Держи меня крепче (СИ) - Сукре Рида - Страница 73

— Позвольте узнать, что вы здесь делаете? — его голос тёплым благоухающим коконом стал обволакивать меня.

— А мы пришли цветочки полить, — продолжила игривым тоном Леся.

— Мы — жильцы, — сказала я, пихнув в бок подругу и подмигнув ей. Надеюсь, новый знакомый, который пока не представился, не сочтёт это за нервный тик. Хотя могу вообразить, какое потешное зрелище мы представляем: одна — калека с дёргающимся глазом, другая — сбежавшая из вытрезвителя ведьма.

— Да, жильцы мы, — вмиг согласилась она, поняв мои намёки.

— И в какую же квартиру? — не меняя интонации, изрёк гипер-спокойный обладатель тёплого бархата.

— В… — подруга скосила глаза на меня и с очаровательной улыбкой, будто посаженной на суперклей, шикнула, — Ленк, номер какой?

— Э… Я не помню, — развела я руками, уже начиная мысленно клясть себя и огорчаясь, что придётся ещё раз звонить благоверному, который уже сотый сон видит или развлекается в компании малолетних профурсеток и «Кристала», дорогого игристого вина, которым своих малявок поит, извращенец.

— Как не помнишь? — округлила глаза Леся, но улыбку стереть не могла, всё же — суперклей, на его тюбике так и написано: «Склеивает в момент и навсегда!» — нельзя не поверить такому лозунгу, тем более после предоставления неопровержимых доказательств.

— А ключи у вас есть? — обратился ко мне тот, кого увидев впервые я совсем не оценила, но поддавшись магии его голоса, с жадностью пыталась запомнить в нём всё.

— Есть, — вымолвила я, чуть ли не растёкшись лужей на мраморном (мне казалось, что пол в таком здании может быть только мраморный, словам дочери известного дизайнера можно доверять) полу и вытащила из кармана связку в паре ключ и брелок.

Амбал подавился фразой, которую хотел произнести, но виду не подал, лишь что-то на дне его умопомрачительно шоколадных глаз шевельнулось в недоумении.

— Да, вот наши ключики, — вырвав из моих ослабленных рук связку, Леся помахала ею перед носом импозантного мужчины.

Такие щеглы вообще не в моём скромном вкусе. Трёхметровый качок с мозгом величиной с горошину, квадратным подбородком, не раз сломанным носом, с размахом плеч, как у шифоньера в нашей с Леськой комнате в общаге, где она хранит своё шмотьё, проще говоря, исполинский атлет с великолепно сложенной фигурой, сдобренной комплексом «анаболики на завтрак-обед-ужин». В дополнение ко всему очевидные плюсы: чувственные губы и волшебный голос. Который и заставил приглядеться к его обладателю, словно опоил приворотным зельем. Такого мужчину гораздо привычнее было бы видеть в спортивном костюме: шортах по колено и обтягивающей весь гарнизон рельефных мускулов майке, тогда его смело можно было бы величать парнишей, а не в шикарном костюме с белой рубашкой навыпуск и остроконечных туфлях. Но именно этот костюм в комплекте с чарующим голосом и делает его в моих глазах импозантным, а ещё то, что он бесконечно вежлив. Этого не хватало моему мужу.

Амбал тоже нам улыбнулся слегка, насколько позволила кожа на лице, натянутая на череп бесконечными пластическими операциями, иначе что могло сделать его писаным красавцем? Идеальные черты лица можно встретить на обложках модных леськиных журналов, а в жизни это явление нечастое, и скорее всего не натуральное.

За этими мыслями запоздало пришла опаска, ведь любитель пластических хирургов мог заподозрить нас в том, что ключи мы где-то «скоммуниздили», как сказала бы моя сестрёнка, и сейчас пытаемся нагло прорвать его оборону.

— Можно взглянуть? — пропел он.

— Конечно, — томно проворковала подруга и протянула ему ключи.

— Действительно, ключи жителей нашего дома, — одобрительно кивнул древнегреческий Аполлон. — А хотите, — он подмигнул нам, играя в какую-то свою игру, потому что я его решительно не понимала, не сомневаюсь, что Леся была бы со мной солидарна, если осознала, что он с ней не заигрывает, — я покажу вам один фокус?

Разумеется, обе наши головки китайскими болванчиками отечественного производства взметнулись вверх и вниз в жесте согласия, а подруга успела сказать:

— Хотим.

— Хорошо, — его пальцы чудесным волшебным образом заправского фокусника-иллюзиониста нажали на какую-то пипочку на поверхности прямоугольного брелочка, в результате чего он раскрылся, явив миру, а в частности двум клушам своё содержимое в виде выгравированных изнутри брелка золотистых букв, сложенных в слово «VIP 1».

Теперь его, амбала, недоумение выплеснулось наружу округлёнными глазами и совсем неуместным восклицанием:

— Фигасе!

А я уже решила, что он не такой, как все остальные почитатели тренажёрных залов. Эдакий небожитель среди качков, каких я много успела повидать, потому что Леся меня по тренажёркам иногда с собой таскает. Я никогда не была в восторге от подобных экскурсий. Да и ладно они просто экскурсиями оставались, но мне тоже приходилось под её чутким руководством корячиться на тренажёрах в разных неестественных позах, пытаясь крутить педали, поднимать туловище, подтягиваться, отжиматься, но даже тренажёры все вместе взятые ничто по сравнению с йогой.

Странные позы, называемые асанами, должны были отозваться в моём теле волной тепла и умиротворения, а медитации обязаны были поднять меня на более высокий уровень вибраций сознания, открыть чакры и наполнить каждую клеточку тела энергией, по словам мастера по йоге. Полный бред.

Но йога была цветочками по сравнению с фитнесом! Бешеная тётка в возрасте сорока лет, о чём она нам сама без конца твердила, мол «только благодаря фитнесу я так хорошо сохранилась, будто заморозила себя в семнадцать, а разморозила пять минут назад, правда?», скачущая под ритмы «I like to move it, move it!», одновременно с этим выполняющая совершенно неповторяемые движения; взмахи влево, вправо, вперёд, назад, под углом, с носком вытянутым или «на себя»; шпагатами; к тому же всё это надо было вытворять с правильным дыханием: на выдохе напряжение, снятие напряжения на вдохе.

Так что, спортзалы я ненавижу сильнее, чем…. даже не знаю, что я ненавижу сильнее тренажёрных залов. К тому же там всегда толпами от тренажёра к тренажёру бродят фанаты своего тела, питающиеся стероидами и старательно игнорирующие список ВАДА — Всемирного антидопингового агентства. Они ходят, красуются перед остальными, украдкой поглядывают на свои зеркальные отражения, а открыв рты, сыплют в мир глупость.

Так что наш мужчинка, маскирующийся под интеллигента, только что провалил камуфляж, нечаянно раскрывшись. Спецагент из него никакой. Зачем оно ему надо: строить из себя того, кем ему на лбу написано не быть?

— А что такое? — мигом всполошилась подруга, тесня меня в порыве разглядеть, чего же такого особенного углядел качок, и восхитилась работой изобретателей брелока: — Так клёво!

А потом повернулась ко мне и незаметно для него повертела, вернее, хотела повертеть, но в виду обстоятельств, а именно того, что «фокусник» находится напротив нас, просто почесала пальцем у виска, типа «это что ли фокус? Вот он тупо-о-ой!»

— Кхм, — прочистил он горло и уставился на меня, — значит, вы… — тут я сообразила, что человек хочет озвучить не более, не менее, а мою новую фамилию.

Но перебила его беспринципная Леся:

— Ага, мы пришли заселиться!

— В смысле, вы… — он пытался продолжить предложение, обращаясь его мне, но она не дала ему это сделать.

— Да-да, — вновь подтвердила моя подруга.

— То есть…

— То есть, — взревновав, она задвинула меня за свою спину, видя, что его внимание полностью обращено на меня, — мы бы хотели, чтобы вы проводили нас в наши апартаменты.

— Но…

— Какие могут быть «но»? — категорично продолжала вещать подруга, как бы не замечая его потуг воспрепятствовать нашему вторжению, но я-то знала, что ещё чуть-чуть и она полновластно закипит. Не перед ним, а потом, когда или если мы всё же попадём в квартиру.

— Конечно, так вы и есть миссис Охренчик? — всё же удалось ему вставить свою ёмкую обличающую фразу.