Слёзы любви (СИ) - Майская Мира - Страница 32

— С князем всё благополучно, он прибыл на место.

Произнёс и тут же вышел из гриднице, а затем по хлопнувшей двери, поняла, что и из дома.

Полетели дни в ожидании возвращения отца, воевода после нашего разговора совсем не появлялся, заставляя меня думать, что я чего-то не так сделала.

Чтоб успокоить мысли о Сверре, я взялась вновь за рукоделие, благо в княжеском доме было всего в достатке. И окрашенные и отбеленные холсты нашла, а потому затеяла пошив рубашек себе, две нижние белые, по низу красными нитями вышитые будут, а две верхние рубахи из красного и зелёного полотна. Их я то же порасшиваю красивыми узорами.

Мне вдруг захотелось красивых нарядов, и хоть немного украшений и лент. Всё, что мне раньше дарили братец и Кнут, и в день обряда посвящения девушки, и сам конунг, осталось в поселении варягов. А здесь в Плескове у меня ничего не было своего, а очень хотелось. Тут мне вспомнилось о жёлтых камушках, что прихватила я с собой из ручья.

Раздумывала я недолго, прихватив их с собой, отправилась я к мастерским, что стоят на окраине города. Пока шла по городу, люди вокруг смотрели на меня с опаской, как может княжна ходить одна, без сопровождения. Непривычно мне, по поселению варягов я всегда ходила уверенно, на меня не обращали внимание, считая за свою.

В мастерской я выложила горстку камушков и попросила сделать мне небольшую гривну, в виде ожерелья. Мастер немного замялся, а потому я решилась заговорить.

— Сделаешь красиво, подарю тебе коня.

— Что ты княжна, с тебя мне не нужно оплату, уж не обижай меня.

— Нет, так тоже не могу. Может тебе нужно чего, ты скажи мастер?

Вижу замялся чего-то, а потому вновь спрашиваю.

— Говори, чего ты?

— Деток бы мне, княжна.

Я открыла рот, не зная, что на это ответить, думаю удивление отразилось на моём лице.

— Ой, княжна, прости дурня, — он склонил голову.

— Я то чем помогу, мастер?

— Так наложи руки на мою Нечану, помоги своей силой.

После этих слов, я растерялась. Волхв думаю умеет, а я то не обучена. Но отказать, нехорошо. Согласится, какой от меня толк, помочь не смогу.

— А что говорит Селезар? — вздохнула обречённо.

Мастер тяжело вздохнул, опустил голову.

— На всё воля богов…

Мне не хотелось обидеть, и так обиженных судьбой людей. А потому я согласилась и пошла с ним в его дом. Жена его встретила меня с радостью, усадила за стол.

Никуда накладывать руки я не стала, сказала, чтоб она завтра к вечеру зашла на княжеский двор, я её буду ждать.

Пока возвращалась от мастера, встретила по дороге Хора.

— Княжна здравья, — склоняет голову, уважительно.

— Здравья и тебе, Хор, — смотрю на него, а он не смотрит, глаза прячет.

— Теплее одевайся, не дай боги, захвораешь, — это он мне, на дворе и впрямь холодно, гляди снег ляжет.

— Мне тепло Хор, а с тобой, что? Почему, даже не смотришь на меня? — удивляюсь искренно.

— Прости меня, знаю, что ты добрая, княжна наша. Прости…

— Полно тебе, Хор. Я не сержусь, что было, то было. Всё ушло в небытие. Ты только обещай, больше никого не казнить. Князь если прикажет, иди ко мне, я упрошу…

— Да, выполню княгиня.

— Вот и ладно, Хор. А теперь у меня к тебе просьба, мне бы в лес на недолго выехать. Сопроводи меня немедля, одной мне запретил воевода выезжать.

— Сделаю, коней прикажу оседлать и поедим.

Ушла я в дом, штаны одеть, чтоб верхом ехать. Только вышла во двор, Хор тут же привел коней.

По лесу мы ехали медленно, было видно Хор напряжен. Меня же заботили коренья, которые я собралась накопать. Спустилась с коня, и стала выискивать нужные травы и кусты. Вот и пригодились мне уроки знахарки бабушки Дорте.

Собираю, подкапываю и выдёргиваю корневища. Хор удивленно на меня смотрит, помогает, подкапывает если глубоко засели.

— Княгиня, а чего мы делаем? — вопрошает удивленно.

— Ну, как тебе сказать… Натирку от болезни, уяснил?

Согласно кивает головой, а сам на меня косится.

— Ну чего ты Хор? Хочешь что сказать, так говори.

— Я готов княгиня всегда тебе помогать, если что нужно ещё, скажи.

— Помоги сложить это всё в суму, да потом в дом занеси, — я улыбнулась ему.

— Да, моя княгиня.

Хор с готовностью сложил все в суму и закинул её на коня. Возвращались мы когда уже начало вечереть, в ворота въехали и натолкнулись на воеводу. Он проверял охрану, что недавно сменилась.

Когда воевода увидел меня, он не отрываясь смотрел на меня, а потом вдруг очнувшись заговорил:

— Княжна Ясина, князю доложу, что меня не слушаешься вовсе.

— Ты о чём воевода?

— Разве я не говорил княжна, в лес не ходить?

— Что-то воевода с памятью у тебя, ты говорил одной не ходить, так я не одна была.

Воевода перевёл взгляд на Хора, и два мужчины замерли, сверля друг друга взглядом.

Я в нетерпении позвала Хора, немного тронув его за рукав.

— Пойдём уж, ты обещал помочь.

— Да, княгинюшка, помогу.

Мы направили коней в сторону княжеского двора, там Хор занес суму мне в дом. Он не собирался уходить, крутился рядом, когда я разбирала коренья. Только после моих слов, что мешается, и настойчивого выпроваживания он ушёл.

А я взялась готовить отвар, по советам бабушки, а для этого нарезала и намыла корений. К завтрашнему приходу жены мастера Нечаны, нужно всё изготовить. Хочется верить, что бабушкины отвары, помогут завести деток, мастеру с женой.

Но наступивший новый день, перевернул всё, и принёс предчувствие беды.

К вечеру, когда я уже отдала и рассказала как пить отвар, в дом ураганом вбежал Гердень.

— Княжна собирайся уходим, — закричал он с порога.

— Куда уходим, воевода? Что случилось? — я испугалась.

— Нападение, со стороны словен, князь уже там. Спрячу тебя Ясина, и уйду на помощь.

Я быстро одевалась в теплую одежу, и завязала в узелок немного запасов.

— Неужели словены на нас напали? — я смотрела на воеводу с испугом.

— Похоже на то, быстрее-быстрее, — он подгонял меня.

Мы выбежали на крыльцо, там уже суетились люди. Практически на бегу мы простились, и вместе с тремя дружинниками и парой дворовых мужиков, да тремя девками, ушли в лес.

Я не знала куда мы направились, главного над нами назначил воевода, он и следил за дорогой. Весь остаток дня мы были в пути, на ночёвку остановились, но костры разжигать не стали. Было уже холодно, осень на границе с зимой, улеглись в круг, я в середине, вокруг девки.

Нас укрыли шкурами, но я от волнения и холода не могла уснуть. Лежала с открытыми глазами, смотрела на звёзды в небе.

Мне виделся Сверр, в виденье, он мне что-то говорил, рассказывал о плаванье, а я смотрела на него с открытым ртом, впитывая все его слова и наставления. Я раздумывала над тем, счастлив ли он со своей женщиной, той светловолосой. Но мешаться ему, не хотелось, свои детишки у конунга, пойдут вскоре и не до меня будет ему.

— Княжна, чего не спишь? — раздался негромкий мужской голос.

Я сморгнула и покосилась на склонившегося надо мной, старшего дружинника. Он был не молод, может примерно ровесник воеводы. Выглядел он грозным, сильным, высоким. Но совсем не похожим на кривичей. Он был как и я светловолосый и сероглазый, думается мне больше похож на словен. Может из тех же западных мест, как и моя мама.

— Волнуюсь, — произнесла и привстала.

— Ты княжна не переживай, мы тебя в обиду не дадим, — проговорил с уверенностью.

— Да я не за себя, люд в городе остался, а вдруг нападут, — я хотела перешагнуть девку в круге.

— Так далеко не пойдут, для них главное попугать, — протянул мне руку, чтоб помочь.

Я ухватилась за неё, и покинула круг.

— Садись княжна, — он постелил шкуру на землю возле березы, и рукой показал куда сесть.

Я присела, и спросила:

— А почему они нас хотят попугать?

— Тебе князь не говорил?

Я отрицательно покачала головой.

— Князь словен Младен уж несколько лет сватает нашему князю своих дочерей, у него их трое. Но наш отказывается, потому что знает, что Младен через внуков хочет прибрать к рукам земли наши. А тут все уж прослышаны, что ты княжна нашлась, а потому, через тебя и твоего сына, земли наши и останутся за кривичами.