стекла! — воскликнул он с пламенным восторгом в глазах. — Правда, это не совсем простое стекло…

Юлька слушала вполуха, мало понимая всю эту мешанину сил и стихий с оружейными терминами. Саша был с ней, но как же далеко он был от нее! Она восхищалась его увлеченностью, его страстью, его оригинальными идеями, но ничего в них не понимала.

Войдя в дом, он быстро огляделся.

— Да, простенько тут у тебя.

И Юльке стало неловко за старенькую мебель, за пестрые покрывала и домотканые половицы, подаренные ей местными жителями. Быстро отыскав подвеску, она протянула ему этот небольшой, но тяжелый и холодный на ощупь предмет.

— Вот, возьми. Если он так ценен для вас — он твой.

— Он ценен для всех нас, — сказал Саша строго, и она смутилась.

— Хочешь чаю? — предложила она, надеясь, что он задержится хотя бы ненадолго.

Он скосил глаза на старый деревянный стол, гладенький, но уже щербатый по краям, и на покрытую мелкой керамической плиткой печку.

— Нет, спасибо, — вежливо отказался он, старательно скрывая брезгливость.

Потом они медленно шли обратно, к дому старейшины, а на полпути присели на скамеечку на берегу оврага.

— Ты там счастлив, получается? — спросила Юлька задумчиво. — Уже не хочешь домой?

— Не знаю, — признался Саша с досадой. — Наверно, хочу, но уже не так, как раньше. Мне некогда об этом думать, у меня дел по горло. Вылеты, тренировки, работа в лаборатории, читать опять же надо, надоело чувствовать себя идиотом. И еще мне чертовски интересно.

Она кивнула.

— И знаешь что, — решительно сказал он. — Собирай свои вещи и возвращайся. Нечего тебе здесь делать. Убожество тут… жуть, словно и нет высокоразвитой цивилизации. Я тебя забираю. Что бы ни случилось тогда, в Наган-Кархе, когда ты сбежала, больше этого не повторится, я тебе это гарантирую. Я не хочу, чтобы ты здесь оставалась, тебе здесь не место. Я очень переживал, когда ты исчезла, и не хочу больше тебя терять. Я отвечаю за тебя с самого начала.

Вспышка радости от его заботы быстро прошла. Ей страстно, до боли не хотелось возвращаться в чужой, враждебный замок. Лучше уж здесь, пусть бедно и просто, зато уютно. И свободно.

— Прости, но я не хочу жить в замке нагов, — честно призналась она. — Не мое это место. Давай я лучше поселюсь где-нибудь в Кархе или в окрестностях. Там есть очень живописные уголки… Понимаешь, я тут привыкла летать, я теперь без этого не могу.

Саша задумчиво кивнул, вертя в руках ключ-подвеску.

— Можно и так, хотя мне будет спокойнее, если ты останешься в нашем замке, — сказал он со вздохом. — Кстати, оттуда летать даже удобнее, стартовая площадка лучше, — продолжил он с нажимом.

— Давай только не сегодня, — неуверенно попросила Юлька, смиряясь с неизбежным. — Я хочу собрать вещи и попрощаться с людьми. Они мне очень помогли.

Саша пружинисто поднялся со скамейки.

— Отлично, — кивнул он. — Завтра вечером я заберу тебя. Жди меня вечером в шесть, если вдруг что-то случится, я передам на гвор в Ваннею, тебе сообщат.

— У старейшины есть старенький гвор, — сказала Юлька — Только он им редко пользуется, гвор дряхлый, но работает.

— Эти штуки вечные, — заявил он. — Скажи код и название населенного пункта, я передам, если планы вдруг изменятся и придется вылететь на прорыв.

Она проводила его до конца деревни. На прощание Саша еще раз обнял ее, отстранил и напомнил голосом строгого отца: "Не забудь, завтра в шесть вечера", и, сделав знак своим спутникам, торопливо направился к вимме. Наги, которые не без удовольствия прогуливались по деревеньке, один за другим стали возвращаться к машинам, и уже под конец Юлька неожиданно заметила среди них женщину, высокую и фигуристую шаамку, смуглокожую и черноглазую. Она подошла к Саше, положила руку ему на плечо, что-то прошептала на ухо, лукаво улыбаясь, отчего он неожиданно рассмеялся и они, оживленно обмениваясь репликами и довольными улыбками, почти синхронно сели в вимму.

Проводив взглядом отряд, Юлька печально побрела домой.

А что ты хотела, спросила она сама себя. Куда тебе с ней состязаться? Бесполезно… Ты ей не ровня — ни внешностью, ни умениями, ни силой характера. Она ему ближе по духу. И уж точно лучше понимает в совмещениях джив и наэр.

Придя домой, Юлька не выдержала и разрыдалась. Слезы текли ручьем, она захлебывалась и не могла остановиться. Он поступил с ней, как с этим брелком-ключом, как с ценной, но малополезной вещью, которую пришел и забрал, совершенно не интересуясь ее мнением и чувствами. Конечно, у вещей нет чувств… Ее больно ранили его высокомерие и безапелляционность, а еще — понимание, что никогда, никогда он не посмотрит на нее, как на равную, она всегда останется для него молоденькой дурочкой-подчиненной, которую надо учить и за которую приходится нести ответственность.

Так ее и нашел Рес — рыдающей на крылечке.

Уведя ее в дом и отпоив чаем, он понемногу вытянул всю историю ее невезучей любви.

— Подожди, откуда у тебя ключ? — спросил он с явным изумлением. — Как он у тебя оказался?

— Нашла на озере, в тот же день, что и тебя, — Юлька, уже успокоившись, мелкими глотками потягивала чай. Чай тут заваривали из совсем других трав, но по вкусу он был похож на земной, только имел более выраженный фруктовый вкус. Рес, как местный житель, умел заваривать этот напиток гораздо лучше нее.

Он печально усмехнулся.

— Надо же… Я был уверен, что потерял его, но не здесь, а гораздо раньше.

— Так это твой ключ? — изумилась Юлька. — Он твой? — она охнула и закрыла ладошками лицо. — Мне даже в голову не пришло… О боже, я бы не отдала, если б знала. Прости, прости пожалуйста… Это очень плохо, что я его отдала?

Рес криво улыбнулся. Лицо у него сделалось грустное и усталое.