Новая девушка моего сына (СИ) - Литовская Даша - Страница 18

Отец молчит еще пару секунд, а затем в трубке слышаться короткие гудки.

Черт!

Судорожно соображаю, что же мне делать.

Ищу номер мамы в справочнике и тут же набираю.

Секунда, вторая. Сердце болезненно сжимается в ожидании.

«Аппарат вызываемого абонента выключен или находится…»

Черт! Черт! Черт!

Подскакиваю с кровати и начинаю ходить по комнате, в попытках успокоить накатившую дрожь.

Думай, Лика!

Точно! Тетя Марина! Наша соседка! Должна знать, что случилось!

Перелистываю справочник в телефоне, в надежде найти заветный номер.

Да! Вот он!

Гудок! Второй!

— Лика, девочка моя, я только что собиралась тебе звонить. — голос соседки жалостливый и сочувствующий.

Нет, только не это. В голову лезут самые плохие мысли.

— Что с мамой?

— В больнице, в реанимации. С сердцем плохо стало. Они с твоим отцом опять поссорились, и…

— Господи… — слезы хлынули из глаз. — Я прилечу. Сегодня же. Будьте на связи, пожалуйста.

Сдавленный голос хрипнет от волнения.

Вешаю трубку. За что ухватится? Вещи собрать.

Комочек.

Подхватываю котенка на руки и бегу к Свете в одной пижаме и тапочках. Бедная девушка, что она обо мне подумает? Вчера босая, сегодня в пижаме.

Совершенно бесполезные мысли крутятся в голове, пока я давлю на кнопку дверного звонка.

— Лика?

— Света, извини, пусть Комочек побудет у тебя. Мне надо домой, мама в больнице. Не знаю, когда вернусь.

Девушка шокировано кивает, и, не говоря больше ни слова подхватывает котенка на руки.

А я бегу домой что бы собрать вещи и позвонить Андрею Витальевичу. Теперь точно придется увольняться. Все к одному…

Глава 33. Лика

— Андрей Витальевич. — голос потерянный, но настроена я решительно. Сумка с вещами уже ждет в прихожей. Осталось только такси в аэропорт вызвать.

В трубке слышится холодный голос начальника.

— Лика? Слушаю.

— Я увольняясь. Извините.

Секундное молчание.

— Что случилось? — ледяной тон босса требует ответов.

Потупив глаза в пол, будто бы находясь под его пронизывающим взглядом, вся сжимаюсь изнутри.

— Извините, но мне надо уехать из города. Я понимаю, что отпуск мне никто сейчас не даст, а дело срочное. Я уезжаю прямо сейчас. — пытаюсь пояснить я.

Безумно стыдно перед начальником.

Он не виноват, что его сын подонок.

Он дал мне шанс. Дал работу.

А я…?

Случившаяся ситуация с мамой лишь повод убраться подальше, не вдаваясь в подробности всех деталей.

— Лика. Еще раз. Что случилось?

Тяжело вздыхаю.

— Моя мама в больнице. Мне срочно нужно к ней.

— Что-то серьезное?

— Сердце. Я сама толком еще ничего не знаю.

— Ты дома?

— Да, но через пол часа я выезжаю в аэропорт. Андрей Витальевич, извините меня. Я не хотела Вас подводить.

— Через двадцать минут заедет Коля и отвезет тебя в аэропорт. Вернешься на работу, как сможешь.

Начальник вешает трубку, не дав мне возможности ответить.

Шокировано смотрю на потухший экран телефона.

Неужели он и вправду оставит меня на работе поле этого?

Зачем?

Ладно, не до этого мне сейчас.

Приеду обратно и нормально объясню, что не смогу больше у него работать.

Заглядываю в кошелек, пересчитываю пару последних купюр. На билет должно хватить.

Проверив квартиру, запираю ее, и спускаюсь на улицу, ожидать черную машину начальника.

Коля подъехал даже раньше, и молча отвез меня в аэропорт.

Высадив у входа, вручил белый конверт и сказал, что босс просил передать зарплату.

Почему начальник так добр ко мне? Эта мысль не дает мне покоя.

Но более важные мысли о маме, заставляют не думать об этом мужчине, и поскорее пробраться к стойке регистрации.

Тихонько толкаю дверь больничной палаты. Восемь вечера. Время для посещений вот-вот закончится. Пришлось уговаривать врачей пустить меня хоть на минутку.

Запах государственной больницы пропитал меня в первую же минуту, как я вошла.

За этой дверью моя мама. Моя бедная больная мамочка.

Как же так? Почему же ты не берегла свое драгоценное здоровье всю жизнь?

Глубоко вдохнув, вхожу.

Мама лежит без сознания, окутанная бесконечными трубками и датчиками.

Яркий свет освещает всю комнату, позволяя разглядеть все до мельчайших деталей.

Старая железная койка с дешевым матрацем. Кафельные полы с обшарпанной плиткой и не отмывающейся грязью по углам. Советские тумбочки с поломанными дверцами. Чего еще ждать от дешевой больницы?

Грустно вздыхаю и сажусь на стул рядом с матерью.

Как же так?

Беру ее за руку. Ладонь теплая и такая… родная.

На глаза наворачиваются слезы. Я никогда не была близка с родителями, но это не значит, что я не люблю их…

Пробыв с мамой еще пол часа, послушалась врача, и покинула палату в раздумьях, что же мне делать дальше.

Маме требуется дорогостоящая операция на сердце. Оказалось, что оно у нее совсем больное, а она не лечилась из-за того, что лекарства были слишком дорогими.

Операцию можно сделать здесь, в этом городе, но только в частной клинике, поскольку в государственной нет необходимого оборудования. У отца денег нет, а у матери тем более. Родственников, которые бы могли помочь у нас тоже не имеется. А вопрос надо решить в ближайшие дни.

Без операции она, конечно, очнется, но протянет скорее всего не долго.

Мысли бесконечно вертятся в голове, не давая сомкнуть глаз, пока я лежу на старой койке, в ближайшей от больницы, гостинице.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 34. Лика

— Ну значит деньги поступят на Ваш счет в течение суток. Не переживайте. — приветливый сотрудник банка обнадеживающе смотрит на меня, заверяя, что беспокоится не о чем.

Киваю в ответ и прощаясь, покидаю здание банка.

Три дня пролетели со скоростью света.

За это время я успела обойти все банки в городе.

Оказывается, не так-то просто взять кредит, если у тебя совсем нет кредитной истории и только-только исполнилось восемнадцать.

Мелкие кредиты готовы были выдать не раздумывая, а вот крупную сумму одобрили только в одном банке.

Проценты просто огромные.

И я совершенно не имею понятия, как буду его выплачивать.

Шанс держаться на плаву есть только, если я останусь работать у Андрея Витальевича, но я просто не смогу после всего этого…

Но другую высокооплачиваемую работу мне найти вряд ли удастся…

Придется съехать с квартиры и снять какую-нибудь самую дешевую комнату.

Устроиться на две работы и может тогда…

Учебу точно придется бросить.

Тяжело вздыхаю.

Нет, лучше не думать об этом сейчас.

Главное поскорее перевезти маму в клинику и сделать операцию.

Она очнулась, но чувствует себя неважно.

Грустно и больно смотреть, как человек, воспитавший тебя, медленно чахнет прямо на глазах.

Бегу обратно в больницу, известить врачей, чтобы готовили маму к транспортировке в другую клинику.

Теперь остается только ждать и молиться, что все пройдет хорошо.

Отец за эти дни появился всего пару раз, и то в нетрезвом состоянии, поэтому врачи не пустили его в палату.

Операция назначена уже через пару часов.

Я держу маму за руку.

Она заметно волнуется, да и я тоже.

Все это так сложно и тяжело.

На глаза вновь наворачиваются слезы.

Нет!

Плакать нельзя!

Ей сейчас нужны только положительные эмоции!

Ободряюще улыбаюсь и глажу маму по щеке.

— Все будет хорошо.

— Лика, я знаю, что могу уже не очнуться… — голос матери дрожит.

— Нет! Я не хочу даже слышать этого, поняла? Даже не смей так говорить! Все будет хорошо! Обязательно! Веришь?