Грани Безумия (СИ) - Романова Ева - Страница 9

Мы с Габриэлем спешили покинуть стены аэропорта и оказавшись в прохладном салоне арендованного авто, класса люкс, удобно расположились на сиденьях и поехали в центр города. Нам некогда было заезжать, чтобы освежиться и переодеться, все это может подождать, поэтому мы сразу направились по указанному адресу.

Пока друг ловко управлял автомобилем, легко петляя по незнакомым улицам, я смотрел в окно и меня пробирало от отвращения к этому городу. Огромный, казалось бы, город был просто большой деревней.

Я уже не единожды бывал в Москве, но меня она не впечатлила, от слова совсем. Сюда съезжались люди со всех континентов земли, что город стал напоминать муравейник. Люди приезжают сюда за хорошей жизнью, в надежде найти более оплачиваемую работу, чем в своей стране, а по итогу становятся рабами, вкалывая за гроши.

Да, Москва разрасталась, возводя здания, словно карточные домики. Вот только качество таких домов сильно уступало тем, что строили раньше. Да и как таковой архитектуры тут явно не придерживаются, лепя высотки рядом с разваливающимися домишками советских времен.

— Приехали, — вывел меня из раздумий голос Габриэля.

— Жди здесь, — остановил его, когда друг уже собирался покинуть салон автомобиля.

— Данте, ты же знаешь, я не могу отпустить тебя одного. Это против правил.

— Нам ни к чему сейчас привлекать внимание. Да и в салоне сейчас находятся только четыре хрупкие девушки, — отчеканил я, — Не глуши машину, и дай указания охране, чтобы не высовывались.

— Будь осторожен, — сдался он, понимая, что спорить со мной бесполезно.

— Как всегда.

В здание я вошел с черного входа, чтобы не светиться перед охраной жертвы. Договорившись заранее, я был уверен, что дверь окажется не заперта. На входе меня уже ожидали.

— Она сейчас находится в приватной примерочной, в которую ты сможешь попасть, не засветившись на камеру, обойдя через комнату для персонала. Консультантов я возьму на себя, но на все у тебя будет не больше минут 10. Поэтому постарайся действовать быстро, — нервничала девушка.

— На счет этого можешь не переживать. Мне хватит и 5 минут.

— Отлично. И помни о нашем уговоре. Если вдруг ты попадешься, я стану все отрицать. Имей в виду, папаша у меня тоже не из простолюдин, так что сможет меня отмазать.

— Как и договаривались.

— Хорошо, тогда пошли.

— Можно вопрос?

— Можно, но не факт, что я отвечу, — дерзко ответила девчонка.

— И ты не поинтересуешься, что с ней будет? — я хотел понять, что в голове у этой особы.

— Я бы могла спросить, но скорее ради любопытства, чем ради переживания. Но дело в том, что мне пофиг, — пожала она плечами.

— И тебе ее нисколько не жаль?

— Я тебя умоляю. Мы живем в такое время, что каждый сам за себя. Алексии пора прекращать быть настолько наивной, и понять уже наконец, что она ежедневно варится в одном котле с хищными акулами.

— Но она считает тебя подругой, — констатировал я.

— А мы и были подругами, пока она не поверила в себя и не увела у меня из-под носа парня, в которого я была влюблена не один год. И что он только нашел в такой серой мышке, как она? Она же ведь в постели полный ноль, невинная неискушенная девочка.

— Так дело в мести. Ты бросаешь подругу в лапы врага, ради мужика.

— А вот это, — отчеканила она, — не твое дело. Я ведь не спрашиваю, зачем она нужна тебе. Мы так и будем языками чесать, или уже приступим к делу?

— Пошли, — скомандовал я.

— Держи, — девушка протянула мне шприц.

— Надеюсь, здесь, — указывая на шприц, — именно то, о чем мы договаривались?

— Конечно, — возмутилась она, — я не самоубийца, о последствиях понимаю, — догадалась на что я намекал.

Пока Наташа, кажется именно так ее зовут, отвлекала консультантов, умело переманив все их внимание на себя при выборе наряда для предстоящего торжества, я незаметно проник в кабинку примерочной.

— Развяжи корсет, я сейчас задохнусь, — услышал я очень нежный мелодичный голос, а затем обладательница этого голоса подняла глаза и уставилась на меня через зеркало.

Будет глупо отрицать тот факт, что девушка оказалась очень красивой. Невысокий рост, первое на что я сразу обратил внимание, так как всегда питал слабость к невысоким девушкам. Стройная, длинные темные волосы, глаза цвета горького шоколада, волевой подбородок, светлая фарфоровая кожа. В жизни она оказалась еще более привлекательной, чем на фото.

Я стал медленно приближаться к девушке, словно хищник, загнавший свою добычу в ловушку, без возможности к побегу. Алексия так и оставалась стоять ко мне спиной, вытянувшись словно струна. Остановившись в паре миллиметров от нее, стал склоняться к ее шее, не отводя взгляда от отражения в зеркале.

— Ну привет, принцесса, — тихо произнес ей на ухо, задевая мочку.

Не дав девушке опомниться, я схватил ее за шею, не сильно, а лишь создавая видимость, достал шприц и быстро вколол ей.

— Что за…– девчонка не успела договорить, оседая на пол.

Я ловко поймал ее до того, как она бы встретилась с полом. Разина была легкой, словно пушинка, и умопомрачительно пахла ванилью. Так же тихо и без лишнего шума покинул свадебный салон с добычей на руках.

Глава 8

Алексия.

Последнее, что я помню — это черного дьявола, пришедшего ко мне из своего подземелья, и боль в шее, словно от укуса. А затем тьма. Кромешная тьма и тряска, от которой стоит ком в горле, а желудок скручивает в тугой узел.

Пытаюсь разлепить присохшие друг к другу веки, но они не поддаются. Конечности, словно парализовало. Пытаюсь пошевелить кончиками пальцев. Ничего. Я их не чувствую. Ощущаю только кожаную обивку, к которой прилипла мокрая от слюней щека, и аромат табака вперемешку с пряным, мускусным парфюмом, который обволакивает меня, словно в кокон.

Все звуки слышу словно в туннеле. Гудение мотора, гравий дороги, отскакивающий от металла. Кажется, меня куда-то везут. Видимо, прямиком в ад.

Очередной ухаб, меня встряхивает так, что я подпрыгиваю на сидении. А затем мой желудок решает, что больше не в силах сдерживать свое содержимое и меня начинает бесконтрольно выворачивать.

— Твою мать! — слышу мужской хрипловатый голос с переднего сидения, — сука, ну какая же сука!

Мужчина говорит с акцентом, который я не могу распознать через затуманенный разум. Сквозь судороги, чувствую, как машина начинает замедлять ход. Но мне уже плевать, на все что происходит вокруг. Мне холодно. Безумно холодно.

— Нет времени, жми на газ! — командует тот же голос.

Заднее сидение прогибается под тяжестью мужского тела, отчего я съезжаю по скользкой поверхности вглубь, а моих щек касается что-то приятно теплое. Рвотные позывы прекращаются, и я наконец с хрипом втягиваю в себя воздух.

— Что с ней? — слышится мужской голос другого тембра.

— Эта мразь все-таки подсунула другое вещество, — раздраженно вздыхает мой похититель, — либо смешала его еще с чем-то.

Смысл его слов не доходит до меня, как и всего диалога в целом, потому что туман вновь опускается на меня, и я выключаюсь, проваливаясь в беспамятство.

Голова, словно камень, прижимает подушку к матрасу. В нос проникает влажный прохладный воздух, от которого режет пересушенное горло, и я закашливаюсь. Зарекаюсь, что больше не буду так много пить. Что-то в этот раз похмелье слишком жестко меня ударило.

Тянусь ладонью ко лбу, но руку мгновенно пронзает боль в районе локтевого сгиба и запястья. Зажмуриваю глаза, а затем открываю их, пытаясь перевести тело в сидячее положение. В комнате темно, как ночью в пустыне, но даже сквозь нее я замечаю, что это не моя спальня в родительском доме и не отель. Оглядываюсь вокруг. Аскетичная комната с обоями в цветочек, кроватью, на которой я лежу, одинокой прикроватной тумбочкой и комодом под зашторенным окном у противоположной стены.

Паника подкрадывается незаметно, словно ледяной рукой запуская мурашки по спине. Пытаюсь подогнуть ноги под себя, но они путаются в пышной юбке свадебного платья. Перед глазами мгновенно пролетают воспоминания из бутика и тяжелый мужской взгляд в отражении зеркала. Мочка уха начинает зудеть, совсем, как после его дыхания. Судорожно втягиваю носом воздух, а губы начинают дрожать.