Тайна твоей ладони (СИ) - Лёля Зайкина - Страница 19

— Как ты относишься к нему?

— Если бы ты спросил меня вчера, я бы ответила, что скорее всего я влюбилась… Это не такое чувство, как к Алексею, в нем нет той страсти, безрассудство, оно чем то похоже на ту любовь, которую я испытываю к тебе, но в ней присутствует и влечение… Его запах будит во мне неимоверное желание…

Я грустно вздыхаю… И отпиваю ещё чая, он даёт мне силы, на то, чтобы сделать очередное признание…

— А сегодня я не знаю…

— Почему?

— С момента знакомства с Николаем, некоторые черты в нем мне казались знакомыми, я даже спрашивала, не могли ли мы встречаться раньше. Его аромат казался мне знакомым, привлекал и манил меня, заставляя испытывать животное влечение… А оказалось, что улыбка и аромат у них, похожи… Возможно, меня привлекал не он, а его сходство с братом… Я не могу заставить себя не думать об этом… И ещё, я не уверенна, что он примет, то, что у меня были отношения с его братом, и то что я его до сих пор люблю… Когда он знал о моем опыте и чувствах, но не знал, к кому я их испытываю, это одно… А когда это касается его семьи, его брата это другое. Если мы с ним будем вместе, сможет ли он чувствовать себя спокойно, когда его брат будет рядом, не будет ли подозревать меня, ревновать… Я боюсь, наши отношения обречены…

— Бедная, Кирюшка, ты действительно запуталась… — говорит Вадик — Я думаю лучший выход из ситуации это взять паузу… дать себе время и все станет на свои места… Помнишь, как говорил Дюма о бедах?

— От всякой беды есть два лекарства — время и молчание.

— Все наладится, обязательно наладится… — шепчет друг мне на ухо, его голос вселяет надежду, умиротворяет, даёт иллюзию благополучия… И я в последний раз всхлипнув засыпаю, прижимая к груди подушку…

ГЛАВА 19. Выбор…

(от лица Николая)

Вот никогда не думал, что смогу попасть в такую ситуацию и у нас с братом, будет одна любимая женщина на двоих… И она любит его… Смогу ли я смотреть, как она касается его, что я почувствую, когда она согласиться стать его женой?..

Я всегда мог, сохранять спокойствие, но, пожалуй, только не в отношении Киры…

Как он мог так поступить? Как можно просто уйти, бросить её в такой уязвимый момент? Как можно вообще бросить женщину, которую любишь? Такую женщину…

Я люблю её. Как же сильно люблю…

Я готов пойти ради неё на любые уступки. Даже уйти из её жизни, если она останется с Лёшей… Если в этом её счастье.

Я набираю номер Вадима, но телефон какое-то время не отвечает, а потом трубку берет моя богиня. Её голос звучит уверенно, и я понимаю, что она приняла решение.

— Можешь приехать через 2 часа? — просит она.

— Конечно.

Я понимаю, что она хочет расставить точки над i, я хочу этого, хочу, но одновременно боюсь…

Смотрю на часы без пятнадцати, двенадцать… Секундная стрелка замирает, не желая сокращать время неизвестности…

********

(от лица Киры)

Правильно говорят, что утро вечера мудренее… и это действительно так, за ночь все эмоции немного улеглись, и я смогла осмыслить эту ситуацию.

У меня три варианта:

Не быть ни с кем.

Навсегда попрощаться с Николаем и попробовать восстановить отношения с Алексеем.

Объясниться с Николаем и дать шанс нашим отношениям, если он по-прежнему этого хочет.

Один из них я тут же отбросила, как неприемлемый…

Вадик ещё спит, и я заметила, как засветился экран его телефона, на тумбочке.

Ему звонит Николай. Очевидно, что он звонит узнать, как я. Поэтому, отвечаю.

По голосу слышно, что он не ожидал, услышать меня.

И решив не откладывать разговор в дальний ящик, я прошу его приехать через два часа. Как бы ни прошёл этот разговор, он неизбежен, надо все решить и двигаться дальше. Чем дольше будет все это продолжаться, тем будет больнее всем…

********

У меня два часа, нужно привести себя в порядок…

Начинаю я с тёплого душа, потом умываю прохладной водой опухшее от слез лицо, накладываю лёгкую масочку.

— Кирюш, ты в порядке? — доносится голос Вадима из-за двери.

— Да, все хорошо.

— Чего ты там так долго?

— Пытаюсь превратить Реву-корову в красивую женщину. Примерно в два, приедет Николай.

— Что ты решила? — спрашивает друг.

— Во многом зависит от него…

— Ладно, наводи марафет. С меня завтрак, плавно переходящий в обед, — говорит друг и я слышу удаляющиеся шаги.

Сушу и укладываю волосы, накладываю лёгкий макияж и накинув халат выхожу на кухню.

Часы показывают час. На столе дымятся сочные сырники.

— Когда ты успел сырники освоить? — спрашиваю я.

— Мура научила, — с загадочной улыбкой, отвечает друг.

— Смотрю, вы времени даром не теряете.

— Ну нам не когда отвлекаться, ты ж нагадала мне троих детей Надо не отставать от графика…

Я смеюсь и щелкаю его по носу.

— Юморист…

Мы завтракаем, и Вадим смотрит на часы, половина второго.

— Так и быть приму душ дома… — говорит он, — Ладно, стервочка, удачи тебе.

— Спасибо, ангелочек.

Я провожаю Вадика и иду в спальню, одеваться. Надеваю одно из любимых платьев, надеясь, что оно поможет мне чувствовать себя увереннее.

********

Без пятнадцати два, раздаётся звонок в дверь. Пунктуален, как всегда, думаю я и открываю.

Передо мной стоит Николай, его глаза излучают грусть. И у меня сжимается сердце… Это я заставила его страдать…

— Привет. Пойдём в зал, — предлагаю я.

— Привет.

Он послушно идёт следом…

— Прости меня, но я сейчас буду говорить прямо… — предупреждаю мужчину.

— Это даже лучше.

— Ответь мне, пожалуйста, на один вопрос: Твоё отношение ко мне изменилось после того как ты узнал, что у меня был роман с твоим братом?

— Нет, это же было давно…

— Ты сможешь принять факт этих отношений, доверять и верить мне?

Он на некоторое время замолкает… Видно, что он серьёзно задумался… Моё сердце сжимается, от страха, что он скажет, нет. Но я должна принять любое его решение… Должна…

— Я должен тебе кое-что сказать, прежде чем, ты примешь решение… — он сглатывает.

Видно, что ему не хочется этого говорить, но он считает, что это правильно

— Лёша, все ещё любит тебя, и он жалеет о своём поступке.

— Я знаю… но я не вижу с ним своего будущего, я не смогу ему доверять, он струсил тогда, не факт, что не струсит сейчас… И потом мне кажется мои чувства к нему уже не те, да я люблю, но скорее я люблю память о наших отношениях, чем его…

— Я готов доверять и верить тебе… — говорит мужчина выслушав меня, отвечая на мой ранний вопрос.

— Тогда, прежде чем ты примешь решение, хочешь ли ты попробовать отношения со мной, ты должен знать кое-что ещё… Это тебе не понравится, но ты должен знать…

— Хорошо, я слушаю, — Николай сосредоточено смотрит на меня и сжимает кулаки.

— Два дня назад мне показалось, что я люблю тебя. Моя любовь к тебе не такая как к Алексею, в ней нет бешеной страсти, безрассудства, но ты очень дорог мне, мне дорого твоё внимание, мне очень хорошо, комфортно, уютно рядом с тобой. Я обожаю твою улыбку… Меня сводит с ума твой запах, он вызывает во мне влечение, жажду твоих прикосновений и лишь мой психологический барьер мешал мне переспать с тобой, хотя я этого хотела… Но когда я узнала, что Алексей твой брат, то меня напугало это, потому-что твоя улыбка, когда мы познакомились, мне казалось знакомой, твой запах пробуждал во мне ту Киру, которой я было в восемнадцать… Я боюсь, что я могу любить не твои черты, а сходство с твоим братом…

Хотя я была готова к этому разговору, я не могу удерживать слез, и они текут по щекам, падая на пол и разбиваясь на паркете. Николай молчит, я смотрю на него и понимаю, что он сейчас уйдёт, ни один мужчина не смерится с этим… Но я не могла об этом умолчать, это было бы подло…

ГЛАВА 20. Я тебе верю, я тебя люблю

Моё сердце бешено стучит в груди, я как будто умираю с каждой секундой молчания. Я не верю в то, что он даст мне шанс, но от этого ожидание не становится легче.