Испытательный срок (СИ) - Романова Наталья Игоревна - Страница 110

XLIII. Солнечные блики

— Дамы, — Макс изобразил пародию на галантный поклон, — не желаете ли утолить голод не только духовный, но и низменный желудочный?

Ира неуверенно ему улыбнулась. Ей не хотелось уходить с залитого солнцем холма, с которого видны были, как лоскуты на пёстром одеяле, крыши домов, неровные зелёные заплатки луговин, блестящие пятнышки озёр и неторопливые извивы реки. Лёгкий ветерок овевал лицо и трепал распущенные волосы, полыхали ярким золотом купола церквей, степенно прогуливались мимо такие же любопытные зеваки; всё здесь дышало спокойствием. Даже трещавшая без умолку сестрица принадлежала благостной солнечной дрёме, в одночасье сменившей сгустившиеся было тучи. Они никуда не делись, они бродили где-то за горизонтом, терпеливо дожидаясь своего часа, но прямо сейчас не хотелось даже думать об этом.

— Я знаю недорогое место, — оживлённо защебетала Оля, обворожительно улыбаясь Максу. — Правда, идти отсюда далековато. Мы всегда заходим…

— Я тебя умоляю, — Макс сверкнул крепкими белыми зубами, будто актёр в рекламе жевательной резинки. — Не будем ограничивать себя критерием «недорого». Я желаю безудержно тратить суточные, которые мне когда-нибудь выплатят. Так, что тут у нас поблизости интересного?

Он жестом фокусника выхватил из кармана телефон. Любопытная Оля тут же бесцеремонно сунула нос в экран. Одёргивать сестру Ира перестала ещё с утра, уверившись, что это бесполезно; благо общительный Макс охотно поддерживал беседу. Их безмятежная болтовня скрадывала Ирино умиротворённое молчание.

— Вот, неплохо выглядит, — решил наконец Некрасов. — Осталось начальника дождаться… А, уже не надо! Ярик, иди сюда!

— Убавь децибелы, будь добр, — миролюбиво посоветовал Ярослав. В летней рубашке и светлых джинсах он даже не казался мрачным; а может, Ире просто не хотелось сегодня замечать ничего плохого. — Вы закончили осмотр достопримечательностей?

— Мы ещё не ходили к Золотым воротам, — заявила Олька прежде, чем Макс успел открыть рот. — А так — да, отлично погуляли! Зря ты с нами не пошёл.

Зарецкий пожал плечами.

— Дела сами себя не сделают. До Золотых ворот тут минут пятнадцать, можем и пройтись.

— Зачем идти, когда мы на машине? — заупрямился Макс. — И мы вообще-то собирались поесть!

— Поесть и попозже можно, — заметила Оля, кокетливо накручивая на палец рыжую прядь.

— Я уже настроился на изысканную ресторанную еду, — проворчал Макс. — После пытки тушёнкой так хочется чего-нибудь эдакого, не представляешь.

Оля охнула и всплеснула руками.

— Что ж вы мучаетесь-то! Заходили бы к нам, у бабушки всегда чего-нибудь вкусненькое есть.

Ира невольно усмехнулась. Наивные попытки кузины понравиться московским гостям раскусил бы даже чурбан вроде Чернова, но Макс принял правила игры и делал вид, что всерьёз заинтригован провинциальным гостеприимством.

— Буду счастлив, — заверил он просиявшую Олю. — Но прямо сейчас нам придётся довольствоваться рестораном.

— Нет, давайте сначала посмотрим Золотые ворота, — упёрлась сестра.

— Немощные могут подождать в машине, — с серьёзным видом предложил Ярослав, поигрывая ключами. Оля, не привыкшая к принятой у контролёров манере общения, прыснула, глядя на Максову оскорблённую мину.

— Кто немощный? Я немощный? — возмутился Некрасов, театрально размахивая руками. — Я мощный, как трансформаторная будка! Хочешь, наперегонки до этих твоих ворот побежим?

Зарецкий насмешливо хмыкнул.

— Я с младшими офицерами не соревнуюсь.

Олька хихикала уже безостановочно, бросая в сторону Некрасова лукавые взгляды. Иру это должно было бы раздражать, но отчего-то даже не задевало. Умный Макс, щадя её больную голову, не пытался навязчиво демонстрировать симпатию и ничего не требовал. Ира была ему за это благодарна. Будет ещё время разобраться в себе, а сейчас всё слишком хорошо для трудных решений.

Широкая прямая улица шумела между рядами невысоких нарядных домов. Сегодня, кажется, понедельник; машин много, а праздно гуляющих пешеходов почти нет, несмотря на ясную погоду. Ира приотстала на пару шагов, предоставляя Максу развлекать Олю беседой. Не прерывая болтовни, он мельком оглянулся и ободряюще подмигнул в обычной своей манере. Похоже, сестрица всё-таки надеется зря.

— Всё хорошо? — негромко спросил Зарецкий, тоже замедляя шаг.

Ира, подумав, кивнула.

— Я поняла, в чём дело, — понизив голос, сказала она. — С моими тестами. Вернее, без понятия, что именно с ними не так, но я ничего такого не знаю… Это правда случайное стечение обстоятельств.

— Я в курсе, — Ярослав устало вздохнул. — Много успела услышать?

Это он о чём?.. Ира пристыжённо охнула, чувствуя, как кровь приливает к щекам.

— Не очень, — призналась она, пряча взгляд. — И почти ничего не поняла. У тебя неприятности, да?

— Ерунда, — Зарецкий небрежно отмахнулся. Лукавил, само собой. Из-за ерунды не срываются с места на ночь глядя, на чужой машине, с напутствиями вроде тех, какие давал Верховский. — Тебе что-нибудь прописали?

— Да, я принимаю, — Ира энергично закивала, будто от этого слова становились убедительнее. — Спасибо. И извини, пожалуйста. Я напортачила, а тебе теперь разгребать…

— Работа такая, — Ярослав пожал плечами. — Можно тебе посоветовать не разговаривать с незнакомцами?

— Особенно с чёрными котами, — хихикнула Ира. Зарецкий вежливо улыбнулся; похоже, не оценил шутку. — Я даже не знаю, о чём мне нельзя разговаривать. И, если честно, знать не хочу.

— В этом порочность нашей системы, — задумчиво проговорил Ярослав. Макс, как раз сделавший паузу в громогласных излияниях, заинтересованно обернулся. — Защищая себя от хаоса, она отбивает у людей всю охоту стремиться к знанию. Неудивительно, что наша наука так отстаёт от минусов.

— Уши вянут, — улыбаясь во весь рот, прокомментировал Макс. — Ярик, можно хоть на отдыхе без дум о высоком?

— Кто это тут на отдыхе? — едко спросил Зарецкий. Ире на миг стало жаль их разговора, почти доверительного, а потом летний ветерок унёс и эту случайную печаль.

— Ну а что, при исполнении, что ли? — фыркнул Макс. — Мы ж даже в местный магконтроль не зашли. Значит — частный неформальный визит, то есть отдых.

Оля непонимающе посмотрела на обоих и на всякий случай хихикнула.

— Вот это, что ли, ваши хвалёные ворота? — ворчливо осведомился Некрасов, кивая на увенчанную золотым куполом белокаменную громаду. — Было из-за чего ноги бить.

— Они очень древние! — возмутилась Оля. — Памятник архитектуры!

— Всяким старьём у нас Андрей интересуется, — фыркнул Макс. — Так, вы как хотите, а я иду есть. Вот хоть сюда!

Он решительно свернул к ближайшему кафе. Оля, всем своим видом выражая кокетливое недовольство, побежала следом. По правде говоря, Ире больше хотелось остаться на свежем воздухе, под ласковым летним солнцем, чем нырять в темноту полуподвального зала.

— Идём, — поторопил её Зарецкий, — пока Макс не уничтожил все запасы съестного.

Макс и впрямь ни в чём себе не отказывал. Мельком изучив меню, Некрасов озвучил официантке весьма обильные пожелания и заявил, что банкет за его счёт.

— Для всех, кроме тебя, — прибавил он, обвиняюще ткнув пальцем в сторону Зарецкого. — Потому что ты злодей. И зарплата у тебя больше.

— Уймись уже, — флегматично протянул Ярослав. Говорливый младший офицер, похоже, утомил его.

Макс, как ни странно, послушался: сбавил тон и прекратил трещать обо всём, что приходило на ум. Красивым жестом передав винную карту Оле, растерявшейся от вида здешних цен, он придвинулся к Ире и негромко спросил:

— Ты как? Может, винца? Если медики разрешили, конечно.

— Нет, не хочу, спасибо, — Ира покачала головой и попросила у официантки минеральной воды. Её вполне устраивало нынешнее настроение, к тому же мешать с алкоголем колдовские микстурки и впрямь не стоило.

Макс тепло ей улыбнулся. Раньше это выходило у него заразительнее. А ведь он тоже обеспокоен… Либо ничего не понимает в происходящем, либо, напротив, что-то узнал и теперь нервничает. Впрочем, на аппетите это никак не сказалось: провозгласив что-то про молодой карьерно растущий организм, Макс запросто умял добрую половину всего, что оказалось на столе. Оля озабоченно поглядывала на опустевшие тарелки — видимо, вспомнила своё опрометчивое приглашение и опасалась за бабушкин холодильник.