Некромаги (СИ) - Татьмянина Ксения - Страница 2

И мы уехали.

Почти до самого города мужчина молчал, будто забыл, что в салоне еще кто-то есть. Подал голос, когда остановился, припарковавшись:

— Вольная попалась… С ума сойти. — И добавил громче, обращаясь ко мне: — Покажись хоть, прежде чем сбежать. Нога уже восстановилась?

Я заползла на сиденье и села вплотную к двери. Мужчина замок пока не разблокировал, но свет включил. Обернулся…

Неяркий, даже блеклый, а черты лица выразительные: точеные, как в скульптуре, крупные, удачно державшие в равновесии породистость и грубую мужественность. Рослый, крепкий, мускулов хватит на двух южан разом, но даже в таких условиях я видела, что он не колода. Спортсменов от тупо качков я отличала даже по повороту головы, даже по движению кистей рук и по абрису фигуры, если человек вообще не шевелился. Этот — с подвижной силой, гибкий как атлет или пловец, — очень красивый!

— Ты совершеннолетняя?

Разглядывая его, я так впечатлилась, что умудрилась обо всем забыть на эту минуту. И о том, что сама похожа на студентку или вчерашнюю школьницу, подарок от смешения восточной и южной крови. Спасибо Морсу, хоть голос по-взрослому женский, а не детский.

— Открой дверь.

Показалось, что у него даже уши шевельнулись, будто их кто сзади дернул за самые кончики. Он смотрел пристально и внимательно, а потом улыбнулся. Не плотоядно, не с удовольствием охотника, а по-дружески. Будто я ему давняя знакомая, которую удалось спасти от беды. И мне это в нем понравилось еще больше.

— Открою, только выслушай сначала. Ты некромага, уверен в этом. Инквизу не выдам, мне самому нужен в команду такой человек, как ты. Помоги вычислить убийцу. Обеспечим всем, что нужно — укрытие, деньги, новое имя. Что еще хочешь?

Я с ответом не торопилась. Он выждал:

— Выгляни. Я нарочно остановился здесь — подземка, остановка, даже стоянка такси недалеко, отсюда ты сможешь уехать куда угодно. Если тебе предложение интересно, я буду ждать завтра здесь же в десять утра. Придешь — хорошо. Не придешь — не судьба.

И нажал кнопку разблокировки. Я вышла без спешки. Не рванула, а спокойно открыла дверь и покинула машину. Не пошла ни в одном из предложенных направлений, чтобы он не смог меня потом вычислить — человек при власти, дураку ясно, и что бы я там ни решила, как бы незнакомец ни улыбался, подстраховаться никогда лишним не будет. Жизнь некромагов — пороховая бочка и осторожность нам второе имя.

Внедорожник я увидела издалека, и сразу догадалась, что это как раз он. Не черная литая машина, не элитно-служебная, а такая, что на здешних дорогах в глаза не бросится. Южане обожали проходимость мощных авто, сплошь и рядом мерились размерами и количеством грязи на бортах, считая выше своего достоинства платить за помывку.

Он приехал один. И хоть выбрал машину как у всех, едва вышел из салона, как стал бельмом на глазу. Белая ворона, что по масти, что по росту, что по опрятности в летней одежде. Дошел до киоска у станции, купил воды, и вернулся. До назначенного времени пятнадцать минут.

Я почти всю ночь думала, взвешивая за и против его предложения.

Все невероятно.

Обычные люди относятся к нам, некромагам, как к прокаженным, брезгуя даже дышать одним воздухом. Нас, прикрываясь законом «выборки», вычисляет и использует Инквиз, нас ловит и жестоко убивает секта. С какой стороны ни зайди — никто не станет иметь дело с грязью. Сдадут, прибьют, выпустят кровь на алтаре во славу культа… А он, загадочный северянин, уверенный в том, кто я есть — смотрел без презрения и отвращения. Неужели все потому, что он настолько чистый?

Я спустилась с крыши, обошла два дома и оказалась на парковке вовремя, минута в минуту. Подошла к внедорожнику, открыла заднюю дверь и просто села в салон.

— Я Нольд.

— Ева.

Глава вторая

— Ты кого привел?!

На пороге меня встретил второй северянин — тоже высокий и светловолосый, только чуть фигурой изящней и лицом мягче. Едва дверь захлопнулась, вздохнула — и этот чистый! Не настолько кристально, слабее, будто вдыхаешь воздух после дождя. Удача с одним таким столкнуться, а двое — просто невероятно.

— Ева, это Ян. Ян, это Ева.

— Это женщина, Ноль! Да ты рехнулся!

— Все в порядке. Девушка стойкая.

— Прогони, пока не поздно.

— Я все решил. Проходи, садись сюда.

И Нольд указал на кресло.

Он привез меня в деловой квартал в одну из высоток. Здесь, чем выше этаж, тем безлюднее коридоры и дороже офисы, а в холле и в лифте северянин не так бросался в глаза. Много командировочных с разных частей континента и никому не было до нас дела. Судя по тому, как тихо было здесь по соседству, на этаже больше никто не снимал помещения — лишних ушей нет.

Я прошла и молча села.

— Ноль, опомнись, найди некромага, но только не эту!

Любопытный у них выходил разговор. Нольд оставался спокойным и как будто не слышал друга, а Ян не стеснялся говорить обо мне в третьем лице. Я не понимала того ощущения опасности, которая проскальзывала в словах, но не чувствовала тревоги. Яна беспокоило что-то, что угрожало им из-за меня, а не наоборот.

— Ева, до тебя дошел слух о Смерти?

Нольд сказал «Смерть», одушевив слово.

— Нет.

— Ян, покажи.

Тот почти зарычал, сцепив зубы. Но все-таки ушел к ноутбуку, принес его и поставил передо мной. Открыл файлы.

Снимали человека, сидящего за столом, — судя по положению, живого, только он не откликался на раздражители — ему светили в глаза, трогали, даже слегка толкали, щелкали у уха, включали звуки более резкие.

— Он зомби.

Ушам не поверила. Мысль тут же кинула меня к киношному образу, но даже если брать более старое классическое понятие, на восставшего мертвеца мужчина не походил. А я видела тех мертвых, которых некромагы поднимали… Этот — не труп. Под гипнозом, в трансе, сомнамбула — но жив.

— Медики не находят объяснения. При любой попытке обследования, оболочка рассыпается в прах. Ни взять кровь, ни сделать рентген, ни зафиксировать мозговую активность или ее отсутствие. Их можно тронуть за руку и посчитать пульс, измерить температуру — не больше. Жизни тела хватает на трое суток, потом они все также моментально превращаются в пыль.

Мне поставили другие ролики — человек упокоился, едва медик поранил его палец, второй распылился на больничной кушетке, едва подключили датчики для кардиограммы, а третий прямо сидя на стуле в какой-то камере, взял и осыпался серым пеплом. Выглядело все именно так — как упокоение.

— Это сверх некрос, и она способна убивать таким образом, с отсрочкой, возможно, даже на расстоянии. За полгода жертв уже больше пятидесяти.

— Она?

— Некромагка, родилась в клинике Инквиза, ей семнадцать. Вот фото.

Совсем ребенок — личико детское. Золотые вьющиеся волосы длиной до плеч, и взгляд светло-карих глаз прямо в камеру. Не просто снимок, а будто семейное фото, миг радости и любви к тому, кто смотрел на нее через объектив. И я впервые слышала, что есть кто-то из наших, кто родился в застенке, а не на воле…

— Инквиз ищет некромага, но этой информации у службы нет, и делиться я не собираюсь. Хочу сам ее найти. Поймать и спросить — зачем она это делает, намеренно или нет, чего добивается и что нужно, чтобы она прекратила. Понимаю, что убила людей на несколько пожизненных заключений и заслуживает самой суровой кары, но, если физически ее никаким службам не удастся поймать и остановить, я согласен на сделку с совестью — пусть живет на свободе, пусть не отвечает за прошлые преступления. Лишь бы прекратила. Я не верю, что эта девушка одержимая Смерть с жаждой уничтожения обычных людей. Она делает это с какой-то целью. Она делает это зачем-то. И я должен знать, зачем. Помоги нам в этом. Я Инквизор, Ян из полиции. У нас в команде еще трое человек, мы объединились и служим своей идее.

— Какой идее?

Спросила машинально и бездумно, пораженная всем сразу — увиденным, услышанным и невероятным для осознания.