Я сама тебя выбрала (СИ) - Осадчая Виктория - Страница 3

— Понравься его дочери. Женька хоть и маленькая еще, но влияние на отца имеет большое, — поделился Ромка, конечно, не самым лучшим, но все же вариантом.

И так, ничего другого у меня не оставалось. Стыдно, но в войне все средства хороши, а тем более если она за место под солнцем.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ ПРО ГЛУПОСТИ, ПЕЧАЛЬКУ И ДОПРОСЫ С ПРИСТРАСТИЕМ

Дом Волкова больше напоминал неприступную крепость, где из-за высокого забора виднелся только деревянный фасад с черепичной кровлей. М-да, действительно, отшельник, да и ещё на отшибе города. Бедная его дочь, я бы такой судьбе не позавидовала. Хотя у меня была не лучше. Вспомнив сурового немногословного мужчину, я внутренне сжалась. Почему-то не очень мне хотелось с ним общаться, а тем более напрашиваться на интервью. Таксиста с тем учётом, что в аудиенции мне будет отказано с первого раза, я решила не отпускать. Сделав глубокий вздох, нажала на кнопку звонка на калитке. Территория двора была не слишком большой, поэтому через парочку минут ожидания, я услышала спешащие шаги. Щелкнул замок, дверь отворилась. Передо мной восстала тучная фигура женщины, которой немного «за…». Правда возраста я ее так и не смогла определить. Вроде уже больше сорока, но на круглом лице не было ни единой морщинки. И не знаешь, завидовать ей или нет.

— Добрый день! — поприветствовала она меня. — Чем могу помочь?

— Здравствуйте! — на лицо я натянула вежливую улыбку. «Вежливее, Рима, вежливее», — попросила я саму себя. Со злюками общаться обычно отказываются. — Я журналист из Москвы. Как бы мне увидеть Даниила Игоревича? — а голос-то, а голос! Пропадает во мне великая актриса.

— Журналист? — удивилась женщина. — Это что-то новенькое! Хозяина нет, он уехал в город.

— Вы даже представить не можете, как это плохо, — разочарованию моему не было предела.

— Думаете? С тем учётом, что он провел несколько безвылазных дней в мастерской, это очень хорошо, — возразила мне женщина. Вот он мой шанс! Кладезь полезной информации стоял прямо передо мной, хлопая глазками-бусинками, выглядывающими из-за щек, наетых, видимо, очень вкусными пирогами.

— В городе мне найти его точно будет трудно, — театрально вздохнула я, доигрывая роль наивной писаки.

— Да Вы что?! Он поехал с дочерью за покупками. Скоро ведь школа, поэтому обновляют канцелярию, — радушно поделилась женщина.

— А Вы родственница? — уточнила я.

— Нет, я за Женечкой присматриваю, дом убираю и готовлю для них. Работаю я на Даниила Игоревича. Уже почти два года будет, — пояснила женщина.

— И как же он мог пустить постороннего человека в свой дом? — удивилась я, вроде как веду обыкновенный разговор.

— Долго выбирал. Я оказалась единственным приемлемым кандидатом. Извините, во внутрь не приглашу, Даниил Игоревич не очень чествует гостей и по этому поводу даёт строжайшие инструкции.

— Бедная, как должно быть Вам тяжело работать с такими правилами, — вроде как посочувствовала, а нашла отклик в голосе этой особы.

— Да нет, что Вы! Он очень хороший человек! Да, суховат немного, но весёлый, любит дочь, мастер на все руки! А правила, ну не каждому может быть приятны посторонние люди в доме, да и человек, занимающийся творчеством, иногда будет желать, чтобы его не беспокоили. Это нормально.

— Значит, врут люди! Слышала, что он тиран, а на деле вот оно как выходит, — сделала я вывод, опять же, сомневаясь в правдивости такой преданой хозяину домработнице. Если, конечно, ее поколоть, то она сможет много секретов сдать, но мою «актерскую» деятельность пора было сворачивать. «Оскара» все равно не дадут, поэтому и рисковать не за чем, когда из-за поворота показывается довольно знакомая машинка угрожающе-черного цвета. Вот, на ловца и зверь бежит. Только неподготовленному ловцу хищник будет не по зубам. Или как в ЮАР, самым опасным животным для охоты является буйвол, и ходят на него только самые смелые профессионалы. Так что иногда человек может быть и не хищником, но при этом нести некую угрозу. А что? Мне не привыкать быть посланной на обыкновенные три русские буквы, к тому же невезение мое рано или поздно заканчивается, а я пожинаю только плоды. Но вот этого Волкова я боялась, ты хоть убейся. Не знаю почему и откуда возникла эта фобия.

— Светлана, отворяй ворота, — скомандовал господин Волков, подъехав к дому. — Кто это? — поинтересовался он совсем безразлично, указывая на меня.

— Добрый день! — ещё одна ослепительная улыбка. — Вы меня не помните?

— Помню! — сволочь, даже не удосужился поздороваться, не говоря уже о том, чтобы поинтересоваться для чего я здесь. Я может, пропиарить его собираюсь, прославить на всю, так сказать, столицу, а он… деревенщина неотёсанный! Внутри все просто кипело от злости негодования. Он просто демонстративно прикрыл стекло и заехал во двор. А за ним ворота начали медленно-медленно ползти, оставляя меня снова не у дел. Нет, так дело не пойдет! Нас не пальцем делали, и наглости нам не занимать. Уж, увы, ребятки, но работа у меня такая.

Я успела просочиться сквозь небольшую щель всё ещё не полностью закрытых ворот. Ай, да я! Я что зря мучаю себя фитнесом три раза в неделю. Вот и пригодилось моя стройная фигурка и спортивные навыки. А что? Сколько я на это денег каждый месяц выкидываю? Пусть послужит мне добрую службу!

— Вы… — раздражение читалось во всем, и в этом тоне, и в этом взгляде, и в этом выпаде страшном, когда мне даже показалось, что мужчина может ударить нерадивую девицу. Нет, обошлось малой кровью. — Как Вы смеете вламываться на частную территорию? — процедил он сквозь зубы.

— Я понимаю, что лучше бы мне было постоять у ворот несколько месяцев, поползать на коленях, чтобы Вы снизошли до меня. Но столько времени у меня нет, — пошла я в наступление. — Даниил Игоревич, я просто умоляю, выслушайте меня и не выставляйте за двор. От Вас зависит вся моя жизнь. Я не знаю даже с чего начать…. Понимаете, это тяжело… — он молчал, видимо, ожидая какой-то сенсационной новости, пока я несла этот бред, придумывая на ходу слова. — Вот так сразу и признаться во всем человеку, который тебя вообще не знает, — ай-ай, он сейчас уйдет, выгонит меня. — Я…Я люблю Вас, Даниил Игоревич.

Боже, что за бредятина? Что ты несёшь, Пиманова? Да он, он… Ха! Он офигел! Стоит и смотрит на меня своими карими глазенками, хлопает ими и пытается сообразить, что делать. Дай пять, красава, ты сделала этого Волкова.

— Ниче себе! — из машины медленно выползла худенькая девичья фигурка. — Серьезно что ли? Ну, пап, ты даешь!.

— Женя, марш в дом, — скомандовал мужчина, понимая, что данная тема не должна быть предназначена для ушей одиннадцатилетней девочки. Вляпалась я идиотка, как всегда.

— Рима, ведь верно? — уточнил Волков, вздохнул тяжело, я лишь помахала в ответ головой, утверждая данный факт, тогда как внутренне себя сравнила с лошадью, отгоняющий от себя мух. Ох, и откуда только такие мысли берутся в твоей головке, госпожа Пиманова?

— Вы ведь сами понимаете насколько это звучит абсурдно? — уточнил он. — Мне следовало сейчас Вас выставить вон…

— Но Вы ведь не посмеете. А если я что-нибудь с собой сделаю из-за несчастной любви? — а тема-то зашла в мою больную ненормальную голову. Хм, а он довольно привлекателен этот Даниил Игоревич. Чуть выше меня, с тем учётом, что я на каблуках, широкие плечи, крепкие руки, обтянутые футболкой, а там можно и разглядеть угадывающиеся контуры его фигуры, очень…Ух! А такие можно в столярной накачать? Ну, да ладно, хватит слюни пускать, соберись, тряпка!

— Говорите, что Вам нужно и выметайтесь, — процедил он.

Я в ответ лишь похлопал глазками, делая невинный вид. А ведь раскусил же! Или не поверил. Может, повздыхать, да поныть, а потом бери, что «хош», пока клиент горяч. Не, с этим товарищем такое не пройдет. Но ведь никто не отменял ложь во спасение, а оно мне сейчас ой как нужно.

— Вы так плохо обо мне думаете? Да, я понимаю, что не нравлюсь Вам, но это не может отменить того, что чувствую я.