Ты моя зависимость (СИ) - Эд Валерия - Страница 17

— Были, год назад, встречались около трех месяцев. — отвечаю на вопрос, уже чувствуя появившееся напряжение.

— Насколько серьёзные? Поцелуи, секс? — снова спрашивает парень серьёзным тоном.

— Это уже больше одного вопроса! Теперь я задаю.

— Лера!

— Ничего. — зачем-то все же решаю ответить. — Мы долго присматривались друг ко другу, я не могла понять, что смущало, а потом узнала, что он параллельно спал с какой-то выпускницей. Та-дам!

— Знаешь, прозвучит грубо, но я даже рад, что этот урод так поступил.

— Оу, ну спасибо. Наверняка сам не лучше.

— Только не с тобой.

— Так, ладно. Теперь мой вопрос. — пытаюсь вернуть разговор в нужное русло. И задаю то, что волновало меня все эти годы. — Почему ты перестал приезжать? Из-за меня?

Да, почему ты перестал приезжать в этот дом, Вадим? Почему перестал писать, звонить, интересоваться моей жизнью. Вновь смотрю на Вадима. Хочу считывать его эмоции в момент ответа.

— Да. — отвечает он, и моё сердце разрывается на тысячу осколков. — В наш последний совместный Новый год я понял, как именно меня тянет к тебе и что это не дружеские и тем более не братские чувства. Ты всегда, с самого детства, была мне дорога, но именно в ту ночь я всё окончательно для себя решил.

— Но мне тогда было четырнадцать! — удивляюсь от этого признания.

— Да, и ты была чертовски красива в том безумном обтягивающем платье.

— Извращенец.

— Ты сама спросила.

— Знаешь, я все это время думала, что ты не приезжал, потому что тебе стало со мной неинтересно.

— Глупости.

Глупости... Только вот было бы проще, если бы именно эти глупости оказались правдой.

— Мой вопрос. — снова говорит Вадим. — Когда-нибудь ты смотрела на меня, как на парня?

И я снова жалею, что начала эту псевдо игру. Но раз уж мы договорились не лгать...

— Я — нет, для меня всегда ты был чем-то большим, чем мальчишки из той же школы, я никогда не думала о том, что могу влюбиться в тебя, потому что уже любила. Ты и сам знаешь, что был для меня всем.

— Но я не про эту любовь спрашиваю.

Знаю.

— Нет, я никогда не смотрела на тебя, как на парня, Вадим. Но при этом я всегда знала, что не выйду замуж за человека, который не будет восхищать меня хотя бы на пятьдесят процентов так же, как восхищаешь ты. И ревновала к каждой твоей подружке, потому что знала, что однажды появится та самая, которая заберёт тебя у меня. Хотя понимала, что это какая-то глупая ревность.

— Пятьдесят процентов? Зачем тебе такие жалкие проценты, если прямо перед тобой сидит стопроцентный идеал? — подмигивает мне Вадим, и я, не сдержавшись, смеюсь от такого налогого заявления.

— Моя очередь! Бои, ты вообще ничего про них мне не говорил. Как давно? Почему именно бои?

— Бешеный, хозяин клуба, был знаком с моим отцом. В начале десятого мы с Яном впервые пришли к нему. Ян первый встал на ринг, потом подтянулся и я. Но я участвовал в боях редко, не то, что Ян. Он выходил на бой каждый раз, когда чуть ли не срывался на...

— На Эле. — продолжаю за него. Я была совсем немного в курсе того, что произошло между ними.

— Да. — соглашается Вадим. — И примерно по той же причине в боях стал участвовать я — чтобы гасить полыхающую бурю внутри.

— Мне жаль.

Только сейчас задумываюсь о том, каково было ему все эти годы.

— Ладно, мартышка, давай по контрольному вопросу и пойдём вниз смотреть Спирита.

— И петь песни?

— И петь песни. Мне кажется, я до сих пор знаю их наизусть. Так вот, мой вопрос.

Уже напрягаюсь. Ну же, что на этот раз?

— Какая черепашка-ниндзя твоя любимая? — серьезным тоном спрашивает парень.

Придурок!

— Рафаэль. — не задумываясь, называю имя любимой черепашки. И понимаю, что мой выбор был слишком очевиден — Рафаэль слишком похож на Вадима.

— Теперь я. — и озвучиваю последний, но уже не такой беззаботный вопрос. — Завтра ты снова не будешь меня замечать?

— Мартышка, пойми, что я не в силах не замечать тебя. — Даёт мне надежду парень, но тут же растаптывает её в пыль. — Но да, завтра, действительно, все будет иначе. Как я уже говорил, я хочу быть рядом, но не могу, не в качестве того, кем ты хочешь, чтобы я был.

Слышать это больно, но я была готова к такому ответу. Сегодняшний день — исключение, осуществимое из-за данного Вадимом обещания на арене. Не более. Но спасибо хотя бы за честность.

— Ну что, Спирит? — пытаюсь придать голосу будничный тон, хотя в горле все еще стоит ком.

Мы вылезаем из домика и спускаемся на кухню. Достаём чипы и колу из пакетов и идём в гостиную, где во всю горит камин. Подключаем мультик на большом плазменном телевизоре. На первой же песне Вадим начинает петь. Глупо улыбаюсь и как зачарованная смотрю на него.

— Мартышка, подпевай! — просит он. И я не могу отказаться. Снова откладываю все проблемы на следующий день и начинаю петь:

Часто в разлуке я думал о том,

Как это прекрасно — возвращаться в свой дом.

И понял я теперь, что среди ночи искал,

Все мои дороги твой свет освещал.

Глава 22. Вадим

Мы возвращаемся. Время от времени поглядываю в зеркало на заднее сидение, где спит Лера, моя мартышка. Невольно улыбаюсь, вспоминая вчерашний день.

Оказывается, я не просто ностальгировал по времени, которое мы раньше проводили вместе, а действительно скучал. Если бы родители рассказали нам раньше о том, что тетя Рита — мачеха Леры, мне бы не пришлось так надолго забыть это место, причиняя боль и себе, и Лере.

До боли сжимаю руль — сейчас все тоже было бы иначе. Может, мне даже не пришлось бы вчера бегать от соблазнов. Но все есть, как есть. И я дал Лере право выбора.

Только вот самому с каждым днем становится все херовее. Игнор — это, конечно, хорошо, но Лера тоже не промах, боюсь, что, придерживаясь данной тактики, прожду еще херову тучу лет. А мне этого не надо, и так столько лет впустую. Значит, нужно действовать изощреннее.

Через несколько часов мы дома. Лера поднимается по лестнице в свою комнату. Наливаю кофе и искоса поглядываю на её удаляющийся силуэт. Все верно, как я и сказал вчера, сегодня все будет иначе. Вчерашний день — исключение, но тоже нужное, ведь только на контрасте она поймёт, чего лишается без меня.

Быстро принимаю душ и, договорившись с отцом, чтобы тот отвез Леру в институт, уезжаю из дома один. Да, это тоже часть плана. С Лерой мы ещё пересечемся сегодня на совмещенной физкультуре, а пока надо подготовить все для моего сегодняшнего небольшого представления.

Заезжаю в цветочный и беру букет роз, банальщина, но Маша будет в восторге. Мне это и нужно.

Перед первой парой нахожу девушку у аудитории в компании подруг и дарю ей букет.

— Ты сегодня такая сексуальная. — интимно шепчу ей на ухо, наклонившись вплотную.

— Спасибо. Ты тоже. — Тает девушка.

— Я тут подумал, — перехожу к решающему ходу, — может, ты согласишься пойти со мной на Зимний бал?

И напоследок, прежде чем отправиться на пару, чтобы закрепить результат эйфории, в которой теперь находилась девушка, легонько, подразнивая, целую ее в шею.

Наконец, физкультура, которую я ждал сегодня больше, чем выхода любимой команды в первую лигу. Лера снова появляется в зале в топе и лосинах, отчего хочется снова скорее свалить в душ.

Периодически ловлю на себе ее взгляд, но делаю вид, словно вовсе этого не замечаю. И только, когда она отворачивается, без промедления любуюсь ей. Сложно быть холодным ублюдком рядом с ней, но так надо.

Ян говорил, что я еще больший псих. Пожалуй, все же так оно и есть, иначе как объяснить то, что я собираюсь сегодня сделать.

Физрук предлагает сыграть в волейбол группа на группу. Мысленно ликую — Лера обожает волейбол, и я давно не видел ее в деле.

Маша приходит с опозданием прямо перед самой игрой, когда мы начинаем разбиваться на команды.

— Вазу долго искала. — говорит она. — В итоге химичка одолжила.