Красавица и игрок (ЛП) - Мэдден-Миллз Ильза - Страница 65

Я ерзаю и перестраиваюсь, оседлав его колени, не заботясь о том, что моя юбка задрана до моих бедер.

Он делает долгий выдох.

— Нам нужно поговорить. Во-первых, я отказалась от работы.

Мой рот приоткрывается, и я шлепаю его по руке.

— Что? Почему? Это было то, чего ты хотел!

На его лице появляется кривое выражение.

— Человек может захотеть чего-то в какой-то момент своей жизни, а потом захотеть чего-то совершенно другого, особенно после того, как поймет, что для него важно.

Мое сердце трепещет, внутри меня трепещет надежда, что он не уходит, но…

— Используй настоящие слова.

Он хихикает, когда его пальцы скользят по моей щеке и спускаются к горлу. Его рука покоится на основание моей шеи.

— Где мое ожерелье?

— Я забыла его сегодня утром.

— Меня не было два с половиной дня, а ты уже двигаешься дальше? Я никогда не смогу оставить тебя одну еще раз. — Его рука обнимает меня за затылок, он притягивает меня к себе и крепко целует. Я задыхаюсь и цепляюсь за его плечи, упиваясь его вкусом, ощущением его губ. Он захватчик, проникающий глубоко, его пальцы впиваются в мою кожу головы. Мы заканчиваем более мелкими, нежными поцелуями, мягкими прикосновениями снова и снова…

Наше дыхание смешивается, когда мы отрываемся друг от друга.

Он держит мое лицо и заглядывает глубоко в мои глаза.

— Я. Люблю. Тебя. Всем своим нутром. Я люблю твою… — Его голос становится хриплым. — Вау. У меня была спланирована целая речь, но все пошло прахом.

— Продолжай.

Он проводит пальцами по моим распухшим губам.

— Принцесса, когда я кого-то люблю, я делаю это всей своей душой. С полной самоотдачей. Это отношения, которые будут расти, развиваться и меняться, чтобы соответствовать нам. Я никогда не перестану пытаться быть лучшим человеком, каким только могу быть. Я не откажусь от нас, несмотря ни на что.

— Так вот почему ты отказалась от работы?

— Это повлияло на мое решение, да. Как только я уехал из Техаса, что-то было не так. Я хотел тебя. Я скучал по Лоис и Скитеру. Мне нужна была моя команда. Я хотел праздновать вместе с ними в Придорожном кафе Рэнди. Хочу ли я когда-нибудь тренировать в НФЛ? Может быть. Хотел бы я, чтобы это были Питоны? Конечно. Это отличная франшиза, и Нью-Йорк был моим домом — в другой жизни. Правда в том, что я не готов сейчас.

Я провожу пальцем по его шраму.

— Ты можешь делать все, что захочешь. Я верю в тебя.

Он улыбается.

— Мне нужно больше опыта, это точно. Я не знаю всего, что мне нужно знать прямо сейчас о коучинге. Мне нужно больше трофеев и времени с Бобкэтс. Больше разговоров с тобой. Если бы я взялся за эту работу, это изменило бы мою жизнь. Жизнь чертовски коротка, чтобы быть одиноким, Нова. Слишком коротка, чтобы отказаться от чего-то настоящего с единственным человеком, которого я люблю.

Я вздыхаю.

— О…

— Моя интуиция подсказывала, что Нью-Йорк — неправильный выбор. — Он делает паузу и обхватывает ладонями мое лицо. — Я знал какой именно путь выбрать, и это было возвращение к тебе, но я должен был преодолеть свой страх потерять тебя, подвести тебя.

— Преодолел?

Он прижимает меня к своей груди, его рука пробегает по моим волосам.

— Честно говоря, я, возможно, никогда не перестану быть чрезмерно осторожным или нервозным по поводу некоторых вещей, но мы можем справиться с этим по мере необходимости. Я хочу любви. Ты подарок судьбы. Мое сердце принадлежит тебе. Ты взяла кувалду и выбила из него все дерьмо.

Я сжимаю кулак.

— Победа.

Он прикусывает нижнюю губу, на его лице появляется странное выражение.

— Что? — Я спрашиваю.

— Итак… Я был в самолете, думал о том, как рассказать все это, и у меня появилась идея по внутренней связи, возможно, сыграть на гитаре и спеть Jolene; потом я понял, что есть буфетчица по имени Джолин, а я не умею петь. К тому же, это было бы ужасно…

— Абсолютно. Придурок. Совершенно глупо романтично…

— Ты хочешь, чтобы я позвонил по внутренней связи и рассказал всей школе, как я собираюсь быть твоим мужчиной до скончания времен?

Я смахиваю слезу.

— Нет. Мы были бы тогда теми нелепыми людьми, на которых я закатываю глаза.

Он тихо смеется.

— Ах, тогда как насчет того, чтобы я спел "Скажи, что ты не отпустишь" сейчас? Я работал над нем. Здесь нет гитары, но…

Мое сердце воспаряет, когда он тихо поет слова песни о парне, который встречает девушку на вечеринке — да, там замешан алкоголь. Проходят годы, и он ждет, когда она увидит его, мечтая о том, как они состарятся вместе.

Он заканчивает песню.

— Мне жаль, что я был эгоистичным мудаком с того момента, как мы встретились.

— Мне жаль, что я насмехалась над твоим ожерельем сегодня утром, потом валялась в твоих рубашках, потом шлепнула тебя по руке.

Он хихикает, затем становится серьезным, его глаза блестят от эмоций.

— Мое сияние не в Нью-Йорке, Нова. Оно прямо здесь, с тобой. Команда — это нечто особенное. Я никогда никого так не любил.

Чудовищность его слов оседает на меня, и я нежно целую его, затем касаюсь губами его щеки со шрамом, чтобы прошептать ему на ухо.

— То же самое, дорогой.

Мы отвлекаемся, наши руки скользят друг по другу, ища утешения в тех днях, которые мы проведем вместе. Интересно, что ждет нас в будущем.

Я откидываюсь назад.

— Ты уже сказал игрокам?

— Директор Ланкастер загнал меня в кабинет, когда я вошел. Он объявил об этом в громкоговоритель: Тренер Смит отказался от Питонов, чтобы остаться в Блу Белл. Я мог слышать приветствия из офиса. Я думаю, ты этого не слышала, потому что была в шкафу.

— Я была в депрессии.

— Бедная девочка… — Он проводит пальцами по моей груди, лаская мои соски через мою блузку.

Я слезаю с его колен.

Он хмыкает.

— Что ты делаешь?

Я расстегиваю рубашку и сбрасываю ее, обнажая свой черный бархатный бюстгальтер. Я расстегиваю молнию на своей юбке и пинаю ее ногой. Мои туфли упали раньше, чем он поднял меня.

Его грудь вздымается, когда он смотрит на меня.

— Это что, сексуальная игра? У нас есть всего около пятнадцати минут прежде чем все соберутся здесь…

— Это не займет много времени. — Я откидываюсь назад, сажусь на него сверху и поворачиваю бедра. — Хотели бы вы приватный танец, сэр?

— Сколько?

Он быстро схватывает на лету.

— Двадцать за танец, пятьдесят за минет, сотня, если вы хотите трахнуться, сэр.

— У меня в кошельке двести баксов. Кроме того, ты всегда можешь называть меня “ сэр”? — Он проводит носом вверх по моей шее, глубоко дыша.

Мои бедра медленно вращаются вокруг выпуклости в его брюках.

— Сэр, двести долларов добавляют вам ужин позже и определенно прогулку с моим котом, — говорю я, когда он расстегивает мой лифчик, а затем бросает его через голову.

Минуту спустя он снимает штаны и входит в меня.

Мои руки запутались в его волосах, когда эмоции захлестывают меня.

— Я люблю тебя, — выдыхаю я.

Он прижимается своим лбом к моему.

— Моя красавица. У нас будет весь мир. 

Глава 29

Ронан

— Тебе нужно больше масла, Так. Южные женщины используют много сливочного масла, дорогой. Вот почему эти городские девушки такие худые. В их рационе недостаточно жира, — объясняет Лоис, помешивая картофель в большой миске. На ней один из фартуков Новы, точно такой же, как на мне. На нем изображены тыквы, на моем — белки, поедающие желуди.

Затем Лоис рассказывает о том, как ему нужно поработать над своей беговой игрой.

У Новы День благодарения. Я уже позвонил маме и сестрам.

Надеюсь, я увижу их после того, как мы закончим игры плей-офф за штат.

Нова перестает резать сельдерей, чтобы заглянуть в миску Така. Она засовывает палец внутрь, затем кладет это в свой рот. Она сдерживает стон.