Тихое семейное счастье (СИ) - Манина Маня - Страница 25

Валентин вопросительно смотрел на задумавшуюся Лиду.

— Лида, — позвал он, возвращая ее к действительности.

— Картошку купи, — сказала она.

— Картошку? Куплю, — он поцеловал Лиду и ушел.

Она еще долго стояла перед закрытой дверью, вспоминая его вчерашний телефонный разговор. Может, взять Танюшку и уехать? Наверное, это лучше, чем вот так тупо сидеть и ждать неизвестно чего. Но не так-то просто было сорваться с насиженного места с маленьким ребенком, да еще в такую погоду.

К вечеру ее беспокойство усилилось. Лида в волнении ходила по квартире, выглядывая в окно, за которым уже стемнело. Танюшка спала в своей кроватке. Нет, немыслимо было вытаскивать ребенка из теплой постельки на осенний холод. И куда им ехать? К Зое?

«Глупости», — решила Лида. Наверное, она что-то не так поняла. Чтобы отвлечься от мрачных мыслей, Лида включила телевизор, убавив звук. На экране телевизора какой-то злодей нападал на молодую женщину. Лида поспешно выключила телевизор. «Лучше почитаю». Наугад достала книгу с полки книжного шкафа, села на диван, раскрыла, прочла первое попавшееся: «Хорошо ли вы знаете своего мужа?»

Лида захлопнула потрепанный томик детективов. Отвлеклась от мрачных мыслей, называется! Хорошо ли она знает своего мужа? Она его вообще не знает! А то, что знает, вселяет в нее еще больше беспокойства.

Воспоминания нахлынули, подтверждая ее самые жуткие опасения:

вот он, веселый, оживленный после поездки за мебелью:

— Ты обо мне ничего не знаешь!

А еще он сказал тогда, про своих дружков:

— …остальные парни с той фотографии потом оказались в тюрьме.

Точно! Оказались в тюрьме, а теперь из нее вышли. Дружки-уголовники, которые со знанием дела помогут ему избавиться от опостылевшей супруги.

— Мир жесток, — это тоже его слова.

Лиду охватила самая настоящая паника. Надо было бежать, а не дожидаться киллера! Теперь уже, конечно, поздно. Киллер наверняка притаился где-то рядом и стоит ей выйти, как он… Она проверила, хорошо ли заперта входная дверь. Да, заперта, но сама эта дверь такая ненадежная. Так тряслась, когда в нее колотил сосед-алкоголик.

Лида придвинула к двери тумбочку, перегораживая проход, а на тумбочку понаставила все, что попалось под руку, чтобы попадало с шумом, когда киллер начнет выламывать дверь.

Приняв эти меры предосторожности, Лида села на диван, поминутно вздрагивая от каждого звука за окном и в подъезде. Все звуки казались ей подозрительными, и она прислушивалась к ним, пока они не стихали.

Ее разбудил грохот предметов, падающих с тумбочки. Она вскочила с дивана, выглянула в прихожую: Валентин с пакетом в руках пытался протиснуться мимо тумбочки, загораживающей проход.

— Что тут происходит? — спросил он.

— А… это… я… деньги уронила, доставала, потом… чайник там, на плите… потом Танюшка. Я забыла на место поставить.

— Зачем такую тяжесть двигать? Меня бы подождала. Вот, картошка, — Валентин пробрался, наконец, в прихожую, подвинул тумбочку на ее прежнее место.

Снял куртку, и спокойно заявил, переобуваясь:

— Все, Оля тебя больше не будет беспокоить.

Лида взволнованно смотрела на него. Значит, речь шла об Оле. Значит, это от нее он решил избавиться.

— Что с ней? — прошептала Лида. — Несчастный случай?

— Можно и так сказать. На ее пути неожиданно возник брутальный мачо и…

Валентин повернулся, чтобы пройти, и только теперь заметил необычную бледность Лиды.

— Что с тобой? — обеспокоенно спросил он.

— Ее убили? — еле выговорила Лида, чувствуя, что вот-вот потеряет сознание.

Валентин обнял ее:

— Лидушка, ты что? Ужастиков насмотрелась?

— Какие ужастики, — пробормотала она. — Некогда мне их смотреть.

— С Олей все в порядке. Я познакомил ее с моим бывшим однокурсником, таким брутальным мачо. Оля с радостью на него переключилась. Она ему тоже понравилась. Да еще папа с деньгами. Так что, ей теперь точно не до нас.

«Какая же я дура!» — подумала Лида. Все ее опасения показались ей такими смешными. И Валентин, наверное, догадался, зачем она двигала тумбочку. Она подняла глаза, ожидая увидеть насмешку над ее глупой выходкой, но в его красивых глазах была не насмешка, а какой-то загадочный блеск. «Голодный. Надо покормить», — решила Лида, порываясь идти на кухню. Но Валентин не отпустил ее, а обнял еще крепче, целуя. И она забыла и про ужин, и про свои страхи. Был только он, его руки и губы, его нежность и страсть.

25. «Пьянки, гулянки, сауна, девочки»

На улице шел первый снежок, легкие снежинки таяли, не долетев до земли. Лида решила прогуляться с Танюшкой перед сном, подышать свежим воздухом.

Из здания фирмы вышла секретарь директора, у которой, наконец, закончился трудовой день.

Увидев Лиду с коляской, Вика не удержалась, подошла, поинтересовалась:

— Гуляете? Не спится? Что, ваш папочка не пришел еще?

— Работает, — ответила Лида не без гордости. — Договора, переговоры, уговоры.

— Вот именно, «уговоры», — подхватила Вика. — Знаешь, что это значит? Пьянки, гулянки, сауна, девочки. Понимаю тебя. Сама тоже так ждала, пока он развлекался, и тряслась, как бы не напился.

— Он же вообще не пьет, — возразила Лида, не владеющая точной информацией насчет сауны и девочек.

— Поэтому и тряслась. На этих «уговорах» без выпивки никуда. А он, если начнет пить, то все, не остановится. У него отец алкоголиком был. Не знала? Ты еще много чего о нем не знаешь, а туда же, замуж скорей выскочила.

Вика пошла дальше: красивая, модная, постукивая каблучками сапожек. Лида беспокойно смотрела ей вслед: вот так новости.

Услышав, что Валентин пришел, наконец, домой, Лида поспешила в прихожую.

— Где ты был так долго? — спросила она с подозрением и, подойдя ближе, учуяла запах спиртного. Ее охватил самый настоящий ужас, который явственно прозвучал в ее голосе:

— Ты что, пил?

— Бокал вина. Это не смертельно, — сказал Валентин, раздеваясь.

— Пьянки, гулянки, сауна, девочки, — повторила Лида слова Вики. Неужели это все правда?

— Какая еще сауна? Отметили в ресторане подписание договора.

Лида вошла в гостиную, села на диван. Кошмар. Пришел поздно, пил! Валентин подошел, сел рядом:

— Это Вика тебя пьянками пугает? Я ей по глупости про отца рассказал, с тех пор начала устраивать мне истерики, боялась, что сопьюсь.

— Вполне оправданные опасения, — напряженно сказала Лида. — Может передаваться по наследству.

— Отец начал пить, когда мама умерла. Винил себя в ее смерти. Это печальная история. Потом расскажу. Если захочешь.

— Хочу, — согласилась Лида. — Я действительно мало о тебе знаю.

— У нас еще есть время познакомиться поближе. Все впереди.

— Какое время? Я тебя вообще не вижу. Ты постоянно на работе, дома только полвоскресенья — и то спишь.

— Не просто сплю, а восстанавливаю силы, — поправил ее Валентин. — Мне надо зарекомендовать себя на новом месте работы. Ты же не хочешь, чтобы меня уволили?

— Обязательно работать по ночам? Флиртуешь, наверное, с какими-нибудь молоденькими секретаршами?

— Представь себе, в этой фирме действительно работают женщины, и некоторые действительно молодые и красивые. И что? Мне с ними не общаться?

Лида молчала.

— Лидушка, пойми, я смогу пережить, если в доме не будет убрано или даже — о, ужас! — не будет приготовлен ужин. Могу сам приготовить. Но в атмосфере подозрительности и недоверия я жить не могу. Второй раз я этого не выдержу.

— Что значит «второй раз»?

— Это значит, что один раз я уже был женат. Как тебе известно.

— Так это ты не выдержал атмосферу? Я думала, Вика не захотела жить с тобой в нищете.

— Скажем так, наши желания совпали.

Лида недоверчиво покачала головой. Хотя… Не стал же он бегать за Викой, уговаривая ее вернуться. Она вздохнула: из головы не выходили слова про пьянки и девочек.

Валентин ласково погладил ее: