Киллер на удалёнке (СИ) - Хан Ирма - Страница 23

Андрей уже был готов наговорить ей кучу гадостей, но в какой-то момент словно увидел всё со стороны. И так ему вдруг горько стало. Права ведь Лена! Он совсем не интересовался жизнью отца. И Макс тоже. Только деньги с отца тянули. Что один, что другой. И вот теперь отца нет…

— Ладно, Лен, ты прости… я просто расстроен. От горя соображаю туго… Конечно, живи в этом доме. Я думаю, Макс тоже возражать не станет.

…

Макс возражал. Очень возражал.

— Ты с ума сошёл! — кричал он на брата. — С какой стати мы ей дом должны уступить?

— Не должны, конечно. Ты прав, но по совести…

— Какая совесть, брат!? — перебил его Максим. — Ты о чём!? Ты же сам её ненавидел до зубовного скрежета.

— Послушай, отец был счастлив с ней. Я думаю, от нас не убудет, если мы ей тот дом отдадим, что отец для них построил. Ну, или одну из квартир. Это будет справедливо.

— Если хочешь, можешь уступить ей хоть всю свою долю наследства, но на меня не рассчитывай. Я против того, что бы ей что-то перепало.

Андрей был удивлён такой злобой своего брата. Он сам недолюбливал Лену, но агрессивность Макса его поразила. Обычно Макс был более лоялен к девушке. Это он, Андрей, постоянно язвил и задевал Лену. Именно поэтому отец и построил ещё один дом в том же коттеджном посёлке. Не хотел стычек между сыновьями и любимой женщиной. Андрей весь вечер думал об этом и решил, что дом надо отдать Лене. Ведь, по сути, этот дом был построен ради неё. К тому же, зачем им два дома? И почему Макс так упёрся?..

Часть 4 глава 3

— Илья Иваныч! Ты должен это увидеть! — раздался в трубке возбуждённый голос Антона Павловича Караваева, судмедэксперта с двадцатилетним стажем. — Бросай всё и приезжай в морг.

— А по телефону нельзя?.. — попытался надавить на жалость капитан Карташов. — У меня сейчас дело одно в разработке…

— Илюша! Ты же меня знаешь. Я по пустякам не буду беспокоить такого занятого опера.

— Жди. Выезжаю, — недовольно проворчал тот в ответ.

То, что Илья увидел в морге, не просто удивило, а потрясло его.

— Как такое может быть? — уставился он туда, где должно было находиться сердце в теле потерпевшего.

— Сие здравому смыслу не поддаётся. Наука тоже нервно курит в стороне.

— Слушай, Палыч, мне не до твоих шуточек! — Карташов раздражённо отмахнулся.

— А я не шучу. — Серьёзно сказал Караваев. — Я сам в шоке, как та звезда. Смотри, что получается… на теле не было ни царапины… вот фото до вскрытия. И вот что у нас после вскрытия. Видишь? Словно кто-то взял и вырвал сердце, представляешь?

— Если честно, нет.

— И я нет, но это факт, который надо принять. Я вот думаю, что написать в заключение о смерти? Я в тупике, мой юный друг!

— Может, написать остановка сердца?

— Ага! — сарказм прозвучал в голосе патологоанатома. — Остановка сердца, которого нет. Так?

— Слушай, но я тебе в этом деле не советчик, — покачал Илья головой. — Ты родне об этом говорил?

— Ещё нет. Кстати, один из его сыновей настаивал, чтобы вскрытие не делали. Говорил, мол, и так всё понятно. Тромб оторвался. Кровоизлияние в мозг… то, сё… Одни медики кругом! — ядовито заметил Караваев.

— Тогда почему ты сделал?

— Второй, тот, что постарше, настоял на обратном. «Я, — говорит, — хочу точно знать, отчего умер отец. Он, — говорит, — вёл здоровый образ жизни. Занимался спортом. На сердце никогда не жаловался. Раз в год проходил обследование». И даже анализ крови попросил сделать. Парень подозревает, что отца могли отравить конкуренты. Или, что ещё хуже, партнёры.

— А что, покойный был крутым бизнесменом?

— Ещё каким крутым! «Владелец заводов, газет, пароходов», так сказать… В общем, у мужика было, что отжать.

— Я так думаю… ты со старшим сыном поговори. Расскажи вот про это. — Кивнул Карташов на тело. — И хорошо бы понять, почему младшенький протестовал… — Илья в задумчивости почесал затылок. — А раз он такой крутой бизнесмен, то его смерть, получается, только сыновьям и выгодна. Как думаешь?

— Ну, в это я не полезу. — Махнул рукой Палыч. — Это по твоей части думать. Только, если ты считаешь, что младшенький сердце у папаши вырвал, то заблуждаешься. Никаких внешних повреждений на теле. Помнишь?..

— То есть, ты не можешь объяснить это? — ещё раз уточнил Илья у Палыча.

— Не могу. С точки зрения науки, не могу.

— А с точки зрения чего можешь?

— Тут явно чёрной магией попахивает.

— Неуместная шутка, — резко одёрнул Карташов патологоанатома.

— А я не шучу, мой юный друг. — Пафосно заявил Палыч, который был старше Ильи от силы лет на семь. — Я тебе официально заявляю — подобного случая в практике не припомню. Да и невозможно вырвать сердце из груди, не повредив кожный покров, не порвав мышцы и не сломав ни одного ребра. Ну, так что в заключении напишем?

— Со старшеньким поговори…

…

Андрей, выслушав Караваева, задал тот же вопрос, что и Илья:

— Как такое может быть?

— Ни с точки зрения науки, ни с точки зрения здравого смысла я объяснить этот факт не могу. В моей практике похожего случая не было. У меня к Вам только один вопрос: что написать в заключении?

— А Ваши коллеги?

— Что коллеги?

— Что они думают по этому поводу?

— Они в таком же тупике, как и я.

— Значит, уголовное дело заводить не будут?

— Какое уголовное дело? Погибший сам виновник аварии. Вот если бы в него автомобиль врезался и он погиб, тогда да, а так… Молите бога, что бы пострадавший на вашу семью в суд не подал за повреждение транспортного средства.

— А он не подал?

— Думаю, если бы подал, то Вы уже были бы в курсе.

— Пожалуй, Вы правы, но… но ведь смерть моего отца очень необычная… Неужели не будут проводить следствие?

— Поговорите с капитаном Карташовым. Он заинтересовался этим случаем. Я ему позвоню.

…

— Можно? — Андрей заглянул в кабинет. Двое мужчин одновременно повернули головы в его сторону. — Кто из вас Карташов? — он переводил взгляд с одного мужчины на другого.

— Я, — ответил блондин в синем свитере. — Что Вы хотели?

— Поговорить с Вами хотел. Я Андрей Шишкин. Меня к Вам Антон Караваев направил. Он должен был Вам позвонить…

— Да, да. Звонил. Только я покурить собирался, — Илья выразительно скосил глаза в сторону своего коллеги. — Вы курите?

— Курю. И с удовольствием составлю Вам компанию. — Андрею тоже хотелось побеседовать с Карташовым с глазу на глаз.

Илья сказал, что пострадавшая сторона в полицию не обращалась. Все вопросы, скорее всего, решила страховая компания. А по поводу странной смерти капитан только руками развёл:

— В нашей практике не было ничего подобного. Я честен перед Вами, Андрей.

— Скажите, а я могу попросить лично Вас разобраться в смерти моего отца?

Карташов посмотрел на него с удивлением.

— Могу ли я нанять Вас как частного детектива? — уточнил Андрей. — Я заплачу.

— Не надо меня нанимать и мне платить. Я сам хочу разобраться в этом деле. И давайте договоримся так: если мне станет что-то известно, то я Вам сообщаю, а если Вам что-то удаётся узнать…

— То я сообщаю Вам. Идёт.

— Когда похороны? Я хотел бы посмотреть на окружение Вашего отца. Если нет возражений, конечно.

Андрей не возражал. Наоборот, был рад, что Илья согласился пусть неофициально, но заняться этим делом. Обсудив некоторые детали дальнейшего общения, они попрощались.

Часть 4 глава 4

Илья, озадаченный увиденным в прозекторской и разговором с Андреем, сидел в своём кабинете и перелистывал дело, от которого его оторвал Караваев. Сосредоточиться на материале дела Карташов не мог. Перед глазами стояла картина тела с отсутствующим в нём сердцем.

— Нет, представляешь?! Так и сказала мне, что я должен о ней заботиться, — вывел его из задумчивости голос Стаса Васина, коллеги, тоже капитан по званию. Наливая кипяток в чашку с растворимым кофе, возмущался Стас. Перед ним на столе в полиэтиленовом пакете лежали пирожки.