Просто одна ночь (ЛП) - Феррелл Чарити - Страница 27

— Uber не ездит в Блу Бич, детка.

***

— Извините, но у нас только одна свободная комната.

Ни хрена себе.

Попасть в затруднительное положение. Есть.

Приходится жить в одной комнате. Есть.

Что еще может случиться такого, что заставит Уиллоу пожалеть о том, что она вообще села в мой пикап?

— В дни аукционов у нас всегда мало свободных мест. Сегодня еще хуже, — говорит женщина со стальными седыми волосами хриплым, надтреснутым голосом, качая головой, словно мы в кабинете директора. Люди не хотят путешествовать в этой ситуации. — Вот вам совет на следующий раз: бронируйте билеты заранее.

— Спасибо за совет. — Мне плевать на ее советы. Она — наша последняя надежда. — Мы возьмем это.

Я ворчу, когда Уиллоу упирается в мою сторону, чтобы оказаться передо мной. Она стоит перед женщиной с бейджиком «Харриет».

— Это комната с двумя кроватями, верно? — спрашивает она.

— Извини, дорогая. У нас только одна двуспальная. — Харриет отпускает безразличную улыбку. — Повторяю, в следующий раз бронируйте заранее.

Делить кровать. Чертов джекпот.

Уиллоу одаривает меня невинной улыбкой.

— Это будет интересно.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ

Если Даллас верит, что я спокойна, то завтра я буду просить Стеллу о работе, потому что я заслуживаю «Эмми».

Я делаю все, что в моих силах, чтобы не сойти с ума прямо сейчас.

Мы уже делили постель раньше.

Конечно, мы трахали друг друга, но сегодня вечером не будет алкоголя. Мы будем держать руки при себе и построим стену из подушек, чтобы разделить нас, и все будет хорошо.

Никаких прикосновений. Никакого секса. Надеюсь, завтра утром он не сойдет с ума и не оставит меня в затруднительном положении.

С другой стороны, мы не можем сделать ничего настолько глупого, чтобы снова завести ребенка.

Черт. Дети. У меня до сих пор не укладывается в голове.

Даллас играет с ключом от номера в руке, обводя его толстыми пальцами, пока мы стоим перед номером 206.

— О чем ты думаешь? — спрашивает он.

Похоже, это наш постоянный вопрос.

— Что у нас нет другого выбора, — отвечаю я, жестом поторапливая его, показывая на дверь. — Это наш единственный вариант, если только мы не решим быть занозой в заднице и не попросим кого-нибудь заехать за нами, и тогда завтра им придется везти тебя обратно, чтобы забрать твою машину. — Я хмуро смотрю на дверь, словно это мой злейший враг. — Открой Сезам. Давай сделаем это.

Он соглашается, как в замедленной съемке, пока я осматриваюсь. Это не совсем Ритц, но я не вижу никаких паразитов, бегающих вокруг, так что это плюс.

Как отметила Харриет со своей глупой, самодовольной улыбкой, которую мне хотелось стереть, здесь только одна кровать. Но она не упомянула, что она лгунья, потому что кровать не большая. Это полная, что означает, что у меня еще меньше места, чтобы построить свой форт для блокировки члена. Я ненадолго задумалась, не будет ли Даллас против того, чтобы спать в ванной.

Это стандартный номер с кроватью из искусственного дерева, покрытой обычным пледом, письменным столом с Библией и телефоном и старым телевизором с плоским экраном. Я шаркаю по комнате, как будто иду на смертельную инъекцию, и Даллас стоит в дверях, его гипнотические глаза смотрят на меня.

Я сажусь на край кровати и грызу ногти.

— О, черт, — говорю я. — Где… Мейвен?

Это только сейчас до меня доходит. Господи, неужели я стану одной из тех матерей, которые забывают своих детей в супермаркете?

Он усмехается, шагая в комнату, и я напрягаюсь при звуке захлопнувшейся двери. Это официально. Мы устраиваем дремлющую вечеринку.

— Я не забыл о своей дочери, если ты об этом подумала. Она проводит неделю в летнем лагере, — отвечает он.

— Лагере? Как в сериале «Ловушка для родителей»? Это реальная вещь?

— Он выглядел реальным, когда я ее подвозил. — Он бросает ключ на стол.

В каком отеле в наше время еще используются настоящие ключи?

— С какой стороны кровати ты хочешь? — спрашивает он.

— Неважно.

Он указывает подбородком на то место, где я сижу.

— Я возьму эту сторону. Она ближе к двери, и ты будешь ближе к ванной.

Он открывает ящик стола, перетасовывает несколько бумаг и закрывает его. Следующий пункт назначения — тумбочка. Он делает то же самое и достает лист бумаги, порванный с обеих сторон.

Он выдохнул.

— Меню обслуживания номеров — заманчиво.

Мой желудок урчит при упоминании о еде. Я ем за троих, и мой аппетит не сделал ничего, что заставило бы меня усомниться в этом.

— Я заранее прошу прощения, что не накормил тебя качественными тако, но здесь у тебя есть превосходный выбор.

Я парирую.

— И что бы это могло быть?

Он начинает зачитывать их, стараясь сохранить спокойное выражение лица.

— Лапша рамен…

— Не может быть, чтобы там так было написано, — перебиваю я.

— Я тебя не обманываю. — Он протягивает мне смятый лист бумаги, чтобы я прочитала. Конечно, лапша рамен там есть. — Другие варианты мирового класса включают жареный сыр, корн-доги, томатный суп и слоппи-джо. — Он хмурится. — Я не привередливый человек, но ни одно из этих блюд не звучит аппетитно.

Я соглашаюсь.

— Так много вариантов, такой маленький желудок. — Это не совсем так.

Кровать опускается, когда он садится рядом со мной.

— Еще раз, прости меня за это.

— Не стоит. Это будет хорошая история, которую мы когда-нибудь расскажем нашим детям.

Он сминает бумагу.

— Итак, что ты будешь?

— Корн-дог, наверное, самый безопасный вариант.

— После этого я должен тебе много ночей тако, — бормочет он, качая головой. — Чертовы корн-доги.

— Эй, я ничего не имею против корн-догов.

Ему не нужно чувствовать себя виноватым за это. Иногда случается дерьмо, которое ты не можешь контролировать. Он же не планировал получить жилье в глуши.

Он протягивает мне бумагу.

— Что-нибудь еще?

Я провожу пальцем по странице.

— Может, добавишь немного картошки фри, пока ты здесь.

— Понял. — Он встает с кровати и берет трубку телефона, соединенного шнуром со стеной. — Обслуживание номеров, пожалуйста. — Он заказывает мне еду и добавляет лапшу рамен для себя.

Мой желудок снова урчит, и я бросаю подушку, чтобы привлечь его внимание, и шлепаю его по голове.

— Я тоже буду!

Он кивает, потирая голову.

— Давайте две лапши рамен. — Он кладет трубку. — Ужин заказан. Устраивайтесь поудобнее. Я возьму напитки из автомата, который я заметил по пути сюда.

Он берет ключи со стола, а я достаю телефон из сумочки и вижу три пропущенных звонка и смс от Стеллы, спрашивающей, как идут дела и когда я вернусь в город.

Я: Только завтра. Это мой официальный поздний звонок. Мы застряли из-за поломки.

Через несколько секунд мой телефон подает сигнал.

Стелла: Где застряли?

Я: В Неверленде, насколько я знаю. Я бы сказала, в тридцати минутах езды от аукциона. Сомневаюсь, что это есть на карте.

Стелла: Тебе нужно, чтобы мы тебя забрали?

Я: Нет. Даллас устроил нас в мотель. Мы в порядке на эту ночь.

Резко звонит мой телефон.

— Алло?

— Вы остаетесь на ночь вместе? — кричит она. — Это самый лучший день в моей жизни.

— Ты чертова лгунья! — слышу я крик Хадсона на заднем плане. — Ты сказала мне то же самое прошлой ночью, когда я довел тебя до оргазма четыре раза подряд.

— Не обращай на него внимания, — бормочет она. — Итак... что вы, ребята, делаете?

— Даллас грабит торговый автомат, а я сижу на кровати. Тут не о чем волноваться. — Моя реакция выглядит жалкой.

— Ты всегда можешь сделать это захватывающим.

Я вздыхаю.

— Я вешаю трубку.

— Позвони нам, если передумаешь и захочешь прокатиться.