Держись от меня подальше (СИ) - Сукре Рида - Страница 95

— Тебя что, по телефону бросили?

Он захихикал своей шутке, крайне довольный остроумию, наличие которого предполагал у себя.

Наш разговор с Оливером пробежал перед глазами снова, когда Лиза начала атаковать расспросами о нём. Я откинулась на стуле и с грохотом опрокинулась. Друзья запереживали, но всё обошлось, просто синяк на руке и на колене — не страшно. Зато удалось перевести тему, но чтобы окончательно закрыть первую, пришлось раскрыть полученную информацию о том, что звезда покидает родной город и возвращается в Англию.

— Эх, не видать мне его автографа, — девушка расстроенно надула пухлые губы, но мысли об этом быстро выветрились из её головы.

Они со Стасом переключились на горячее обсуждение очередного конкурса для девичника. Как я поняла из содержания их ярой беседы, подружкам невесты надо было доставать из шляпы листочки с именем героя, которого они будут представлять в течение всего девичника. Листочки вместе с костюмами следовало подготовить заранее. Обоим безумно нравилась идея переодеваний, но они забуксовали на составлении списка для маскарада.

— Будут принцессы Диснея, — предлагала романтичная Лиза.

— Лучше герои Марвел, — рьяно гнул своё братик, тряся русыми волосами, рассыпавшимися пушистыми локонами до ушей. Периодически он затягивал их в тугой хвостик. Короткий, как хвост корги.

— Принцессы.

— Лол. Ок, пусть будут из вселенной DC, — он откинулся на спинку стула, сложив руки на груди.

— Это даже не смешно, — не соглашалась девушка.

Это и не должно быть смешно, весело — да. Но люди, над которыми смеются, имеют свойство обижаться. О чём я им и сообщила, но меня не слушали, Стас сверкнул очками:

— Моё последнее предложение — «Мортал Комбат», — и зловещим тоном добавил: — Choose your fighter.

— Тоже рубишься в приставку? — она взглянула на него по-новому.

— Чаще в сетевые.

— «ВОТ»?

— Это тоже.

Оказалось, они уже несколько лет зависают в одних сетевых играх, например, «ВОТ» — «World of tanks», а некоторые их персонажи даже встречали друг друга на полях боёв. Я хотела покрутить пальцем у виска, но ребята впервые пришли к консенсусу за вечер, и уговорили меня, что персонажи из «Мортал Комбат» подойдут идеально. Я знала перевод названия игры, но это меня не смутило тогда.

Ушлая Лиза вспомнила новый конкурс для будущей невесты, и стоит признаться, они были забавными. Её рвению можно было позавидовать. И когда она попросила разрешения самой подготовить несколько сюрпризов, я согласилась. Чем бы дитя не тешилось, как говорится. Я была рада спихнуть на неё подготовку полностью.

В общем, так и получилось. Потому что в следующие дни я оказалась занята целиком и полностью своей личной жизнью.

Началось с того, через три дня мне пришло сообщение от Артёма, которое лаконично гласило: «Привет, давай встретимся». Ни тебе «как дела?», ни «извини, я вёл себя как козёл», ни чего-либо другого как «я скучал» (реквием по моей мечте).

Ангел на одном плече с лицом Оливера просил не бушевать и простить юного идиота. Дьявол на другом плече с лицом самого Артёма гнусно хохотал и всем своим видом намекал, что это очередная игра.

Прокручивая в голове моменты наших встреч, раз за разом, я убеждалась, что тянет нас друг к другу больше на физическом уровне. Может я и разглядела под личиной отборного хама маленького мальчика, о котором хотелось заботиться, но внешние колючки никак не подпускали меня к нему.

Не получая ответа от меня, Артём не выдержал и стал звонить, он был нетерпелив в своей обычной манере, и это говорило о том, что всё как обычно. Всё на своих местах. Я не снимала.

«Неделя закончилась, а значит настало время.» — пришло новое сообщение, я вспомнила, что сама дала нам неделю на размышления. Только после этого он меня послал, и я решила, что всё отменяется. Шер решил по-своему.

Признаться, меня это чуточку воодушевило.

«Мне казалось, тебе не понравилось моё предложение.» — всё же ответила я — руки чесались.

Ответ прилетел в мгновение ока: «Тебе показалось».

А следом: «Мне есть что сказать».

Тебе всегда есть что сказать, это вообще не новость.

Я злилась, боролась с собой, доказывала себе, что наши пути разошлись. Но. Но меня к нему тянуло, и я находила оправдания, чтобы согласиться. Позже я поняла, что именно оправдания тому, чтобы идти у него на поводу я и находила, не помня о гордости. Но я прокручивала в памяти слова Олли о прощении его непутёвого братца и очень верила, что хочу его простить. Потому что безумно скучала по его голосу, запаху, живой мимике, — столько всего хотелось узнать о нём ещё. Я даже втихую нашла его страницу в популярной социальной сети и сохранила на телефон пару фото.

На большинстве фото он был таким, каким он привык быть для всех: дерзким и брутальным. Но я знала его и другим. Нежность и тёплые объятия. Мягкие губы. Бездонные глаза с таящими ледниками.

Я расчесала руку с татуировкой, не разрешая себе соглашаться, но сдалась. Он обещал забрать меня из дома через час. Я ринулась собираться.

Я всегда смеялась над Лесей, которая перемерив все наряды из гардероба, причём некоторые повторно, кидалась на кровать с воплем, что ей нечего надеть. В этом страдании она выглядела натурально, но я всегда подозревала — театральщина. Шкаф ломится от одежды, как может быть нечего надеть? Но вот я сама стояла напротив своего шкафа, и внезапно оказалась на её месте. Но в отличие от подруги, мне реально нечего было надеть. Моя одежда была скромной и скучной. Одежда Сони, которую я не рискнула бы взять без спроса, — вычурной подростковой. Одежда Леси — вульгарной.

Ругая Артёма за то, что он раскидал все пакеты с подарками Оливера, лишив меня красивой одежды для встречи с ним (не раскидал бы, я не бы не распинала), в конце концов я вытащила юбку, в которой была на концерте, выстиранную и отглаженную. Задвигая её недавно в дальний ящик, я будто прощалась с шебутной жизнью, которую вела последние дни. Но попрощалась я только с Оливером.

С белой футболкой, коих у меня была прорыва, юбка смотрелась в самый раз, а вот надевать каблуки я не рискнула, моя же обувь не сочеталась с этим образом совершенно, пусть он в этот раз и не был дополнен должным макияжем. Я покусилась на святое, и стянула кеды сестры. Они выглядели не новыми, сбоку был нашит яркий махонький крокодильчик. Эти тапки явно не представляли какой-либо экономической ценности, но всё же надеялась, что Соня этого не заметит, к тому же я собиралась простирнуть их и вернуть после встречи. Прыснув леськиными духами, я побежала вниз.

Артём должен был вот-вот подъехать, и мне не хотелось опоздать. Моё сердце прыгало в груди, как шальное. Кажется, колибри вновь ожила и трепыхалась, счастливая.

Спускаясь на лифте, я миллион раз оглядела себя в карманное зеркало. С лица сошли все признаки насилия, которые надо мной безжалостно осуществляла жизнь посредством несчастных случаев, пока мой ангел-хранитель бессовестно спал. Или же у него опустились руки отбивать удары судьбы, а может этот парень вообще был в глубоком нокауте. Однако, факт — божественная защита на мне отдыхала. Или готовила к худшему.

Тем не менее, когда я вышла, Артём уже ждал меня, уперев пятую точку о сверкающий бок своего статного красавца, которого припарковал прямо в конце дорожки, идущей к моему подъезду. Свободная белая футболка и свисающие джинсы — самый обычный вид самого родного человека. Хотелось прыгнуть ему на шею и прижаться. Аж страшно стало от своих неконтролируемых желаний. Но даже будь мы одни, я бы сдержалась.

Подъездный бабсовет в полном составе перемывал ему косточки, кидая полные ненависти взгляды, а он нацепил огромные наушники и, держа руки в карманах, будто и не замечал их. Его взгляд следил за мной.

— Эй, куда это собралась, нарядилась-то! — выцепил меня зоркий глаз мой соседки по лестничной клетке Гриппа. — Забыла, поди, про моего внучка, вона как глазки горят!

Конечно, забыла. Сдался мне ваш потомок, как корове седло.