Трио для миллиардера (СИ) - Бек Кора - Страница 32

— Ваша фамилия — Сафаров?! — вдруг воскликнул полицейский. Почему-то этот факт так его удивил, что он даже как будто стал выглядеть иначе: не таким заторможенным, каким он показался Сафарову поначалу.

Удивляясь тупости служивого, Эльдар мрачно бросил:

— Вы что, читать не умеете? Да, я — Сафаров!

— Так ведь я тоже Сафаров! — полноватый майор даже приподнялся со стула. — Видите ли, я никогда в жизни не встречал своих однофамильцев. Это так удивительно! Конечно, я знал, что у меня русская фамилия, но с русскими мне почему-то сталкиваться не приходилось.

— Ваша фамилия Сафаров?! — теперь пришёл черёд удивляться Эльдару, глядя на мужчину, который выглядел, как типичный немец.

— Дело в том, что меня усыновили, когда я был вот таким, — майор развёл руки в стороны.

— Наверное, вам был тогда год? — предположил Эльдар.

— Нет, меньше! — рассмеялся полицейский. — Мама говорила, что мне вроде бы был месяц, когда они с папой решили, что я должен жить с ними.

Удивляясь, как немцы легко говорят на тему усыновления, Эльдар спросил:

— Выходит, ваши родители родом из бывшего СССР?

— Знаете, моя мама не любит говорить на эту тему, — улыбнулся полицейский. — А мне не хочется её расстраивать. Но тем не менее на память о моих русских корнях мне, как видите, оставили мою русскую фамилию. И, между прочим, она мне очень нравится. Ну, понимаете, круто, когда ты один такой на всю страну!

— Да уж, — засмеялся Эльдар, — навряд ли в Германии есть ещё Сафаровы.

— Я проверял по базе данных, — понизив голос, признался полицейский, — и с гордостью добавил: Я — один!

— Не удивлюсь, если вдруг мы с вами окажемся родственниками, — заметил с улыбкой Дар. Ему импонировал этот добродушный немец с такой же, как у него фамилией.

А майор взглянул на часы и предложил:

— Может, в баре посидим? У меня через двадцать минут заканчивается дежурство. Я ведь вам говорил… — он запнулся, не зная, как ему теперь обращаться к Сафарову.

— Можно просто Эльдар.

— Отлично. А я — просто Герман, — после чего майор продолжил, — мне не приходилось пока общаться с русскими. Зато, может, вы меня заодно каким-то русским словам обучите? Всё-таки не каждый день доводится видеть своего однофамильца. Я вас приглашаю!

Эльдар на секунду засомневался, вспомнив про свою клятву больше не пить, но потом он подумал, чем чёрт не шутит: что, если они с Германом Сафаровым и вправду родственники?

Разговор с сестрой

Вернувшись в отель, Сафаров связался по видеосвязи со старшей сестрой. Инара радостно поприветствовала брата и спросила, почему он задержался в Германии? Эльдар рассказал ей всё, как есть, что он нечаянно встретил здесь Марту, и что у него, как оказалось, растут тройняшки: мальчик и две девочки. Услышав про детей, Инара воскликнула:

— Поздравляю, Элик, какое счастье, ты — отец! Да ещё многодетный отец, — и призналась: Если честно, я уже стала бояться, что ты больше не женишься и оставишь род Сафаровых без наследников. Но ты, дорогой, нас всех не подвёл. Как здорово!

Инара подняла вверх большой палец, а другой рукой послала брату воздушный поцелуй. Вскочив с дивана, Эльдар, пребывавший в прекрасном настроении, встал на кончики пальцев ног, сделал несколько очень энергичных движений руками, затем стремительно опустился на колено, и, наконец, подпрыгнул вверх. Инара захлопала в ладоши и одобрительно заметила:

— Я смотрю, братец, ты не разучился на чужбине танцевать наши народные танцы. Браво!

— Спасибо, сестра! — сказал, отдышавшись, Дар и почувствовал, как его рот растягивается в улыбке до ушей. Он вновь пережил те восхитительные ощущения, когда случайно узнал от Карла Беккера, что он, оказывается, — многодетный отец, и причём со стажем.

— Я что-то не могу так сразу сообразить, а сколько моим племяшкам сейчас лет? — спросила Инара, с нежностью глядя на брата.

— Пять, — этот вопрос немного смутил новоиспечённого отца, поскольку он до сих пор не видел в глаза своих детей. Но, по идее, тройняшкам должно быть сейчас около пяти. Да и Беккер говорил, что им по виду лет пять-шесть.

— Замечательно! — обрадовалась Инара. — Тогда они смогут дружить с моим Арсеном. Вот им всем вместе будет весело!

— Пожалуй, да, — вспомнив про своего племянника, который родился у сестры в повторном браке, сказал Эльдар. Арсену пошёл четвёртый год, и вся родня не чаяла в мальчике души, ведь в их роду он был самым младшим. Нетрудно представить, какой всеобщий восторог и ликование вызовет новость, что в полку Сафаровых прибыло, и сразу так значительно.

Дару всё ещё удивительно и непривычно было думать, что он — отец. Наверное, если бы, как всякий мужчина, он находился рядом с женой, пока она была в положении, осознание своего отцовства пришло к Сафарову гораздо быстрее.

— А как зовут твоих детей, Элик? — спохватилась Инара.

— Одетта, Одиллия и Оскар, — Эльдар покраснел, поскольку имена своих детей он узнал от Карла Беккера. Конечно, это неправильно. Но тут уж ничего не попишешь.

— Как интересно посмотреть на деток! — продолжила сестра. — На кого они похожи?

— На меня, — ответил Сафаров и закашлялся, потому что он опять сейчас говорил со слов Беккера, и не знал, как ему признаться сестре, что он ещё не видел собственных детей. — Но только у дочек глаза голубые, как у Марты, а сын — моя маленькая копия.

— Надеюсь, с Мартой всё в порядке? — спросила Инара, очевидно, заподозрив, что у брата какие-то проблемы. Ведь известно: интуиция редко подводит женщин. Да и Эльдар почему-то вдруг изменился в лице, ссутулил плечи, но главное — говорил как будто неуверенно.

— Да, — ответил Эльдар, — но, правда, не всё в порядке у меня.

— Как это? — не поняла сестра. — Вы что, поссорились? — и тут же забросала его вопросами: Ты смог выяснить, Элик, почему Марта сбежала после свадьбы? Надеюсь, наша невестка не вышла повторно замуж? Как ты объяснил детям, почему тебя все эти годы рядом с ними не было? Представляю, братец, как тебе сложно было об этом говорить! Могу сказать одно: это нужно один раз пережить. Главное, чтобы дети поняли, что ты их любишь и никогда от себя больше не отпустишь. А ещё очень хочется, Элик, чтобы ты детей привёз к нам скорее. Сам знаешь, у мамы проблемы со здоровьем. Может, прижав к своему сердцу правнуков, она пойдёт на поправку?

— Легко сказать, — вздохнул Сафаров и постарался вкратце рассказать о своих отношениях с Мартой, и что она скрывает от него рождение тройняшек, а почему — он никак не может понять. Впечатление, будто она ему не доверяет.

— Возможно, Марта опасается, что ты попытаешься отобрать у неё детей, — предположила Инара, поставив себя на место невестки. — А доказать ей обратное, боюсь, будет непросто. Кстати, Элик, ты так и не ответил на мой вопрос: Марта в Германии не вышла второй раз замуж? Девушка-то она красивая!

— Нет, — Сафаров помрачнел лицом, вспомнив про музыканта, который, похоже, пытался ухаживать за Мартой и в сердцах добавил: Но мне от этого, Инара, не легче! Она ведёт себя со мной так, как будто я её враг.

— Мне это трудно представить, — сложила сестра брови домиком. — Я же прекрасно помню, какими влюблёнными взглядами вы смотрели друг на друга на вашей свадьбе. Мне кажется, Элик, вам кто-то тогда позавидовал и опорочил тебя в глазах твоей невесты. А Марта не стала выяснять, где правда, а где — ложь, и просто сбежала к себе на родину.

— Мне тоже приходила в голову такая мысль, — признался Эльдар. — Но я не представляю, что можно было такого ужасного сказать про меня, чтоб Марта захотела сбежать со своей собственной свадьбы?

— Подумай, мой дорогой, ещё раз хорошо, кто мог тебе желать зла, либо что-то хотел от тебя? — сказала Инара и вдруг воскликнула: А ведь ты зря, Элик, злился на меня тогда из-за того, что я обращалась к экстрасенсам! Помнишь, они все говорили, что Марта жива, а один ясновидящий сказал всего лишь три слова: “Они будут вместе”? Ну, скажи после этого, что я была не права, а?