Трио для миллиардера (СИ) - Бек Кора - Страница 61

— Ваша честь, позвольте мне объяснить? — обратился к судье Карл Беккер.

Но судья холодно произнесла:

— Вы изложите свою версию случившегося, когда вам дадут слово, — и повернулась ко мне: Разве вы не знали, фрау Вебер, что на место аварии всегда выезжает скорая помощь? С чего вы взяли, что пострадавший находится при смерти?

От этих слов мне стало нехорошо. Представив, что Дар мог тогда погибнуть, я схватилась за сердце. Ведь несмотря на то, что я работаю медсестрой, а значит, всегда должна иметь холодную голову, воображение у меня очень развито, и сейчас я реально испугалась. К тому же Дар находится от меня так далеко, что я в последнее время часто не нахожу себе места от беспокойства, а иногда плачу без видимой причины.

— Послушайте, Ваша честь, — Эмма вскочила со своего места и приобняла меня за плечи, — я хотела бы попросить вас вести себя с фрау Вебер более бережно, поскольку моя подруга находится… — но судья теперь перебила Эмму.

— А вас, — она заглянула в бумаги и продолжила: фрау Шульман, я попрошу выйти. Ведь вы даже не являетесь свидетелем по делу. Что вы тут вообще делаете?

— Фрау Вебер нуждается в поддержке друзей, — возразила Эмма.

— Не переживайте, никто вашу подругу здесь не съест, — съехидничала судья и повторила: Я прошу вас, фрау Шульман, выйти и не мешать проведению судебного заседания.

— Всё будет хорошо, Эмма, — подбодрил её Герман Сафаров, но его тут же прервала судья:

— Скоро, господин Сафаров, очередь дойдёт до вас. Ведь, насколько я понимаю, вы в этой истории являетесь потерпевшей стороной?

Герман вытаращил глаза от удивления, потом расхохотался. Сообразив, что суровая дама перепутала Германа с Эльдаром, начал смеяться Карл Беккер.

Я не смеялась. С одной стороны, я уже жалела, что отказалась от адвоката, которого мне предлагал нанять Олег. Мне казалось, судебное заседание — это просто формальность, а теперь выясняется, что у меня могут быть серьёзные неприятности. А ещё после слов судьи на меня накатила паника, и я стала бояться, как бы с Даром не случилось какой-то беды.

— Что смешного я сказала? — нахмурилась судья. — Я вас спрашиваю, господин Сафаров?

— Простите за опоздание, — внезапно раздался голос Эльдара. — Какие ко мне, ваша честь, будут вопросы?

— Вы кто? — спросила судья с удивлением.

— Эльдар Сафаров. Та самая потерпевшая, — Дар быстро подошёл ко мне, — но, как показала жизнь, в действительности счастливая сторона.

С этими словами он поцеловал меня в щёчку. А я смотрела на любимого и никак не могла насмотреться. Впечатление, что я не видела его целую вечность, не меньше. К тому же Дар никого не предупредил о своём приезде. Просто прилетел, как добрый волшебник, и всё.

— А кто тогда он? — спросила судья ледяным тоном и показала пальцем на Германа.

— Это мой друг и однофамилец Герман Сафаров, — улыбнулся Эльдар такой обаятельной и просто обезоруживающей улыбкой, что судья впервые с момента начала заседания вдруг тоже улыбнулась. Кстати, улыбка у неё оказалась довольно приятной.

Наверное, судье похорошело при мысли, что никто не держит её за дуру. Но в следующую минуту она вспомнила, что находится при исполнении своего служебного долга.

— Ну что же, господин Сафаров, — вернулась она к своему прежнему сухому тону, — какие у вас есть претензии к фрау Вебер?

И вдруг я услышала:

— Только одна.

Я ничего не могла понять. Посмотрела на Дара. Он выглядел очень серьёзным. Эмма, о которой судья забыла, снова вскочила со своего места и, взяв меня за локоток, встала рядом со мной.

— Прошу вас, говорите, — обрадовалась судья. Видимо, она опять вошла в привычную ей роль грозной вершительницы судеб.

— Я хочу услышать от фрау Вебер, — начал Дар, — что она примет моё предложение.

— О, не стесняйтесь, господин Сафаров! Пожалуйста, озвучьте сумму вашего морального ущерба. Виновные должны понести наказание в соответствии с законодательством нашей страны, — сказала судья, понятия не имевшая, с кем она имеет дело. — Я подумаю, насколько запрашиваемая вами сумма соответствует принятым в Германии нормам. Но, прошу вас, не будьте слишком суровы. Ведь фрау Вебер предстоит ещё оплатить административный штраф и расходы на нанятого вами адвоката.

— Вы не против, ваша честь? — Дар чуть наклонил голову, обращаясь к судье.

Она в ответ поощрительно улыбнулась. Я подумала, что улыбка у женщины не такая уж и приятная. Дар вдруг встал на одно колено, вынул из кармана пиджака красную бархатную коробочку, в которой находилось изумительной красоты помолвночное кольцо с крупным бриллиантом и протянул мне со словами:

— Я люблю тебя, Марта, и прошу стать моей женой!

— Какая неожиданность, — пролепетала я, а потом сказала: Конечно, я согласна, любимый!

— Ну, наконец-то! Браво! — закричали в один голос Герман и Карл, а Эмма бросилась меня обнимать. Счастливый Эльдар заключил меня в свои объятия. Олег с адвокатом по очереди пожимали руки друзьям Эльдара. Эмма выкрикивала: “Браво! Браво!”. В одно мгновение шум поднялся просто неимоверный. Впечатление, будто ни много ни мало наступил Новый год. А я кивала головой, как китайский болванчик.

И вдруг в зале суда раздался донельзя удивлённый голос:

— А что, у русских так положено: делать в суде предложение руки и сердца?

Я обернулась. На нас потрясённо смотрели судья и секретарь суда.

— Да, ваша честь, — продолжая держать меня в своих объятиях, невозмутимо ответил Дар. — Это у нас такая традиция. Согласитесь, очень хорошая традиция? Мы в суде женимся, а иногда и разводимся по формуле: “два в одном”. Но у нас с моей Мартой, — он бросил на меня взгляд, полный обожания, — в суде состоится только помолвка. Надеюсь, что и свадьба не за горами.

Я отвернулась в сторону, чтобы скрыть свою улыбку.

— Какие же вы, русские, интересные? — продолжала удивляться судья, а секретарь коротко вздохнула и заметила:

— Загадочная русская душа…

— А я что, лысый? — вдруг воскликнул Герман Сафаров и полез в карман своего мундира, откуда с довольным видом вынул чуть потёртую чёрную коробочку и протянул её Эмме: Я прошу тебя, дорогая, осчастливить одного из злостных холостяков Германии.

— Но я ещё не… — растерялась Эмма, однако договорить свою мысль не успела. Герман её перебил, кивнув на судью:

— Надеюсь, нас здесь запомнят и тебя с твоим бывшим разведут в два счёта.

— Тогда я согласна! — кокетливо поправляя причёску, ответила Эмма.

— Это дело нужно отметить! — сверкая своими живыми чёрными глазами, заявил Эльдар и обратился к судье: Позвольте, ваша честь, пригласить вас и госпожу секретаря в ресторан по случаю нашей помолвки?

— Но мы ещё не закончили заседание, — судья была в шоке. — А фрау Вебер, даже если вы, господин Сафаров, не имеете к ней претензий, должна оплатить штраф.

Дар опять бедную судью шокировал, когда полез во внутренний карман пиджака и вынул бумажник, после чего спросил:

— Десять тысяч евро достаточно?

— Эльза, — простонала судья, обращаясь к секретарю, — воды! Заседание суда закончено.

Мои дорогие, завтра будет опубликована последняя глава романа. Она называется “Настоящая свадьба”. До встречи на!

Настоящая свадьба

Мне кажется, я шла целую вечность к свадебной арке, которую по предложению Инары было решено установить у подножия горы, где находился аул старейшины рода Сафаровых — двоюродного брата отца Эльдара, дяди Акбара.

Таким образом семья Сафаровых хотела выразить своё уважение близкому родственнику, а вместе с тем сделать свадебное торжество более запоминающимся.

Может, мне показалось, но в этот раз сёстры Дара выглядели ещё более взволнованными, чем во время нашей первой свадьбы. Как мне по секрету призналась племянница Дара Лала, её мама — современная, уверенная в себе женщина, бизнес-леди, накануне нашего приезда даже сходила в мечеть помолиться за нас с Эльдаром и сделала крупное пожертвование.

Наверное, после той нашей неудачной попытки начать семейную жизнь, Инара опасалась, как бы свадьба снова не сорвалась. Две другие сестры также постоянно крутились вокруг нас, то и дело спрашивая, как я себя чувствую, чего хочу. А младшая сестра не выдержала и попросила разрешения погладить мой живот. Я немного обалдела от неожиданности, но, чтоб не обижать Айдану, кивнула головой.