Три подруги и пустынная кошка (СИ) - Солнцева Анастасия - Страница 65

Почти исчезнувшее за горизонтом солнце роняло прощальные оранжевые лучи, окрасив небо в багряные тона.

Я быстро огляделась в поисках чего-нибудь, чем можно было бы прикрыть наготу, потому что волосы у меня были не такими длинными, как у Лорса и на позволяли укутаться в них, как в пелерину. Поэтому я подхватила кусок чего-то, что при ближайшем рассмотрении оказалось обрывком рыболовной сети, и обернула её вокруг бедер. Сеть была старой и пропитанной солью, а потому жесткой и колючей, неприятно царапающей кожу. Но вариантов в моем распоряжении имелось немного — либо терпеть неудобства, либо щеголять перед отцом и Лорсом голой, что для них было естественной частью бытия, а для меня — чрезмерной эксцентричностью.

Мы успели лишь осмотреться по сторонам и убедиться в отсутствии любопытных глаз, как вода метрах в двухстах от берега начала бурлить, клокотать и захлебываться пеной. На поверхность вырвалось несколько пузырей, а вскоре океан будто начал закипать. Что-то, что было под водой прогнало штиль, взбудоражив стихию. Поднялись волны, сперва небольшие, но они крупнели с каждым очередным набегом на берег, пока не слились в череду водяных гигантов. Выгнувшись, волны с раздраженным грохотом одна за другой обрушились на остров. Да так, что нам с Лорсом пришлось броситься врассыпную, укрывшись за пальмами, чтобы не оказаться смытыми. Вмешиваться магией ни он, ни я не рискнули. Океан и так был недоволен, это чувствовалось в концентрированной солености брызг, в гудении дна, в рваном треске ветра.

Но вот, последняя из сокрушительного каскада волн сошла и в закатном ореоле на поверхность вырвался саркофаг. Следом из воды поднялся отец, окутанный перламутрово-голубым сиянием. И поплыл над водой, погрузив каменную коробку внутрь водяного шара, которым управлял одной рукой. Управлял крайне паршиво, потому что шар этот на всех порах мчался к нам.

Я уже начала прорабатывать экстренный план, взволнованно размышляя, как так словить усыпальницу и не опустить при этом остров на дно, потому что магия моя была подобна дубине. Но делать этого к моему облегчению не пришлось. Едва гробница приблизилась к берегу, как вода потоками схлынула вниз, и сооружение рухнуло на песок с такой силой, что пробило неглубокую яму. От толчка я пошатнулась и повалилась бы на колени, если бы не была вовремя подхвачена Лорсом.

— Мог бы и поаккуратней, — проворчала я, отряхиваясь от комков мокрого песка, адресуя свою претензию к отцу. Тот, подплыв к нам по воздуху, легко сошел на песок и самодовольно поглядел на меня, ожидая похвалы. Но я сходу срезала его: — Аплодисментов не дождешься.

Папуля сердито поморщился, сверкнув белоснежными клыками.

— Что теперь? — вопросительно перевела я взгляд на Лорса, который, старался стоять ко мне боком и не демонстрировать то, что не могли прикрыть распущенные и уже успевшие высохнуть локоны. Папуля таким пониманием не отличался, ничего не стеснялся, а стоял, гордо расставив ноги и уткнув руки в берда.

— Я думал, ты мне расскажешь, — самодовольно хмыкнул отец, прекрасно понимая мои чувства, но не желая их учитывать. — Это ведь ты все затеяла.

— Да, я затеяла спасение своей подруги, — не сдержалась и огрызнулась. — Но для этого нужно сперва достать тело из этого каменного ящика!

— Доставай, — щедро разрешил отец.

— Я? — от возмущения аж подпрыгнула на месте.

— Ну, не я же! — округлил глаза король.

— А как я должна это сделать? — мы продолжили пререкаться. — У меня нет такой физической силы, чтобы каменные гробницы разбивать!

— Это сделаю я, — прервал наш спор Лорс, поправляя перевязь на голой груди. — Отойдите, Ваше Величество. Ваше Высочество, встаньте за моей спиной.

Я послушно заняла обозначенную позицию, спрятавшись за его широкими плечами.

Лорс вынул длинный тонкий клинок из ножен, приблизился к каменному ящику, на мгновение будто бы задумался, а после… молниеносно занес руку и воткнул клинок в каменную крышку. Несколько секунд ничего не происходило, а после от клинка начали разбегаться трещины, будто какая-то неведомая сила разрушала гробницу изнутри. Разломы расползались подобно червякам. От больших трещин тут же разлетались лучи трещин поменьше, а от тех — еще меньше. Все это сопровождалось таким хрустом, словно кто-то валил деревья, одновременно топчась по сухим веткам.

Когда звук прекратился и трещины больше не расползались, потому что дальше уже было некуда, повисла тишина, которую оборвали посыпавшиеся вниз обломки. Закончился процесс разрушения гробницы громоподобным обвалом.

Когда первая пыль осела, я помахала ладонью перед лицом и медленно обошла по дуге Лорса, который несокрушимой глыбой остался стоять на месте, закрывая меня от возможной опасности. Ни один камень ни задел ни его, ни, тем более, меня, лишь серый налет припорошил идеальную бледную кожу.

Заглянув через образовавшиеся каменные холмы я увидела её.

Она выглядела так, будто спала.

И вот-вот должна проснуться…

Узкие болезненно-худые ладони были сложены на груди друг на друга. Кажущиеся бесконечной длины черные волосы с серебряным отливом рассыпались вокруг, подобно драгоценному покрывалу. Тело расслабленно вытянулось, а бледно-розовое платье из тонкой ткани красиво оттеняло смуглую кожу, каким-то чудесным образом сохранив свежий вид. Казалось, будто наряд пошили буквально вчера, готовя первую и единственно настоящую супругу короля к торжественному приему.

— Надо переправить её домой, — распорядилась я, проглотив ком, подкативший к горлу. — В смысле, туда, где я живу.

— И ты говоришь мне об этом только сейчас? — вспылил папуля. — Сказала бы сразу, я не тащил бы сюда саркофаг!

— Мне нужно было убедиться, что здесь действительно она, — ответила я спокойствием на отцовскую гневливость, поправила рыболовную сеть на своей талии и направилась к воде. Уже стоя по щиколотки в океане, я недовольно поинтересовалась: — Надеюсь, ты доставишь нас обратно?

Вода медленно отступила, будто океан глубоко вздохнул, а после сформировался водяной выступ, который полетел к берегу, но не обрушил на наши головы всю свою мощь, пытаясь подчинить, а аккуратно подхватил тело мамы, вынув из остатков разрушенной усыпальницы, закрутил внутрь себя, будто в кокон, и утянул тело королевы обратно в воду.

Мы с Лорсом переглянулись, свистом подозвали к себе морских демонов и погрузились в воду. Необходимо было достигнуть определенной глубины, чтобы отец вновь смог перебросить нас воронкой обратно, в наше ставшее уже родным море. На самом деле, любой водоем, даже пресный, был для меня родным. Но там, в подводном городе, меня ждали Фло со своей семьей, Террария, Мирелла. Получается, важно не само место, а те, кто в нем остался.

Те, кто продолжают ждать, даже, когда не понимают, куда ты ушел и зачем. Наверное, это и является самой главной ценностью. Мой взгляд невольно метнулся к впереди плывущему Лорсу. Почему-то подумалось, что он как никто другой понимает это.

Я пронаблюдала, как тело мамы исчезает в воронке, как ныряет в омут с головой Лорс, а после расслабилась, позволив магии подхватить и меня, чтобы утащить следом за ними. Где-то там, за моей спиной, маячил отец.

Вынырнули мы точно у врат, которые к моменту нашего появления начали распахиваться. Король взмахом руки уже направил тело мамы к ним, но я остановила:

— Отнеси её на сушу.

Отец замешкался.

— Ты должна знать, что как только тело твоей матери окажется на поверхности, Нуатль почувствует это. Не знаю, каким образом, но между ними существует какая-то связь. Об этом мне рассказала мать Шетти, твоя бабка. Может быть, связь была выстроена между этими двумя старыми сцепившимися кикиморами еще в доисторические времена и передается по наследству от матери к дочери, я не знаю. Но именно Табити убедила меня спрятать тело как можно глубже, так, чтобы никто не добрался.

— Мне это известно, — спокойно отреагировала я. — Связь существует, и именно на неё я и рассчитываю.