Женщин обижать не рекомендуется (СИ) - Осадчая Виктория - Страница 10

Моя малышка стояла в гордом одиночестве на самом краю, так как сегодня я немного опоздала, и мое привычное место было занято.

— Эй, красавица — послышался за спиной незнакомый мужской голос, пока я ковырялась в недрах сумочки в поисках ключей.

— Вы мне? — обернулась я, когда перед взором предстал огромный мужик с небритой неухоженный рожей. Сзади меня грубо схватили, пока я не успела ничего сообразить, зажали рот и запихали в подоспевший к этому моменту внедорожник.

Сердце колотилось, то ли от страха, то ли от неоднозначности ситуации, потому что я боялась даже подумать, что это все происходит со мной. А когда сообразила, было уже поздно, внедорожник тронулся с места, неся меня в неизвестном направлении.

Вот тут-то и пришло осознание того, что нужно отбиваться как-то. Начинаю брыкаться и кричать, на что получаю увесистый удар по затылку и теряю сознание. Но и то, видимо, ненадолго потому, что когда открываю глаза, мои похитители, которых, кстати, трое, заканчивают мне перематывать руки скотчем.

— Будет орать, заклею рот, — пригрозил сидящий справа.

— Вы кто? — задаю первый вопрос, который терзает меня все это время.

— Лошади в пальто, — выдает водитель, на что двое других начинают ржать. Камеди Клаб, мать твою.

— Вы меня убьете? — паника подступает к горлу комом, который просится наружу слезами.

— Смотря насколько мужики твои будут сговорчивы.

За окном уже темно, тем более тонированные стекла не пропускают сумеречный свет в автомобиль, ориентир я давно потеряла, но было понятно, что мы выехали за город.

— Иди ты, — рука того, кто отвлекал меня до похищения, жадно стиснула мое колено, вызвав во мне очередной приступ паники, которая наконец, вылилась слезами. Я попыталась вырваться, но теперь это делать было просто невозможно со связанными конечностями.

— Рябой, заканчивай, — рявкнул водила, краем глаза наблюдая за происходящим. — Приказ был не трогать.

А рябой уже разошелся, слюняво дыша мне в ухо и запуская руку под блузку. От голоса водилы он немного простыл и отпрянул. А между тем, машина съехала с трассы и двинулась в глубь леса. Это я поняла по освещённым фарами густым зарослям деревьев.

Через пару сотен метров мы тормознули.

— Ну, все, — я никак не могла успокоить истерику. Перспектива быть изнасилованной какими-то уродами не очень грела. — Как будто целочку матцал. Джокер, небось, и не такое с тобой вытворял.

А меня колотило, и при упоминании Егора, лучше не стало. Я его точно прибью.

Меня выволокли из теплого салона, сумку швырнули на все ещё лежащий здесь снег.

— Мы тебя не тронем, пока, — встал передо мной водила. — Ты сначала передашь послание своему папаше.

— Папаше? Я его никогда в жизни не видела, — шмыгнула я носом.

— Вот и будет повод найти, — пожал он плечами.

— Скажи, что мы не посмотрим на его авторитет. Он кинул не тех людей. А ушлепку своему покотцаному передай, что не хорошо мухлевать с боем. В следующий раз мы его конторку подождем, а там по великой случайности можешь оказаться ты.

— Все запомнила? — я утвердительно помахала головой. — Хорошая девочка.

Через минуту они укатили, оставив меня посреди темного леса. Подцепив зубами скотч, я попыталась высвободить руки, что получилось не с первой попытки. А потом кинулась к сумке, молясь, чтобы здесь ловил сигнал.

Натянув футболку, Егор уставился в окно, теребя в длинных пальцах зажигалку. Где-то сзади одевалась Татьяна, пока он думал, как провернуть очередное дело, порученное ему шефом. Этот бой был слишком важен и наконец стояли огромные деньги. От него зависело, будет ли налажен торговый коридор на Ближний Восток. И зависело, станет ли любимчик шефа, то есть он сам, кормом для собак.

— Ты меня толкаешь в руки к этому животному? — уточняет Таня.

— А тебе это в новинку? — интересуется он.

— Сволочь ты, Джокер.

Танюша всегда приходила на помощь и помогала снять напряжение.

— Я тебе плачу не за оскорбления.

— Прости, — она подошла сзади и обняла его за плечи. — Ты же знаешь, что я бешусь, когда ты так говоришь.

Звонящий телефон отложил этот разговор, хотя Егор предпочел бы никогда к нему не возвращаться. Выяснять отношения с Таней? Это последнее, что он хотел.

— Хм, кто такая Принцесса? — она подоспела к телефону первой. В голосе сквозили нотки досады и ревности.

— Не твое дело, — отчеканил он, понимая, как сильно начинает биться сердце. Он ждал этого звонка почти два месяца.

— Егор, мне нужна твоя помощь, — вместо приветствия отчеканила Полина. По голосу было понятно, что что-то произошло, но он однако озвучил этот вопрос. — Как что произошло? — взорвалась девушка. — Я нахожусь в гребаном лесу, облапанная какими-то уродами, между прочим твоими знакомыми.

— Вот… — он крепко выругался. Она не плачет, это уже хорошо. — Я приеду сейчас. Ты только скажи, где ты.

Недовольный вздох Тани он проигнорировал. Прошептал ей только «Свободна» и двинулся к выходу, подталкивая ее, пока Полина пыталась сориентироваться.

— Я так понимаю, это шестьдесят третий километр. Там указатель автомобиль осветил.

— Через полчаса буду, — заверил Егор, хотя прекрасно знал, что в лучшем случае на дорогу необходимо затратить намного больше. Но он успеет за это время. Он превратит автомобиль самолёт. А когда она будет дома в безопасности, он найдет этих уродов и подвешает за ребра на крюку. Так, кажется, когда-то наказывали беглых рабов, если ему не изменяет память. Это будет лучшее наказание для тех, кто посмел к ней прикоснуться. Облапанная… Кровь пульсировала по венам, создавая в голове ритм, под который он направлялся к тому месту, где она должна была его ждать. Хотя Егор был уверен, что она ослушается. Полина из тех, кто слушает только себя… Принцесса!

Летел он, не замечая ни светофоров, ни цифр на спидометре. Увидел ее хрупкую фигурку, одиноко бредущую вдоль обочины. Притормозил рядом, вылез, чтобы проверить в порядке ли она и тут… Хорошая такая оплеуха обожгла его щеку. Она прозвучала так смачно и громко, что он сначала не понял, что перед ним стоит маленькая разъярённая фурия.

— Если у тебя есть оружие, лучше спрячь, иначе я тебя точно пристрелю.

Размазанная по лицу тушь, грязная обувь, дрожь… За это он и сам готов был себя прибить. Проигнорировав то, что его ударили, Егор усадил девушку в автомобиль и сам устроился рядом, включив обогрев посильнее.

— Рассказывай.

— Какие-то уроды поджидали меня у больницы, — она говорила, а он старался выудить у нее каждую незначительную деталь.

— Отец? А кто твой отец?

— Я его никогда в жизни не видела, не слышала о нем и не знаю вообще, кто этот человек.

— Значит, нам нужно его найти. Но сначала я разберусь с ними.

— Тебе тоже есть послание, Джокер. Им не нравятся твои махинации с боями. Я не знаю, что это все значит, но по морде ты получил за дело.

— Черт, похоже я знаю, кто это был, — и если он начнет с ними войну, шеф его за это по головке не погладит.

— Судя по твоему выражению лица, месть отменяется, — хмыкнула Полина.

— Не отменяется ничего, Принцесса. И я тебе самой дам в руки ствол, чтобы ты с ними разобралась.

— Решил моими руками? Мужик! Оставь их в покое. Найди лучше моего папашу. У меня есть к нему несколько вопросов.

— Это может занять некоторое время, — предупредил Егор.

— Я двадцать пять лет ждала, — хмыкнула Полина. — Так что несколько месяцев для меня роли не сыграют. Отвези меня домой.

— Ко мне? — уточнил Егор.

— Нет, в твоей компании я хочу меньше всего находиться.

Вздохнула, укуталась в пальто и закрыла глаза. Бедная уставшая девочка…

7. ПРИНЦЕССА ПОЛИН