Полог предубеждения (СИ) - Державина Кира - Страница 2

— Юная ученица не отягощена правилами приличия, — низким, пробирающим своими вибрациями до самых жилок, укорил меня мужчина. — Здравствуйте, Анна. Я рад вас видеть.

Только радости не выражал ни тон гостя, ни выражение лица, ни поза. От него повеяло даже какой-то опасностью, когда он всё-таки устремил всё своё внимание на меня. Заинтересованность явно считывалась, но маскировалась холодностью и безразличием.

— Здравствуйте, — только и ответила я, не понимая ни на йоту, что за цирк происходит, от чего и не стала возвращать никаких «любезностей».

Меня смущал не столько наряд незнакомца, сколько неадекватная на это реакция директора. Он всегда раньше вёл себя совершенно иначе, был серьёзным и немногословным. Нынешний Дмитрий Васильевич казался какой-то изменённой до неузнаваемости копией себя, больше походящей на актёра из театра абсурда.

— Кхм, — попытался разрядить обстановку директор, слегка прокашливаясь в кулак. — Уважаемый магистр Делмор прибыл от Кавирской академии общего профиля.

Пока я переваривала выданную словно невзначай дикую по своей фантастичности информацию, в которую мог поверить разве что сумасшедший человек, незнакомец решил взять ситуацию в свои руки.

— Ты рекомендована к поступлению на первый курс в качестве адепта Кавирской академии. Адептов перестанут принимать со дня на день, поэтому будет лучше отправиться туда как можно быстрее, — даже не смотря на меня, сообщил странный мужчина в балахоне, из-под капюшона которого было трудно видеть его лицо.

— Дмитрий Васильевич, что происходит? Розыгрыш зашёл слишком далеко, — сложила я руки на груди, уставившись на директора уже куда менее лояльно и куда более агрессивно.

Мне начал надоедать разворачивающийся фарс, а этот, как они выразились, магистр, всё больше пугал. Может, у него где-нибудь за спиной спрятан пистолет, и директор именно из-за этого делает вид, будто ничего страшного не происходит?

— Что ты, Аня, какой розыгрыш! Не оскорбляй нашего уважаемого гостя. Ты единственная во всей школе удостоилась чести получить приглашение учиться в настоящей магической академии и развивать свои силы! — слишком экспрессивно и слишком быстро выдавал директор, будто гость вызывал в нём действительно трепет и уважение.

— И за что мне выпала такая честь, позвольте спросить? Я даже экзамены не все ещё сдала, — чуть более резко, чем стоило, вопросила я, упрямо глядя прямо на лицо под капюшоном.

Пыталась найти в нём какие-то ответы, понять, о чём он думает, и как я должна реагировать на всё это.

— Подпиши документы, и всё узнаешь, — рыкнул так называемый магистр Делмор, которому явно не понравился мой тон и напор.

Он даже дёрнулся, от чего капюшон спал, являя холодный прямой взгляд, отдающий зимней стужей. Лицо магистра и впрямь показалось мне нездешним. Слишком смуглый для наших краёв, а черты такие, будто он герой какой-нибудь эпичной книги про злоключения воина, побывавшего ни в одной заварушке и западне — твёрдые, упрямые, резкие. Его пухлые, но казавшиеся каменными губы сейчас были недовольно сжаты.

— Делмор, вы… — попыталась ответить я на возмутительное предложение незнакомца, да только оказалась тут же перебитой в грубой манере собеседником.

— Магистр Делмор, — поправил мужчина с таким выражением, будто я только что совершила нечто безобразно невежественное, делая ударение на слове «магистр».

— Ммм-магистр Делмор, — исправилась я, едва заставив себя выдавить такую странную должность собеседника, которую он себе приписывал. — Где же находится ваша академия?

— В мире Ан Домхайн, в приграничном городе Кавир, — не дрогнув ни единой мышцей лица, поведал мне собеседник, который, казалось, был абсолютно и непоколебимо уверен в своих словах.

— Что ж, допустим… И в вашем мире все подписывают документы, не глядя, по первому требованию? — не удержалась и съязвила всё-таки я, на секунду забыв, что говорю с возможно опасным человеком. Кто знает, что находится в голове у того, кто запутался в реальности?

— Вы всё равно их подпишите, Анна. Сейчас или позже, — выдыхая слишком много воздуха, чтобы показать, насколько я вывожу его из себя, начал наседать магистр.

— Вы мне угрожаете? — вскинула я брови кверху, окончательно понимая, что договориться с ним ни о чём не выйдет — он свято верит в мир своих иллюзий, который называет Ан Домхайн.

— Ещё даже не начинал, — вздохнул он, переводя взгляд на сидящего в кресле директора, который сразу же распознал его как необходимость вмешаться, убедить непослушную ученицу внимательно выслушать гостя.

Я посмотрела на обоих, видела, как у мужчины за столом проносится целый ворох мыслей в попытках подобрать хоть какие-то слова, чтобы меня убедить. Но я не желала участвовать в каких-то странных играх, куда меня собрались затянуть. Ясно осознала, что сейчас гораздо более правильным будет просто уйти и подготовиться к последнему экзамену, если хорошо сдать который, то я поступлю хоть куда-нибудь. Не в столицу, но это лучше, чем ничего. Никаких магических академий в списке высших учебных заведений в моих планах не значилось, так что я туда не стремилась.

— Дмитрий Васильевич, у нашего потока завтра экзамен, так что у меня есть более полезные варианты того, как провести остаток дня. Всем хорошего настроения. Рада была познакомиться, — слово «рада» я буквально прорычала, выдавая свои истинные эмоции.

Мне не понравилось, что незнакомец в балахоне пытается на меня давить своим авторитетом, который нужно сначала в моих глазах заработать, а не так — с места напрыгивать.

Я намеренно избегала поворачиваться к пугающему мужчине, чтобы не сбить весь настрой и не стушеваться. Хоть я и храбрилась, но он всё же давил своими размерами, какой-то силой, которую я буквально кожей ощущала.

— Да что же вы? Аня, постойте! Остановитесь! — засуетился сразу тучный директор, пытаясь быстро встать с кресла и меня догнать, но я знала, что он со своими размерами никогда бы не смог догнать юркую и маленькую меня, даже если бы я не спешила — а я спешила.

У меня всегда были отличные показатели физической подготовки, из-за чего преподавательница по физической культуре с пятого класса звала меня в секцию по волейболу, в нашу школьную команду, но меня всегда больше интересовало духовное и более предметное развитие, что-то, что было бы полезно в будущем. А так как карьеру спортсменки или тренера я точно строить не собиралась, волейбол в мои планы не входил, как и любая другая спортивная секция.

— Я могу снять вашу боль, Анна, — только и бросил незнакомец тем же пробирающим до косточек тембром, словно проникающим внутрь и бередящим сознание, слова которого я осознала далеко не сразу.

Я стремительно развернулась и дёрнула за ручку дверь, та с лёгкостью поддалась, отщёлкивая замок. Только дверь отказывалась открываться несмотря на то, что ей буквально ничего не мешало. Я дёрнула посильнее, но она не шелохнулась.

Дмитрий Васильевич уже смог освободиться из плена мягкого удобного кресла и направился в мою сторону, что побудило меня действовать активнее. В голову ударил адреналин, а вместе с ним ожидаемо пришла и та же боль, что за последнюю неделю стала моим верным спутником, стоило мне хоть как-то неудачно повернуться или подумать о чём-то более нервном, чем о завтраке.

Короткий, но болезненный приступ боли произошёл одновременно с тем, как поддалась дверь, из которой я быстро выбежала, удерживаясь за проём, а потом и за стенку коридора. Незнакомец даже с места не сдвинулся, а его губ коснулась кривая улыбка, выражающая всё то же непоколебимое спокойствие и даже интерес, с какими тот меня встретил несколько минут назад.

Уже удаляясь, я слышала крики Дмитрия Васильевича, который требовал вернуться в кабинет и договорить. Что мне теперь уже сделают, когда закончились все уроки давно и осталось сдать лишь последний экзамен? Да ничего, поэтому я не переживала за какие-то последствия непослушания, даже если их свидетелем был лично директор. Никто не застрахован от того, чтобы перегреться в жару: ни я, ни он.