Папина Незабудка (СИ) - Ройс Саша - Страница 10

Она раздумывает еще мгновение и произносит:

- Я… Ты уверен, что тебе нужны отношения со мною, Тим?

Она разворачивается ко мне и, подобрав под себя ноги, расправив на бедрах полы халата, продолжает:

- Отношений для здоровья не будет, - вполголоса, но твердо заявляет она, при этом виновато потупив взор.

Воздерживаюсь от комментариев. С любопытством наблюдаю.

- Одна ночь, это еще куда ни шло, - она выдерживает паузу, волнуясь, сглатывает, - я ее сама хотела…

Задумчиво глядя в стену, она ставит локоть на спинку дивана и, запустив руку себе на затылок, слегка взлохмачивает локоны.

Чуть подаюсь вперед и доверительной интонацией спрашиваю:

- И почему ты хотела со мной переспать?

Неожиданно для Вики интересуюсь я.

Ха!

Кажется, я попал в десятку.

Без сомнений.

Камешек на одну из чаш весов скоро вот-вот упадет.

Сова встрепенулась. Не ожидала она. Точно.

Глазками захлопала, и ротик розовый свой приоткрыла.

Возбуждает.

Но сейчас мне дико интересен ее ответ. Я прямо таки жду его.

Догадываюсь, что она случайно проговорилась, но уже поздно. Я схватил ее за хвост. Правду за хвост поймал.

Пребывая в шоке и удивлении, она смотрит на меня, практически не мигая. Дыхание ее не слышно. Испугалась.

Когда же, если не в таком состоянии, добираться до правды?

Усмехаюсь.

- Ты же не с каждым симпатичным мужчиной, Вик, хочешь переспать?

Глава 8. Томнее, еще томнее

Тимофей

Вика отводит глаза на спинку дивана и шумно вбирает в легкие воздух. Ее грудь красиво вздымается, а обнаженные ключицы в интимном полумраке так и манят своей беззащитностью.

Она промаргивается, а затем, заправив волосы с левой стороны за ухо, начинает мелко кивать.

- Подловил.

Поднимает на меня глаза, и в этих глазах честность.

Неожиданная усмешка на лице собеседницы служит сигналом, что сейчас может что-то круто поменяться. Измениться атмосфера вечера.

Сова сцепляет пальцы в замок, опускает их себе на бедро.

- Я могу рассказать. Только, надо ли? – она рассудительно пожимает плечами.

- В чем сомнения? – с неподдельным интересом чеканю я.

Я редко видел в своей жизни моменты, когда человек перед тобой готов с минуты на минуту распуститься, как цветок.

Кто видел, как распускаются цветы?

Обычно мы приходим на все готовое.

Вечером еще нет.

А утром уже цветет. Распустился.

Кто-нибудь сидел рядом с ним ночью или предрассветные часы, когда происходило это маленькое чудо?

Мало кто…

Или вообще никто.

Времени нет.

А с чего мы взяли, что у чуда есть время на нас?

Хм.

Такие моменты я чувствую кожей.

В области груди мини-взрывом распространяется это загадочное предчувствие.

И ты не смеешь шелохнуться, потому что вот сейчас человек перед тобой раскроется. Распустится, как бутон. Удивит или ослепит своей красотой или ошеломит уродством.

Но я никогда не чувствовал от Совы скверности и червоточия.

Я медленно убираю руку со спинки дивана. Сажусь так, что, считай, копирую позу Вики.

- Об этом не принято говорить, - с сожалением она ведет одним плечом, - и это не приветствуется в обществе. Даже осуждается. Подобное развитие событий имеет плохую концовку. Как правило, скорую.

- Ты о чем?

Вика с трудом делает вдох. Крепко задумывается. Меж тем подмечаю –

ее глаза увлажнились.

Понимаю, что ей надо дать время собраться с мыслями, потому не тороплю ее. Но не могу удержаться, чтобы не взять ее за руку.

Делаю это медленно. Расцепляю ее руки и беру ее похолодевшие пальчики в кольцо своих пальцев.

Черные глаза отвечают благодарным проблеском, а потом снова впадают в особое уныние.

- Я скажу, - решившись, кивает Сова, - но ты должен пообещать, Тим, что… - она заставляет себя улыбнуться, - если тебя что-то не устроит, не нужно ничего объяснять. Просто ты уйдешь. И все.

Вскидываю бровь.

На языке вертятся ерничество и шутка, однако сдерживаю мимолетный порыв, боясь угробить атмосферу откровенности. Зная нрав Совы, скорее всего она это не оценит и пошлет меня к черту!

- Я… - тянет она, уставившись в угол между спинкой дивана и сиденьем. Руку она успела забрать и сейчас, поднеся ее к голове, потирала лоб, - не мечтала с тобой переспать с восемнадцати лет. Нет.

Качает головой.

- Это желание возникло спонтанно. Когда мы стояли на крыльце подъезда. Проскользнула мысль, - она тянет левое плечо к щеке, - и я подумала, почему бы и нет?

Сузив глаза, гляжу на нее с сомнениями.

- Вспышка? Всего лишь момент? – аккуратно спрашиваю я.

- Нет, - отрицательно мотает головой, и вновь стреляет взглядом.

В последнюю минуту Вика коротко и мельком вскидывала на меня взгляд. Несколько раз. Видимо не могла выдержать более продолжительного зрительного контакта со мной. А еще вероятно она таким образом оценивала обстановку разговора.

- Это не было по наитию, Тим.

- Мне нравится, когда ты называет меня по имени, - улыбаюсь я, пытаясь хоть как-то разрядить обстановку. – Так что тогда это было?

- У меня были чувства к тебе… И вообще это для меня очень серьезная тема.

Болезненно прикрыв глаза, Вика поворачивает голову так, что касается подбородком плеча.

Пока наблюдаю за ней, чувствую, как внутри екает на ее признание. Это приятно и в то же время необычно. Чувствуешь, какую-то волшебность момента, и после этот момент врезается в память. Он останется со мной навсегда.

Несколько секунд и Вика поворачивает голову обратно.

- Есть… - смотрит на меня прямо.

- Чувства?

Плавно изгибаю бровь.

- Да, - глухо выдыхает передо мной девушка. – Нет большого секрета в том, что «переспать» - один из способов избавится от объекта в своей голове.

- И ты думала…

- Думала, - тут же кивает, не пытаясь ничего отрицать.

- А тебе стало легче, Вик?

- Да. Но потом опять стало сложно.

- Когда ты все узнала…

- О твоей семье.

Вика перехватывает инициативу, с явным желанием, облегчить мне задачу.

- Я, правда, не знала, Тим.

Она выдерживает паузу.

- Конечно, я прекрасно знала, что ты женат. Но я все сделала, чтобы никак не пересекаться с тобой, - откровенно признается мне, прерывая свою речь глубокими вдохами, - в последние годы, после того, как я вернулась в город, я и вовсе отключала внимание, едва услышав твое имя. Уходила. Переводила тему. Все что угодно, лишь бы не видеть и не слышать ничего о тебе.

Внезапно озябнув, Вика обнимает себя за плечи и растирает их.

- Знаешь, только потом постфактум я вспомнила, что кто-то говорил мне об аварии, но я восприняла это все отстраненно. Случилось с кем-то, а с кем – мне неинтересно. Очень жаль, но я ведь ничего не могла изменить. Кто-то из знакомых. Из общей компании. Из земляков – неважно. Твое имя для меня последние годы было белым шумом. Я так себе внушила. И так себя настроила. Поэтому, все, что я узнала сейчас, для меня является настоящим потрясением. И я, если честно, испытываю шок. Прости, что я тебе это говорю, я не вижу смысла рисоваться. Тем более, ты знаешь, я всегда была правдорубкой. Прости, Тим.

На последних фразах я отчетливо услышал в ее голосе слезы и искреннее сожаление.

А к чему, в самом деле, рисоваться? У нас так много времени для этого что ли? Ходить вокруг да около, загадывая друг другу нелепые шарады?

Потеря Ульяны, в-первую очередь, научило меня ценить время.

Каждому свое отмерено.

- А сейчас я не знаю, что мне делать… - продолжает Сова. - Я так обрадовалась, когда ты заговорил об отношениях… со мной. Но быть любовницей… - нервно закусывает губу, глядя в пространство. - А потом я узнала эту шокирующую правду, и я не понимаю, что со мной сейчас происходит.

Раскрытыми ладонями она машет перед собой, словно веером, а в следующее мгновение прикрывает рот пальцами и всхлипывает. Дает себе время, чтобы справиться с нахлынувшими на нее эмоциями и выдыхает: