Огненная избранница Альфы (СИ) - Пик Ева - Страница 29

— Как леди Агния? Спит? — спросил Хольгер.

— Да, слава богам, молодая госпожа смогла уснуть. Потому я здесь. Оставила её ради беседы с вами, господин Хольгер.

— Хотели поговорить со мной?

— Да, господин, — ответила она уверенно, но он чувствовал: нет, не только. Она что-то задумала, эта женщина. С ней надо держать ухо востро.

— Хорошо. Не будем стоять в коридоре. Здесь слишком много ушей. Пройдёмте в мой номер.

Она медлила, и он усмехнулся.

— Или боитесь меня?

— Вашего гнева, — ответила Фица и переступила порог открытой перед нею двери.

Хольгеру хватало огня камина и лунного света, попадающего в комнату с улицы, но ради человека он побеспокоился о том, чтобы зажечь свечи.

— Садитесь здесь, у камина. Разговор, вижу, будет долгим.

— Недолгим, если вы поймёте меня, или долгим и бессмысленным, ежели не пожелаете понимать.

Она дерзила ему. Вела себя излишне смело для человека подневольного, простой служанки, почти что рабыни своего господина. Разумеется, старалась так не ради молодой госпожи.

Если бы пресмыкалась и юлила, как любили делать люди, то это бы ему ещё больше не понравилось, так что он занял кресло напротив. Заинтересованно уставился в её лицо — круглое и румяное, с глазами навыкате, в которые вроде бы и смотришь, а не поймёшь ничего.

— Если вернусь к Его Высочайшей Светлости без его драгоценной дочери — может, помилует меня, а может, даже убьёт. Накажет, если поймёт, что приложила мало стараний, чтобы предотвратить её побег, — сказала Фица с обезоруживающей откровенностью. — Потому я здесь, господин Хольгер, всё обсудить и предотвратить несчастье для леди Агнешки.

— Она вам всё рассказала.

Фица улыбнулась.

— Она чистая искренняя девушка, она поделилась со мной всем, что с ней случилось, и попросила доброго совета.

— И что же вы посоветовали? — Хольгер чуть крепче сжал подлокотники мягкого кресла.

— Без промедления отправиться в дом отца, разумеется.

Как предсказуемо.

— Вы дали ей плохой совет. Она моя пара. Наша разлука причинит боль не только мне, но и ей. Судьба благоволит нам, леди Агния уже чувствует нашу связь. Говоря на вашем языке, боги благословили наш союз. Обряд в церкви, для ваших людей провести можно хоть завтра, я не против. Сделаю это, чтобы она считалась моей женой и для вас, вашего мира. Для меня и моих она уже мне жена. Так что опасения, что я играю ею, не имея намерения жениться, беспочвенны. Мы уже связаны навсегда.

— Необходимо благословение отца, — сказала Фица. — Леди Агния — знатная дама, а не девка, рождённая под забором. Её семья будет оскорблена, если вы так поспешите. Если попросите её руки — дело другое.

— Её семья не даст разрешения на брак с волколаком — после смирится и помирится с нами. Так было веками, почему вдруг сейчас стало не так? — он говорил это, глядя Фице в глаза, пытаясь за их блеском уловить движения души, но проигрывал. Что за женщина? Вроде простая, а как никто умеет скрывать свои мысли и чувства.

И дерзка непомерно для простой служанки.

— Госпожа может с вами сбежать, если вы на этом настоите. И что же случится потом? Её всем миром осудят. Такой поступок дочери обесславит отца. Его Высочайшая Светлость герцог Григораш пообещал отдать леди Агнию замуж, поклялся своей честью перед королем и членами совета, что ради мира на этой земле не пожалеет отдать свою дочь в жёны волколаку. Он клялся на священных книгах и образах, что исполнит всё в точности, как обещал.

— Отдаст свою дочь в жёны волколаку? — медленно повторил Хольгер и замер, крепко сжимая подлокотники кресла. — Это кому же?

— Господину Вольфгангу, внуку альфы альф Фридриха. Это имя было в письме, которое я везла драгоценной тётушке нашей Агнешки — достопочтенной Всеблагой Брындуше, настоятельнице монастыря.

— Мне поверить, что вы вскрыли и прочитали письмо своего господина? — ещё медленней произнёс Хольгер.

Из-за просыпающегося гнева — не на Фицу, на всё — чесались клыки.

— Поверьте в то, что эти сведения ввиду их особой важности герцог не доверил бумаге, которая может быть потеряна или похищена. Я — это письмо, каждое его слово хранится в моей голове. И имя предназначенного в супруги нашей Агнии — Вольфганг, внук Фридриха, короля волколаков.

— Фридрих не король, а всего лишь первый из равных, уважаемый председатель совета альф. Вольфганг по положению ничем не выше меня, — Хольгер говорил это, а думал: «Моя Агнешка — та ведьма, выбранная Фридрихом в жёны для внука».

Ярость, поднявшаяся в сердце, застлала глаза.

Фица растеряла свою уверенность, опустила голову, от неё пахнуло страхом.

Хольгер резко встал. Проходя мимо зеркала, заметил в отражении собственного лица светящиеся алым глаза. Гнев раздувал ноздри, подбородок был гордо вскинут.

Остановившись у окна, Хольгер шумно выдохнул, глядя на белый снег, искрящийся под лунным светом. Нуждаясь в спокойствии, альфа черпал его из вида усыпанного звёздами неба и леса, спящего под сугробами на разлапистых ветвях елей и сосен.

— Я взываю к вашему благоразумию, господин Хольгер. Подговорив леди Агнию к побегу, вы не только оскорбите её отца, герцога Григораша Сташевского, одного из первых людей королевства, но и его господина — короля Драгоша, а также наследника альфы альф Фридриха Вольфганга и самого Фридриха тоже. Гнев всех этих господ падёт не только на вас, но и на вашу избранницу, и на ваших детей, если им суждено будет родиться. Ненужной поспешностью вы разрушите не только репутацию леди Агнии, но и многолетнюю дружбу с господином Вольфгангом.

Он зло усмехнулся, услышав последнее. Ко всему подготовилась ведьма!

— О моей дружбе с Вольфгангом откуда знаешь?

— Спросила о том, кто такой господин Вольфганг, у вашей драгоценной сестры. Она рассказала.

Хольгер фыркнул.

Пусть видом Фица совсем не охотник, а обложила его красными флажками со всех сторон. Загнала в ловушку, не выбраться. Да и не она это сделала, а судьба, вещающая сейчас её устами, отказывающая ему в том, чтобы всё легко и просто решить.

— Есть надежда всё уладить миром, — сказала Фица утешающим тоном. — Если по положению вы равны с Вольфгангом, то сможете заменить его при заключении брачного союза, подкрепляющего подписание мирного договора. Ваш друг войдёт в ваше положение, и всё решится ко всеобщему благополучию.

— Возможно, — ответил Хольгер, глядя на лес.

Вот только друг ли ему Вольфганг? Стоит ли проверять силу их давней дружбы, рискуя потерей истинной пары?

Хольгер потёр запястье левой руки. Из-за Вольфганга его, словно шелудивого пса, посадили на цепь. Фридрих, наказывая Хольгера за драку, сослался на закон, единый для всех. Пережитого унижения Хольгер до сих пор не забыл и верил в дружбу с Вольфгангом меньше прежнего — хотя когда-то без размышлений отдал бы жизнь за него, выдающегося во всех отношениях человолка и альфу.

Глава 29. Хольгер. Предусмотрительность

Что со всем этим делать, Хольгер решил ещё до того, как пожелал Фице доброй ночи. Он проводил удовлетворённую его уступчивостью женщину до двери, убедился, что та отправилась в комнату Агнии, а не куда-то ещё. В своём номере он остался у двери в коридор и выждал необходимое время, чтобы Фица могла переодеться и лечь спать — либо вновь попытаться покинуть комнату и оказаться на этом застигнутой.

Доверять Фице не стоило. Откровенный разговор мог оказаться лишь частью её плана по «спасению» Агнии. Столь хитрая женщина вряд ли рассчитывала победить одними лишь разговорами.

Но если у неё и были ещё какие-то планы, то она отложила их до утра. Её, должно быть, успокоило сказанное им: «Я приму решение с учётом всех обстоятельств. Не беспокойтесь, я не навлеку на леди Агнию несчастье излишней поспешностью».

Шли минуты. В ночной тишине Хольгер вновь и вновь обдумывал план действий и не находил более выгодного решения, чем то, которое первым пришло на ум. Степень риска — исключить его полностью он не мог — оставалась приемлемой. Куда ниже той, когда он позволял Агнии, вернувшись домой, попасть во власть отца-деспота.