Приручить королевича (СИ) - Бересклет Антонина - Страница 47

— У вас — это где? — уточнил Снежен. — На южном континенте?

— Нет, — вздохнула Варя, решив и ему признаться, всё-таки муж в перспективе. — Знаешь, на самом деле я не из этого мира.

— Расскажи! — потребовал он.

Так они и болтали только друг с другом, не обращая внимания на развлекательную программу из всё тех же циркачей, актеров и акробатов, лишь досадуя на певцов, когда те слишком голосили, мешая расслышать собеседника. Варя то сбивалась, то торопливо тараторила, а ее похититель не отводил от нее глаз, горящих живейшим интересом, и засыпал вопросами на самые разные, порой неожиданные темы. В конце концов, Варя немножко охрипла и сама себе подивилась — оказывается, она так много всего знает обо всем на свете!..

И когда после долгого ужина объявили собственно бал, танцевать ни тому, ни другой не захотелось, чему оба втайне лишь порадовались — Зимослав из-за легкой слабости не желал лишних телодвижений на публике. А Варя постеснялась заранее попросить у Мстислады учителя, потому что была заведомо уверена в своей хореографической необучаемости. Зато у них появилась причина пораньше покинуть многолюдные парадные залы.

Прощаясь с королевским семейством (как в тот момент думалось Варя, лишь до утра) она не забыла украдкой вручить Злату свой подарок — пачку глянцевых ярких фотографий. Заинтригованный, белозорский принц пообещал не отрывать конверт, пока не окажется наедине со своим пажом.

______________

— А тебе точно можно туда? — в который раз засомневалась Варя, хотя они уже стояли перед стеной с невидимым проходом в ее родной мир. — Там нет привычной тебе магии, а ты не успел восстановиться.

— Я не собираюсь колдовать с той стороны, — в очередной раз поклялся Зимослав. — Только посмотрю — и сразу же отведешь меня назад.

Он сидеть не мог спокойно за ужином от любопытства, а перед стеной вовсе извелся в нетерпении.

Варя поглядела на белко-песца, будто зверь мог бы дать дельный совет, да куда там! Финик благополучно заснул, повиснув дохлой шкуркой у Снежена на плечах, когда еще только переступили порог королевской резиденции и отправились на пешую прогулку по ночному городу.

— Ну, ладно, под твою ответственность, — вздохнула Варя. Протянув руку, отвела взгляд: — Пойдем тогда.

Глава 10

Как только перешагнули «порог» книжного шкафа, у Вари в кармане тихонько зазвякал смартфон, (как позже она посмотрела, долетели эсэмески с уведомлением о пропущенных звонках, о балансе и с прочей нужной и не особо информацией). И черт бы с ними, да только от необычных звуков настороженный гость шарахнулся в сторону — ровно на полшага, потому что особо в тесноте не разбежишься — и толкнул плечом дверцу открытого шкафа. Створка распахнулась сильнее, ударилась о стоявший рядом торшер. Тот в свою очередь покачнулся на высокой стойке и тюкнулся плафоном о стену. Да так неудачно, что хрустнул стеклом.

— Ох, прости… — поймал опасно шатающийся светильник Зимослав. И машинально провел рукой по треснувшей поверхности, рассыпая с кончиков пальцев искры.

— Не трогай, осторожно! — только успела пискнуть хозяйка.

Однако починить магией плафон не вышло, наоборот, толстое стекло взорвалось, рассыпавшись на мелкие кусочки. Снежен болезненно зашипел и схватился за руку.

— Ты порезался? — всполошилась Варя. — Где? Покажи!

Она отпихнула гостя к дивану, усадила, захлопотала, пытаясь разглядеть царапину или, не дай боже, застрявший осколок. (Разбуженный Финик воспользовался моментом и с недовольным фырканьем спрыгнул с плеч королевича, задрав хвост, отправился проверять кухню).

— Всё хорошо, извини, — пробормотал Зим, вежливо возвращая себе обследованную конечность. — Немного обжегся.

— Ты обещал не колдовать здесь! — возмутилась Варя.

— Прости, случайно получилось, по привычке, — покаялся тот, нахохлившись. Видимо, рука всё-таки болела. Или сильно огорчился от такого недружелюбия чужого мира. — Выпустил лишь капельку, а из меня рвануло, как фонтаном! И тут точно не моя несдержанность виновата, это ваш мир такой — откроешься на чуток, а через эту точку тебя начинает наизнанку выворачивать.

— Идем назад? — нахмурилась Варя, внимательно вглядываясь в бледное лицо гостя. Впрочем, он вечно бледный, эдак по нему ничего не определишь, пока уж совсем не позеленеет.

— Нет! — вскинулся Зимослав, добавил: — Иначе ты меня больше не пригласишь. А я хочу увидеть больше.

— Ну, много ты сегодня не увидишь, — вздохнула она, оглянувшись на темноту за окном. — Прости, я не рассчитала, в такое время у нас особо не погуляешь. Хотя, теоретически, в больших городах должно существовать полно мест, где можно развлечься ночью. Например, если вызвать такси и поехать в клуб… Но я в таких заведениях не бывала, уж тем более не хочу вести туда тебя.

— Не волнуйся, главный опыт по изучению твоего мира я уже провел, как видишь, — попытался он пошутить.

Варя поглядела на него с сомнением. Придумала:

— Если хочешь, чтобы я не волновалась, на-ка вот надевай новые! — и вручила запасной комплект фианитов. — Те-то уж, поди, израсходовал. Жалко, если взорвешь, лучше я потом заряжу снова.

Снежен поглядел на нее, как на какую-нибудь сказочную властительницу вроде Хозяйки Медной горы.

Варя зарделась. Подхватилась с дивана, засуетилась. Принесла из холодильника гель от ожогов, заставила намазать руку. Решила, что надо бы чаем гостя хотя бы напоить. Нашла кило заначенных в тумбочке конфет, насыпала в красивую вазочку, выставила на журнальный столик, к дивану прилагавшийся. Туда же пристроила ноутбук — и запустила ролик с чарующими видами ночных городов. Пока Зим жадно впитывал информацию, Варя сбегала на кухню, поставила чайник, выудила из морозильника белко-песца вместе с брикетом пломбира в зубах, там же нашла домашнюю ватрушку, замороженную про запас, сунула ее в духовку разогреть, предварительно вытащив из духовки шебутного Финика…

В общем, спустя полчаса уютное домашнее чаепитие можно было считать удавшимся. Причем Варя предложила на выбор кофе и какао, красное вино и даже абрикосовое игристое, припасенное на Новый год, но гость по примеру песца сунул любопытный нос в пачку с чаем и потребовал жасминовый зеленый. От конфет королевич пришел в тихий восторг и каждую смаковал с сосредоточенным видом, будто медитировал, при этом не забывая посматривать, что еще интересного покажет «чудная музыкальная шкатулка».

Вместо прогулки вышли проветриться на крошечный балкончик. Как раз к тому времени поток машин на улицах поредел, и воздух заметно посвежел, напоенный запахом скошенной на газонах травы. Еще и луна выплыла в туманном ореоле, зависла над крышами соседних домов.

— Как необычно, — тихо сказал Снежен, — один спутник. И нет Кольца. У нас летом Кольцо не мешает, даже хорошо с ним в сумерки. Зато зимой оно крадет много света — солнце не поднимается высоко и сперва проходит по верхней кромке Кольца, как по дорожке, а потом вовсе прячется за него на целый месяц. Если прибавить плотную облачность, то днем становится темно и страшно уныло.

— А когда солнце появляется снова, вы устраиваете праздник? — предположила Варя, беззастенчиво любуясь профилем своего суженого.

Тот ожег ее блеском золотых глаз, чей цвет выгодно подчеркивал розоватый свет уличного фонаря:

— Конечно. Мы, колдуны-погодники, рады возвращению светила больше всех — ведь в этот день мы получаем королевское разрешение погасить зимние звезды. Под конец сезона они ужасно надоедают.

— Ты же сам сейчас вместо короля, какого разрешения ты должен ждать? — удивилась она. — И что это за звезды такие?

— Праздничные указы подписывает королева, — пояснил Зимослав. — Мы с мамой поделили обязанности: я отвечаю за безопасность страны, внутреннее хозяйство и внешнюю политику. Конечно, не один, с поддержкой кабинета министров. Она же заведует праздниками, встречает иностранные посольства и покровительствует образованию и искусствам.

— А зимние звезды? — напомнила Варя. — Почему ты вообще на что-то должен тратить силы, в твоем-то положении?