Некроманты женятся не сразу - Чернявская Юлия - Страница 6

Слушавший этот разговор Химериус рассмеялся.

– Смотри, хозяин, симпампулька не так проста, как кажется. А если еще и у тебя учиться начнет, то неизвестно, кого мы в итоге вернем ее папочке.

– Любящую дочь, уважающую родителей, – фыркнула принцесса. – А если некоторые язвы не могут промолчать, пусть лучше ворон и дальше ощипывают.

Череп фыркнул, потом бочком переместился к окну.

– Раз вы со мной так… То и пойду, – изрек он, и благополучно улетел.

Некромант проводил фамилиара взглядом, потом посмотрел на гостью.

– А вы ему нравитесь, – заметил он. – Но я не советую показывать, что вы об этом догадались. Язвить он станет больше, да и обнаглеть может.

– И не собиралась, – выдохнула Стефания. – Может, в качестве волшебного помощника он и хорош, но я предпочитаю других питомцев. Как минимум, менее болтливых. А лучше пушистых, мурлычущих или лающих.

– Если бы я мог выбирать, то тоже предпочел бы кого-то другого. Летучую мышь, змею или еще кого, соответствующего моей школе. Но уж точно не это летающее недоразумение, – скривился Радамир. – Но я настолько довел преподавателей своей дотошностью, что они решили отблагодарить меня особым образом. Что ж, у них получилось. Правда, именно в ссылке я понял, что с любым другим фамилиаром давно бы сошел с ума. Химериус своей язвительностью не дает расслабляться, хандрить, переживать. Наверное, если бы он был человеком, он был бы отличным другом. Из тех, которые подначивают на приключения, а потом до последнего рядом. Даже когда остальные решили, что дальше они не пойдут.

– С ним хотя бы можно поговорить, – согласилась собеседница.

На какое-то время повисло молчание. Потом мужчина поднялся, подошел к окну, за которым выписывали кульбиты вороны и их вечный противник Химериус.

– Мы отправимся на следующей неделе, – произнес он. – Надеюсь, в дороге мы с вами не переругаемся. Я постараюсь держать себя в руках, но ничего не могу гарантировать. Все-таки вы – дочь человека, из-за которого я столько лет провел в этом месте. Не спорю, я виноват, но лишь в том, что захотел справедливости. Сейчас я понимаю, что она не для всех. Но кто из нас не творил глупостей по молодости.

– Я не знаю, что произошло, раз вы подняли такое количество нежити, – тихо заговорила Стефания. – Мне тогда было десять лет, и интересовалась я далеко не событиями за пределами дворца. Думаю, в этом возрасте любой ребенок не интересуется политикой и прочими делами.

– Не любой, ваше высочество, – в голосе некроманта снова прозвучали ядовитые нотки. – В городе достаточно детей, которые в десять лет уже знают, что такое тяжелая работа, за которую платят гроши. Сам я рано узнал, что такое работа, неблагодарность. И рано во мне проявилась магия. В академию принимают детей старше шестнадцати лет, я начал обучение в тринадцать. И умудрился стать лучшим. Потом стажировался под началом одного из известных некромантов. А потом узнал, что городской магистрат решил поднять в три раза оплату расходов на похороны в городе. В три раза, ваше высочество. Не у всех хватало денег на скромные похороны, а тут такие суммы. В общем, я разозлился и поднял всех покойников, которые только могли двигаться.

Принцесса внимательно слушала мужчину. Да, она привыкла жить в роскоши, холе и неге. Любимая дочь любящих родителей никогда не знала, что такое голод, холод, нехватка денег. Не сказать, что их сильно баловали, в этом отношении отец был достаточно строг. «Сначала государство, потом цацки», – нередко выговаривал он матери. А потом пояснял, что нельзя отбирать у людей последнее только потому, что им хочется расшить платье жемчугом. Потому что терпение у народа не бесконечно. В один прекрасный день они постучат в ворота далеко не с мирными намерениями.

Уже потом Стефания читала о революциях, переворотах, но ни разу в тех книгах не рассказывали о жизни простого народа. Только о вождях. Теперь же, слушая Радамира, она открывала для себя новую сторону жизни. Ту сторону, где люди вынуждены были обходиться крохами, чтобы хоть как-то выживать.

– И чем все закончилось? – спросила она. – Я не про твое наказание.

– Сумму увеличили незначительно, – вспоминал некромант. – Мертвецов довольно быстро упокоили боевые маги, и мне до сих пор стыдно перед теми, кто вынужден был перезахоранивать непонятно чьи останки. Благо делалось это за счет города. Ну а со мной разговор был короткий. Личная встреча, которая длилась не больше десяти минут, а потом в закрытой карете привезли сюда.

– Если я скажу, что понимаю твое возмущение, это будет не совсем верно, – осторожно начала подбирать слова принцесса. – Все-таки я из другого мира. Но я помню, когда мертвецы шли через дворцовый парк. Уж не знаю, что думал отец, или члены городского магистрата, но мне было очень страшно. Думаю, также страшно было и другим детям моего возраста и младше. И не важно, работали они уже или нет. Страшно за себя, за родителей, братьев и сестер. И я была самой младшей. А если у кого-то были младшие братишки и сестренки? Нет, мне даже сейчас, зная, что они никому не причинят вреда, хочется спрятаться как можно дальше и надеяться, что мертвые меня не найдут.

Вновь повисло молчание. Длилось оно куда дольше. Химериус подлетел к окну, заглянул внутрь, но понял, что ничего интересного не происходит, и отправился дальше гонять пернатых.

– Знаешь, тогда я об этом не думал, – от неожиданности Стефания вздрогнула. – Мне хотелось что-то сделать, показать себя, сила выхода требовала, ну и справедливости искал. А сейчас я попробовал посмотреть на ситуацию глазами отца семьи. И ты права, обычные люди вряд ли в тот момент ценили, что я для них делаю. Скорее они решили, что пришли последние дни, раз мертвые восстали и пошли по городу. Возможно, твой отец был прав. Раз не думаешь головой, ставь свои опыты и применяй силу там, где особо никому не навредишь. Ведь меня просто сослали, без запрета использовать магию. Тут просто особо некого поднимать. Ну и самому далеко не уйти. Зато можно учиться…

– Перемирие? – с робкой надеждой предложила принцесса.

– Попробуем, – согласился Радамир. – Обещать ничего не буду, характер у меня под стать Химериусу. Но доставить тебя к отцу постараюсь. Опять же, не обещаю, потому что непонятно, что в большом мире твориться. Я как-то не слежу за новостями.

– Ничего, в дороге осторожно все выясним, – оптимистично решила девушка. Спорить с ней никто не стал.

– На подготовку у нас неделя. Я хочу местные кладбища еще раз проверить. Чем позднее меня местные хватятся, тем лучше, – принялся обрисовывать планы некромант. – Заодно прикуплю кое-что из вещей. Потом тебе вещи раздобыть надо, но это слуги помогут. Им я сказал, что у меня сестра порталом прибыла. Вроде как матушка замуж выдает за кого-то, вот и сбежала к брату, лишь бы не под венец. Ну, ты уже сама придумай детали, если спрашивать начнут. Украшения свои перед выходом мне отдашь, мало ли кого встретим в дороге. Не стоит привлекать к себе внимание. Как доберемся до нормальных трактов, верну. Деньги у меня есть, вот когда закончатся, тогда будешь решать, что продать не жалко. Пока же отдыхай, сил набирайся. И огромная просьба, не упокой моего фамилиара ненароком. Химериус может раздражать, но ты ему нравишься.

– Я заметила. Просто при жизни он был тем еще хамом, – усмехнулась Стефания. – Но можешь за него не переживать, я не наделена такими талантами.

Радамир предпочел промолчать. Иной раз мертвяка можно упокоить не только ритуалами и заклинаниями, но и просто приложив чем-то тяжелым. Он лично видел, как одна из местных жительниц так отходила скелет тяжелой сковородой, что после оставалось только подмести останки.

– Так, все живы, – между тем влетел в дом фамилиар, зажимая когтем на сгибе крыла птичье перо. – Значит, договорились. Когда выступаем?

– Как только, так сразу, – отрезал хозяин. Даже если он и озвучивал планы при Химериусе, не стоит повторяться. Слишком болтливым последнее время был череп.

***