Возвращение Прославленных (СИ) - Цы Си - Страница 32

— Ага, — шмыгнул он носом.

Вернулись к огню, вскрыли бутыль и вытащили оттуда две записки. Одна была очень старой. Казалось, она сейчас развалится в руках у Тафари. Но он бережно её развернул и прочёл:

«Франция, Шер. Замок Дурдуа-Кашон. Граф Леонар Жобен».

— Ничего себе, — почесал бороду Стурла, заглядывая через плечо Тафари, — наверное, этот граф Жбан — предок следующих визидаров?

— Не Жбан, а Жобен, — поправил его Тафари.

Во второй записке был план хитроумных ходов и переходов пещер сенота. На большом листе из странного материала, но это никак не был бумага, дед Марио оставил много сносок и приписок. Некоторые были короткие: «Тупик!» или «Не пролезть». Другие подлиннее, что-то вроде: «Здесь между гротами сильное течение» или «Тут в пещере красивые сталактиты, но какой-то странный воздух — после него хочется спать, так что долго не задерживайся». Некоторые записи они не поняли, но их и Марио не смог объяснить: на обозначении многих пещер были записи о цветах: зелёная, синяя. Но чем ближе была пещера чудовища, тем чаще встречалось слово: «Алая».

Внимательнее всех карту проходов изучал Тафари.

— Так как же туда можно доплыть? — почёсываясь от волнения, спросил Рыболов.

— Тафари может долго находится под водой. Он из рода русалок, — ответил ему Стурла, сосредоточенно натирая какой-то вонючей мазью волдыри от перца.

Гном потом предлагал её всем, но она так воняла, что никто не согласился.

— Так, — сказал, наконец, Тафари, складывая планы, — как посильнее рассветёт, все вместе идём к сеноту. Мы всё равно не знаем, что нас там ждёт. Каждому будет работка. А пока давайте вздремнём.

…Как только солнце осветило верхушки деревьев, и они полыхнули оранжевым, опять обещая зной, команда уже стояла у начала дорожки, поджидая только Бёрнис. Она не выспалась и была раздражена.

— Не обращайте на меня внимания, — сказала она, когда ускорив шаг, подошла к остальным. — Сегодня полнолуние, самое сложное время для тех, у кого в родне были вампиры.

Ремесленники быстро добрались до сенота. Всю дорогу Марио пытался вспомнить, всё, что знал из детства о подземных гротах и кеатли. Он старался рассказать любую деталь, постоянно дёргая Тафари за рукав со словами: «А я говорил тебе, что…» и повторял то, что сказал уже дюжину раз, пока Тафари, не успокоил его:

— Марио, не волнуйся. Я не боюсь смерти. Но и не собираюсь умирать. Я сделаю всё, чтобы достать твой тол.

Когда они подошли к сеноту, то Тафари сказал:

— Я решил, что поплывём мы с Итиро. Итиро, мне понадобится твоя ловкость и хладнокровие.

— Спасибо за доверие, — обрадовался Итиро.

— Я поплыву с вами! — вдруг сказала Мэдлин, — эльфийские предки и мне подарили дар хорошо и быстро плавать. Я всегда легко выигрывала любые соревнования в бассейне.

— Но там опасно, — возразил Марио, схватив её за руку.

— Я поплыву, — повторила Мэд.

— Хорошо, — кивнул Тафари, — Стурла, подбери нам оружие полегче. Такое, с которым мы могли бы плыть. Бёрнис, собери все толы в один мешок, мы не знаем, что нам там пригодится.

Стурла начал рыться в мешке с оружием. Он крутил в руках мечи и ножи, примеряясь, чтобы клинок был подлиннее, обтекаемый и лёгкий.

Тафари и Итиро развернули карту деда Марио, чтобы ещё раз наметить маршрут. Когда все были готовы, те, кто собирался в поход, скинули тяжёлую одежду. Стурла помог Тафари и Итиро приладить на пояс ножны мечей.

Итиро спрятал на груди карту, замотав её, чтобы она не промокла, а на спину надел рюкзак Бёрнис, в который сложили толы.

— Постой, — сказал ему Тафари,

Он подошёл, покопался в рюкзаке идостал свой фонарь. Попросил у Бёрнис пояс её платья и с помощью него приладил фонарик над левым ухом.

— Ну что? Готовы? — спросил Тафари у остальных.

Он подошёл к краю, постоял, выбирая место поглубже и прыгнул. За ним последовала Мэд, последним был Итиро.

Вода в сеноте оказалась прохладной и приятно освежающей.

— А вы пока думайте, как нас потом вытащить, — крикнул наверх Итиро.

— Привяжи мой крючок с веревкой куда-нибудь, — быстро сказал Марио Стурле и сунул ему в руки моток. — Не смотри, что она тонкая, по ней отец с дедом и вылезали.

И неожиданно Марио с разбегу прыгнул в воду за остальными.

— Куда? — только и успела крикнуть ему Бёрнис.

— Я должен идти со всеми, — вынырнув, отфыркиваясь, прокричал ей в ответ Марио, — это же мой тол. И потом я знаю, где вход.

Рыболов подплыл к мангровому кусту у большого выступа скалы, откинул его длинные корни и показал вход в пещеры. Вода не заливала проход полностью, но внутри было темно. Тафари включил фонарь. Они увидели длинный извилистый коридор с неровными светло-песочными стенами. Когда они проплыли пару метров, под ногами появилось дно, и дальше визидары пошли пешком. Итиро достал карту, стараясь её не намочить, но увидел, что она, пропитанная каким-то особым составом, не промокает. Это облегчало работу.

Вскоре группа дошла до первого грота. Он поразил размером — словно дворцовый зал, украшенный сталактитами и залитый прозрачной изумрудной водой.

— Итиро, погляди, там в карте эта пещера указана, как зелёная? — догадался Тафари.

— Угу, — подтвердил Итиро, взглянув на план.

— Очень хорошо. Получается, здесь в каждом гроте вода разного цвета. И как только мы будем приближаться к кеатли, то озёра станут красными.

Из пещеры было несколько выходов. Сориентировавшись по карте, они выбрали нужный проход. И дальше двинулись по нему. Вода в подземных коридорах становилась всё холоднее.

Иногда пещеры и проходы были затоплены полностью, и тогда первым плыл Тафари, здесь пришлось кстати его умение дышать под водой, а остальные оставались ждать его. Итиро поджигал Огненной палочкой какой-нибудь камень, и они любовались тем, как мерцают сталактиты со сталагмитами, пока не возвращался Тафари.

Вода в пещерах, действительно была разной. Сначала она встречалась изумрудной, потом стала глубокого синего цвета, но везде просматривалась до дна.

Визидары нашли пещеру, о которой в дневниках деда Марио писалось, что в ней опасно находиться. Стены здесь покрывали крупные выросты кристаллов. Пахло в пещере смесью трав и цветов. Здесь быстро начала кружиться голова. Эхо голосов ремесленников отражалось от кристаллов, множилось и звучало, словно музыка.

Мэд растянулась на маленьком островке и отказалась идти дальше. Она опустила руки в воду, смеясь, рассматривала камни на дне и без остановки говорила имена ремесленников, вслушиваясь в мелодию эха. Особенно красиво звучал смех. Он превращался в музыкальную трель, словно где-то рядом пели соловьи.

Марио лёг рядом с Мэд. Тафари и Итиро, стараясь дышать как можно реже, потащили отсюда друзей насильно. Рыболов был вял, и его нести было легче, а Мэд сопротивлялась, царапалась, пыталась вырваться от Тафари, покуда он бесцеремонно не погрузил её в ледяную воду другой пещеры.

Из воды она выскочила, с ужасом показывая на дно. По нему сновали длинные толстые змеи. В скудном свете фонарей их шкуры переливались всеми цветами радуги.

— Не бойся. Кажется, они не опасные, — успокоил её Итиро, сверяясь со значками на карте.

Но дальше пришлось плыть между змей, которых прибавилось. Следующая подземная река была ими переполнена. Было непонятно, чего здесь больше — змей или воды. Пресмыкающиеся постоянно касались кожи. И Мэд каждый раз вздрагивала и вскрикивала, представляя, каково было здесь плавать предкам Марио, в кромешной темноте.

— Глядите! — показал на стену в очередной пещере Итиро.

Там был нарисована стрелка, куда идти дальше.

В соседнем гроте с потолка в озеро, образуя прозрачные колонны, спускались солевые сталактиты, но сама вода стала мутно-красной и пахла мертвечиной.

— Кажется, мы уже близко, — сделал вывод Тафари.

Как подтверждение его слов, раздался приглушённый рык. Марио вздрогнул, втянул голову в плечи и тихо запричитал старинную молитву, косясь на чёрный проход дальше. Его пытались успокоить, но он не слушал, качал головой, и зубы его дробно стучали друг о друга.